Страница 16 из 61
Между тем ситуация на фронтах менялась, и в апреле 1920 года Владимир Христианович докладывал, что разведка в тылу белогвардейских войск «на окраинах» страны отпадает или сокращается до минимума одновременно с очищением этих окраин. На первое место выходит глубокая разведка в странах Западной Европы, Японии и Америки, рассматриваемых в качестве потенциальных противников. Начальник военной разведки не сомневался, что в осуществлении планов этих стран против советского государства будет использована и многочисленная русская эмиграция. Заграничная тайная разведка, как писал начальник Региструпра, значительно отличается от разведки в тылу белогвардейцев, она требует большого политического кругозора, знания языков и местных условий, для чего достаточно 10–20 человек из старой (дореволюционной) русской эмиграции, которым можно доверить связи Коминтерна. Но проблема в том, чтобы найти их и отправить в распоряжение Управления. Резолюция на документе гласит: «Тов. Ауссему необходимо помочь людьми, знающими тамошние условия и языки».
В июне 1920 года в Региструпре произошел неприятный инцидент, который, вероятно, и привел к смене начальника Управления. 7 июня член РВСР и член РВС Юго-Западного фронта Сталин отозвал на фронт начальника Региструпра Юго-Западного фронта Ф. Маркуса, помогавшего в организации работы Закордонному отделу ЦК КП(б) У. 8 июня один из руководителей Закордота Ф. Кон телеграфировал Ауссему: «Вчера тов. Сталин приказанием по телеграфу отозвал Маркуса с работы и дал ему другое назначение. Я по прямому проводу указал Сталину на то, что он разрушает с таким трудом налаженную работу, но на него не подействовало. Решительно протестуя против такого образа действий, я вместе с тем не могу не указать, что для успешной работы я должен быть уверен в том, что присылаемые в мое распоряжение товарищи не будут сняты с поста без моего ведома и согласия. Если это условие не может быть соблюдено, я прошу прислать мне заместителя, который согласится при таких условиях вести столь ответственную работу. Я этого на себя не беру. Вызовите меня к прямому проводу. № 24. Феликс Кон. Верно начреги-стротделюгозапа военком Маркус».
В связи с этим происшествием Ауссем подал рапорт члену РВСР и военкому Полевого штаба РВСР Д. Курскому: «Успешное ведение агентурной разведки возможно исключительно при помощи партийных организаций. Это является не только результатом общих рассуждений, но блестяще подтверждается на деле на примерах Северных участков нашего Западного фронта, где вся эта работа проведена финским, эстонским и латышским Ц.К.-ми и зарубежными бюро. С большим трудом при содействии Ц.К. Р.К.П. Р.У. (Региструпру. — Примеч. сост.) удалось добиться от Ц.К. К.П.У. образования при нем закордонного бюро, которое уже приступило к работе и по докладам инспектора Р.У. (им был В. Груздуп. — Примеч. сост.) обещало в ближайшем будущем дать хорошие результаты. Между тем работа эта расстраивается уже вторично на протяжении одного месяца вмешательством членов Реввоенсовета ЮЗ фронта, отнимающих у этого бюро командированного в его распоряжение на роль инспектора тов. Маркуса. При таких условиях разрушения с трудом налаженной организации без предупреждения и по неизвестным мотивам, я принужден сложить с себя ответственность за дальнейшую постановку дела агентурной разведки и за возможные сюрпризы на фронте. Понимая же, что подобное сложение с себя ответственности, занимающего определенную должность лица вообще недопустимо, прошу освободить меня от должности Начальника Регистрационного Управления для какого угодно иного назначения по усмотрению Реввоенсовета». Рапорт Ауссема датирован 10 июня. На следующий день он выбыл в распоряжение члена РВСР Д. Курского, а его на посту начальника сменил Я. Ленцман. Ф. Маркус в августе 1920 года вернулся на должность начальника Регистротдела Юго-Западного фронта и одновременно возглавил Закордонный отдел ЦК КП(б) У.
В 1920–1921 годах Ауссем работал в ВСНХ, где занимался химической промышленностью, в 1921–1925 годах был полпредом УССР в Берлине, «где подписал договор о взаимном признании с Германией, договор с Грецией от имени СССР», затем он — полпред СССР в Австрии, в 1925–1926 годах возглавлял ВСНХ УССР.
В декабре 1927 года Владимира Христиановича исключили из партии за участие в деятельности объединенной оппозиции в 1926–1927 годах. Его арестовали 16 мая 1929 года в Армавире и осудили 5 июня на три года ссылки, которую он отбывал в Казахстане в Кзыл-Орде. Там он работал заведующим химическим отделом в Санитарно-бактериологическом институте. В ссылке он был вновь арестован 30 октября 1930 года, и в тот же день приговорен к ссылке в Среднюю Азию на оставшийся срок. В июле 1932-го Ауссема освобождают и переводят на жительство в Орел, 20 января 1933 года — вновь арестовывают по делу нелегальной контрреволюционной троцкистской группы. Постановлением особого совещания Коллегии ОГПУ от 4 февраля 1933 года по обвинению в антисоветской пропаганде и агитации (ст. 58–10 УК РСФСР) В.Х. Ауссем выслан на 3 года в г. Астрахань. Точных сведений о дальнейшей его судьбе нет. По некоторым данным, его убили после освобождения в 1936-м или расстреляли в 1937 году.
Реабилитирован Владимир Христианович Ауссем в 1989 году.
ЯН ДАВИДОВИЧ ЛЕНЦМАН
Именно в бытность Яна Давидовича Ленцмана на посту начальника Peгucmpaционного управления Полевого штаба РВСР было образовано Разведывательное управление. Это название сохранилось практически по сей день.
Ян Ленцман родился 29 ноября 1881 года на хуторе Блайзас Добленского уезда Курляндской губернии в крестьянской семье. Ему удалось окончить только начальную сельскую школу, и всю жизнь он занимался самообразованием, работая сначала слесарем-электромонтером.
В РСДРП вступил в 1899 году и имел репутацию последовательного большевика. Первый раз его арестовали в 1901 году, и после восьми месяцев пребывания в тюрьме его отправили на три года в ссылку в Архангельскую губернию, откуда он в 1903-м бежал. Вскоре он опять был схвачен полицией и выслан в Астраханскую губернию, откуда снова бежал. Поначалу он работал слесарем на механическом заводе «Феникс», затем на фабрике «Везувий» в Либаве, но в конце концов полностью переключился на партийную работу. В 1904 году Ян Ленцман стал членом Либавского комитета Латышской социал-демократической рабочей партии, принимал активное участие в событиях первой русской революции в Латвии. В августе 1905 года снова был арестован, в октябре освобожден.
После выхода из тюрьмы в 1905 году его избрали в состав Рижского комитета и делегатом II съезда ЛСДРП. А на I (1906) и II (1907) съездах Социал-демократии Латышского края он избирался членом ЦК СДЛК.
В 1906–1908 годах Ян Давидович находился в эмиграции, побывал в Швеции, Германии, Швейцарии, Дании. Он нелегально вернулся в Россию в 1908-м. работал в Баку на нефтяных промыслах, кочегаром на пароходе, электромонтером на заводе. По партийной линии был членом Бакинского комитета РСДРП(б), действовал вместе с С. Шаумяном и П. Джапаридзе. Из Баку он переехал в Вологодскую губернию, где работал на ст. Сухона слесарем-электриком писчебумажной фабрики «Сокол».
Летом 1911 года он вернулся на родину и включился в работу Рижского комитета партии, но вскоре вынужден был покинуть Ригу. В 1912–1915 годах Ленцман сыграл видную роль в большевизации СДЛК и изгнании меньшевиков. В январе 1914 года он участвовал в работе IV съезда СДЛК в Брюсселе, на котором вновь был избран членом ЦК партии, и в заседаниях Лондонского съезда РСДРП. После съезда Ян Ленцман снова находился на партийной работе в Риге, но в апреле 1915 года его арестовали и в 1916-м сослали в Сибирь, в Иркутскую губернию. Он вновь совершил побег накануне Февральской ревотюции, добрался до Москвы, но на партийной работе пробыл недолго — вскоре его направили в Ригу. В Риге в 1917 году он стал членом ЦК СДЛК, Рижского комитета партии и Рижского совета рабочих депутатов, избирался делегатом на 7-ю (апрельскую) конференцию и VI съезд РСДРП. На I Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов был выдвинут в состав ВЦИК. После оккупации Риги немецкими войсками по решению партии Ян Давидович остается в городе, где ведет подпольную партийную работу. Вскоре он был арестован немцами и после шести месяцев заключения в концлагере выслан в Советскую Россию.