Страница 32 из 61
Лицо наёмника на мгновение стало задумчивым, он крепко взял обеими руками Ирит за плечи и потребовал объяснений:
– Почему ты сказала «если бы мы опоздали, спасать было бы некого»? Ты находилась на борту того шаттла?
– Так точно.
– Получается…
– Ты сам предложил его угнать.
– Но ведь не сразу после моего отъезда!
– Давай так: в твоё отсутствие, я сама буду решать, насколько обстановка распологает к тому, чтобы осуществить угон. У нас могло и не быть второго шанса.
– Да что случилось-то? – не понимал Бард.
– Вы с Локком предполагали, что Синдикат будет с нуля создавать свою армию зомбированных. И оба ошиблись. Я заглянула в Эль Худар, чтобы оценить обстановку самостоятельно. И знаете что? Их войско уже было готово! «Песчанку» активно распространяли все последние месяцы из этого гадюшника – Эль Худара. Прибытие Шифена с крупной партией наркотика стало заключительным этапом этой мобилизационной кампании… Едва ты отправился вслед за Габриэлем, бандиты объеденились с рейдерами и атаковали столицу со всех сторон. Город держат в осаде по-настоящему, не проверяя его защиту одиночными набегами, как раньше.
– Я опасался, что у этой проблемы нет простого решения, – мрачно заметил Габриэль.
– Разве вы не должны были договориться с Шифеном?
– Переговоров с Гаесом не будет, – отрезал старик.
– Да ты сошёл с ума! От вас всего лишь просят оставить прежние условия Лотереи! Столько жертв! Из-за чего? – женщина попыталась вырваться из хватки Барда.
– Ирит, – с нажимом произнёс Оливер, осторожно отпуская её. – Габриэль знает куда больше чем ты или я. Он поделился такой информацией, что мне пришлось признать его правоту, придётся и тебе.
– Пока что никаких стоящих аргументов я не услышала!
– Сам расскажи ей, – предложил Локк.
– Милая моя, с Гаесом невозможно договориться. В нашем обществе имеется огромная проблема, имя которой «генетическое разнообразие». Очень много колонистов являются родственниками друг другу. Если большая часть таких людей окажется в Морском Убежище, мы столкнёмся с вырождением. С уродствами. Болезнями. Уцелевшее человечество выйдет на поверхность выжженого мира невероятно ослабленным. Оно не оправится от такого удара.
– Ты так намекаешь, что Лотерея была обманом?
Оливер развёл руками.
– Способом выжить, в первую очередь, – возразил Локк, – но есть нюанс: неважно сколько билетов у тебя на руках, спасутся лишь те, чьи гены можно будет безопасно скрещивать. Строгий контроль за отбором проводится Комитетом последние двадцать лет. Идеальные кандидаты, под видом незаменимых специалистов, отправлены в Морской Город. Колония погибнет, если впускать всех без разбора. Случится кровосмешение. Только по этой причине всем потомкам вольных, ушедших жить в Пустоши, разрешено получить статус гражданина и шанс на спасение, – так мы возвращаем разнообразие.
– Гаес хочет иметь гарантии, но не понимает истинной сути проблемы, – подытожил Бард. – Он не примет неотвратимость своей гибели только из-за того, что его гены признают негодными.
– Так пообещайте ему что угодно! Согласитесь на условия Шифена сегодня, а завтра Комитет и Команда что-нибудь придумают!
Локк покрутил головой и заявил:
– Полноценная эвакуация стартует в ближайшие годы. Как только глава Синдиката поймёт, что все тысячи билетов в его руках – пустышки, а в Им Штот не пускают с выигрышными сертификатами, то он организует очередную гражданскую войну. Более масштабную, которая захлестнёт и Побережье. Все ресурсы для этого у бандитов имеются. Собственно говоря, один только слух об изменениях в правилах отбора вызвал нынешней кризис.
– Лотерея – это обман, – медленно повторила свои недавние слова Ирит. – Как и всё на этой планете.
На некоторое время в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тарахтеньем кондиционера. Бард изредка поглядывал на безмолвного наёмника, что сидел на диване, пряча своё лицо в тени капюшона. Он посчитал незнакомца одним из людей Ирит, который выполнял роль телохранителя в эти неспокойные времена.
– Проблему с Шифеном и отрядами рейдеров придётся решить способом, предложенным некогда Оливером, – прервал затянувшееся молчание Локк. – Изначально, я был против варианта с физическим устранением Управляющего, но, похоже, ничего другого не остаётся. Передел власти организованными преступными группировками сулит большие неприятности, зато так мы хотя бы выиграем время. Майор Ройт, надеюсь взрывчатка, которую я просил передать Барду, всё ещё у тебя?
– Она осталась на Ковчеге.
– Где? – брови старика поползли наверх.
– О нет, – вздохнул Бард. – Ты не только шаттл угнала. Верно?
– А зачем останавливаться на полпути, дорогой?
– Тогда давай, признавайся по полной.
Ирит криво усмехнулась, глядя на мрачного Габриэля, и сообщила:
– В последнюю нашу встречу, мы с Оливером обменялись догадками относительно происходящего и сделали предположение, что кое-кто из Комитета планирует сбежать на Ковчеге. Поэтому решили захватить его. Я заминировала корабль, чтобы иметь в запасе весомый аргумент на всякий случай. Не то чтобы он пригодился, но времени забирать «си-четыре» не осталось.
Локк задумчиво крутил пальцами седой локон.
– Значит, вы познакомились с «Отцом», – медленно произнёс он.
– Да, Габриэль, у нас был разговор с бортовым ИскИном.
– И что он вам поведал?
– Всю правду.
– Выходит, ты знаешь, кто я такой на самом деле?
– Не только я одна. Со мной на Ковчеге был отряд из шести человек. Они сейчас выпили и пересказывают эту историю в местном баре. Поэтому, если ты, Габриэль, думаешь избавиться от свидетелей, придётся отдать команду на ракетный удар по Флах Бару в течении ближайших часов, пока новости не распространились дальше.
– М-да, – промычал старик. – Шифен так и вовсе перестанет быть самой серьёзной угрозой.
– В чём проблема-то? – Бард смотрел то на Ирит, то на Габриэля. – Ковчег ведь не был взорван.
– Гражданская война может начаться и без фейерверка.
– Габриэль, хватит говорить загадками!
– Требуй ответов у своей женщины, Бард.
– Да-да, я очень сильно надеюсь, что услышу, наконец, эту историю, – раздался недовольный голос Иссерлэйна. – Меня вот уже который день кормят обещаниями поведать какие-то шокирующие новости.
– Один мудрец считал, что знания только умножают печали, – философски заметил наёмник на диване, до сего момента хранивший молчание. – Как не вспомнить слова царя Соломона в данной ситуации?
– Знакомый голос, – насторожился Локк.
Амир откинул капюшон и поприветствовал взмахом руки Локка:
– Давно не виделись, брат.
– Брат? Ну конечно, он ведь один из вас, – кивнула Ирит.
Локк и Амир встали. Они подошли друг к другу и обменялись крепким рукопожатием.
– Дела совсем плохи, раз тебя достали из чулана.
– Попробуем всё решить, – ответил Амир.
– Откуда этот уродливый шрам? И где твои шикарные усы?
– Рыжеволосая леди подарила мне эту отличительную черту с целью конспирации. Заставила побриться по той же причине. В народе всё ещё жива память о вожде давнишнего восстания. Лица героев Революции оказалось сложно забыть.
– Даже если Революция – такой же обман, как и Лотерея, – недовольно заметила Ирит и призналась: – Да, я разукрасила Джазима, чтобы его не узнали.
– Не может этого быть! – воскликнул Бард. – Амир Джазим? Тот самый?
Глаза Даниэля широко распахнулись, теперь он понял, почему этот человек показался ему знакомым.
– Собственной персоной, – коротко склонил голову наёмник. – Центральная фигура самого драматичного восстания на этой планете.
– Но ты давно мёртв, – прошептал Бард. – Были же свидетели, вся колония…
– Людям показали казнь по мониторам, – рассмеялся Даниэль, хлопая себя по бедру свободной рукой, – то же самое кино, что крутили нам в школе, на уроках истории.
– Верно, – подтвердила Ирит. – Комитет и Команда работают в одной упряжке. Когда вышло так, что колония оказалась на грани гражданской войны из-за утечки данных о вместимости Морского Города, недовольных возглавил некий Амир Джазим. Этот персонаж впоследствии успешно провалил восстание. Главаря несостоявшейся Революции осудили и казнили под прицелом телекамер, без привлечения к этому действу толпы, якобы опасаясь народных волнений. Несколько доверенных членов Комитета и Команды засвидетельствовали «смерть», кремировали труп, а на самом деле – спрятали актёра на Ковчеге.