Страница 28 из 124
Корковые отделы анализаторов состоят как из компактного скопления большого числа специализированных нервных клеток, так и из многочисленных отдельных нервных клеток, расположенных в соседних участках коры. Благодаря такому строению мозговых отделов анализаторов отсутствует их точное пространственное отграничение друг от друга, хотя в процессе эволюции мозга мозговые отделы анализаторов и получили более или менее определённую локализацию в коре.
Раздражители, вызывающие возбуждения в рецепторах, делятся на адекватные и неадекватные. Каждый рецептор имеет особое строение, благодаря чему он воспринимает только определённые по своему качеству раздражители, т. е. приспособлен к трансформированию в нервное возбуждение раздражений, исходящих от соответствующего особенностям его строения раздражителя. Например, глаз приспособлен только для восприятия и трансформации световых волн, ухо — звуковых волн и т. д. Эти раздражители получили название адекватных, т. е. соответствующих только данному рецептору. Адекватные раздражители могут, однако, вызывать нервное возбуждение только в рецепторах, а воздействие их на проводниковый или центральный отделы анализаторов не сопровождается возникновением возбуждения.
Вместе с тем есть ряд раздражителей, которые могут действовать на разные рецепторы, вызывая в каждом из них присущие последним возбуждения. Например, давление или электрический ток вызывают соответствующие возбуждения как в глазу, так и в органе слуха. При воздействии давлением или электрическим током на глаз мы будем получать характерные ощущения света, при воздействии тех же раздражителей на ушной аппарат — слуховые ощущения.
Такие раздражители получили название неадекватных, т. е. не соответствующих строго только определённым рецепторам, а способных вызвать нервное возбуждение в разных рецепторах. Неадекватные раздражители могут вызвать соответствующие возбуждения не только в рецепторах, но и при прямом воздействии на проводниковый или на корковый отделы анализаторов: при раздражении электрическим током зрительной области коры мы будем получать ощущения вспышек света.
Ощущения, вызываемые воздействием на любую часть анализатора неадекватных раздражителей, отличаются от тех, которые вызываются адекватными раздражителями. В последнем случае ощущения будут ясными, дифференцированными, отражающими объективные особенности внешних предметов или явлений. При действии же неадекватных раздражителей получаются ощущения того же качества (зрительные — при воздействии на зрительный анализатор, слуховые — при воздействии на слуховой анализатор), но только «элементарные», характеризующие качество данного ощущения в его самом общем виде (свет, звук), без дифференциации свойств предметов.
Эти факты, будучи истолкованы идеалистически, нашли своё выражение в так называемом «законе» специфической энергии органов чувств, впервые сформулированном физиологами-идеалистами в середине XIX в. По этой «теории» получалось, что ощущения не отражают внешнего мира, что они по самой своей природе независимы от особенностей физических раздражителей и отражают лишь особенности физиологических процессов, протекающих в нервной системе.
Если органы чувств, утверждали авторы этих «теорий», отвечают одними и теми же специфичными для них ощущениями на самые различные раздражения, это значит, что ощущения не являются образами внешних предметов, соответствуют лишь различным состояниям наших нервов. Раз внешние раздражители, будучи самыми различными, вызывают в органах чувств только те состояния, которые соответствуют природе данного органа, значит, ощущения отражают не качества или состояния внешних предметов, а лишь качества и состояния самого чувствующего нерва, вызываемые в нём внешними причинами. Сами же эти качества и состояния, различные в различных чувствительных нервах, суть не что иное, как энергия самих органов чувств.
Этот идеалистический вывод является ложным. То, что неадекватные раздражители вызывают специфические для данного анализатора ощущения, не может служить основанием для отрицания того, что наши ощущения являются отражением объективной действительности, отражением специфических качеств внешних предметов.
В процессе филогенеза анализаторы постепенно развились в специальные сложные нервные приборы, приспособленные к наилучшему отражению определённых раздражителей. Например, у червя орган зрения представляет собой всего лишь группу нервных клеток, расположенных в верхней части головного ганглия и служащих целям ощущения простейших световых раздражений; червь не воспринимает зрительно окружающих его предметов, а способен реагировать лишь на изменения в силе света.
У животных с более высокой организацией, например у насекомых, глаз имеет уже сложное строение, которое позволяет животному различать в окружающей среде не только оттенки света, но и отдельные предметы. Например, пчела летит только в свой улей, зрительно распознавая его цвет, форму, расположение среди других ульев; она не полетит в другой улей, который отличается от её улья своей формой, окраской или расположением. Необходимость совершать эти более сложные приспособительные реакции и привела в процессе развития к образованию более сложного фасеточного глаза насекомых, который позволяет им воспринимать не только цвет, но и форму предметов.
У высших животных и у человека глаз имеет ещё более сложное строение, которое позволяет очень дифференцированно воспринимать воздействие зрительных раздражителей. Так, зрительный анализатор у человека имеет сложный концевой отдел в коре головного мозга, связанный в своей деятельности со всеми другими участками коры; благодаря этому зрительные ощущения, отражающие свет и цвет предметов, вместе с тем включаются в сложные процессы восприятия предметов и пространственных отношений между ними, знание которых необходимо человеку в его трудовой деятельности.
Глаз человека по своему анатомическому строению (глазное яблоко, зрачок, преломляющий аппарат, сетчатка) наилучшим образом обеспечивает восприятие окружающих предметов. Такой орган ощущения мог развиться только в предметно-пространственном мире в процессе длительного приспособления животных к воздействиям объективно существующей внешней среды и в связи с особенностями этой последней. Таким образом, рассмотрение филогенеза анализаторов позволяет правильно понять факт воздействия на них неадекватных раздражителей.
То, что нервное возбуждение, начавшееся в сетчатке глаза под влиянием электрического тока или давления и переданное в корковый конец зрительного анализатора, вызывает именно зрительное, а не какое-либо другое ощущение, есть результат длительного, происходившего в течение миллионов лет приспособления зрительного органа к восприятию определённых внешних раздражений. В процессе филогенеза образовались такие высокоспециализированные анализаторы, которые и могут воспринимать лишь данные, а не другие раздражения, что позволяет анализаторам точнее и дифференцированнее осуществлять свою отражательную функцию.
Наличие так называемой специфической энергии органов чувств лишь подкрепляет утверждение, что ощущения являются подлинным отражением объективно существующих характерных особенностей предметов и явлений действительности.
Значение ощущений в познании объективного мира
Материалистическая философия всегда вела борьбу с идеализмом за правильное понимание природы ощущений. Английский философ XVII в. идеалист Беркли утверждал, что предметы существуют лишь в сознании человека, в его ощущениях и восприятиях, что не ощущение является отражением объективной действительности, а, наоборот, действительность есть не что иное, как только наше ощущение: «Существовать, — писал Беркли, — значит быть воспринятым».
На той же по существу точке зрения стоял и идеалист, физик XIX в. Эрцест Мах. Он считал, что существуют только наши ощущения, внешние же предметы представляют собой лишь «комплексы ощущений». О внешних предметах мы ничего не знаем, кроме наших ощущений. Отсюда Мах приходил к прямому отрицанию объективности материального мира, утверждая, что «внешний мир объективно существует только в моих ощущениях».