Страница 3 из 14
– Езжайте скорее, – выдохнула я и головой откинулась на изголовье сиденья. – Мы можем опоздать.
Мистер Эйлар нажал на газ – и через мгновение мы уже неслись по просыпающимся улицам города. Благо, на дорогах в этот час было достаточно свободно. Одни только омнибусы, словно огромные улитки, ползли по городу, пуская пар и поскрипывая тормозами.
Я засыпала. Глаза закрывались, голова падала, поддерживаемая лишь толстым шарфом, от этого я просыпалась и, моргая, смотрела прямо перед собой. Спустя несколько минут напряженного молчания, остановившись на светофоре, мистер Эйлар коснулся рукой моего лба – и выругался.
Должно быть, меня лихорадило.
– Ты совсем идиотка, что ли, в таком состоянии из дома выходить, – пробормотал тренер. Светофор подал сигнал ехать. Мы проехали совсем немного, прежде чем мистер Эйлар остановился на обочине возле парка и вышел из машины. Потом открыл дверцу с моей стороны и жестом попросил развернуться. – Ноги опусти на землю. Давай, я тебя сейчас немного подлатаю.
Я с трудом повернулась. Так не хотелось отрываться от спинки кресла – и я облокотилась о нее боком.
– Нам надо торопиться, – выдохнула я.
– Слушай внимательно, – тренер поднял мою голову и заставил посмотреть ему в глаза. – Сейчас я вкачаю в тебя силу, чтобы ты протянула, пока мы сходим в академию и утрясем вопрос. Но потом ты отправишься домой и вызовешь врача. Поняла меня? Самого лучшего врача. Самого дорогого. Я оплачу счет.
Не совсем осознав, что именно он сказал, я кивнула. В тот момент я была согласна на все.
Потом по телу потекла сила. Она проходила постепенно по всем органам, словно текла по венам, и потом растворялась в клеточках. Не знаю, как долго это длилось. Может, минуту, а может – десять. Но, когда тренер усадил меня обратно и сел на свое место, словно постепенно светлеющее пасмурное небо, внутри меня распускались цветы облегчения.
– Спасибо, тренер, – сказала я, утирая шарфом пот со лба.
– Благодарностью будет, если ты все сделаешь, как я сказал. Пристегнись.
Я послушно пристегнулась и, когда через несколько минут мы остановились у академии, я себя чувствовала почти живым человеком.
– Должно быть, они в тренерской, – сказала я.
– Давай через улицу, так быстрее будет.
Мы быстрым шагом минули сначала внешний двор, потом внутренний, прошли мимо стадиона, потом мимо беседки – и, наконец, вбежали в восточное крыло.
– Они уже там, – напряженно сказал мистер Эйлар.
Я сорвалась на бег и, обогнав его, вбежала в тренерскую.
– Стойте! – крикнула я, и вдруг почувствовала, как закружилась голова. Магия мистера Эйлара уступала перед лихорадкой.
– Придурки, вы что удумали?! – воскликнул он, вбегая в кабинет.
– Шелли?.. – Маркус, который сидел ближе всех к двери, обернулся и встал со своего стула.
Из последних сил я подошла к столу и выдохнула:
– Не!.. Не де…
А потом комната закружилась и исчезла в темной дымке.
***
– Шелли? Шелли, ты меня слышишь? – откуда-то издалека раздался знакомый голос. Потом кто-то похлопал меня по щекам.
– Спокойно, не мучайте пациента, – строго произнес кто-то другой. – Она приходит в себя, ей просто нужно время.
– А когда ждать полного выздоровления? – это уже голос отца. Уж его-то я узнала бы в любой ситуации.
Тело было тяжелым и не слушалось. Даже веки не поднимались. Жарко было настолько, что по вискам прокатилась капелька пота, которую тут же кто-то заботливо утер мягкой тряпицей.
– Оставьте нас с мистером Миллерсом наедине, – попросил незнакомый голос. – Нам надо кое-что обсудить без посторонних.
– Ей что, настолько плохо? – ужаснулся кто-то. Это точно был кто-то из команды, но я настолько плохо соображала, что едва ли могла опознать наверняка.
– С мисс Миллерс все будет в порядке. Но есть такое понятие как врачебная тайна, и сперва я должен обо всем рассказать официальному опекуну пациентки. Поэтому, прошу…
Раздались шаги, и голоса скоро стихли за дверью. Я хотела спросить, что со мной, но смогла только чуть разомкнуть губы и сделать короткий, слабый вдох.
– Скажите, как есть, доктор, – попросил отец. – Нам нужно беспокоиться?
– Причин для беспокойства нет, – ответил тот. – Скажите, ваша дочь бывала на Эллоне или контактировала с керри последние несколько дней?
– Да, она действительно ездила на Эллон. Хотите сказать, она заразилась чем-то от керри?
– Простая инфекция, которую керри переносят легко, люди вообще обладают к ней стойким иммунитетом, драконы заболевают только в пожилом возрасте…
– То есть, это не нормально, что она так тяжело переносит эту “простую инфекцию”?
– Не нормально, но так случается. Редко, но случается. Дело в том, что во время осмотра я обнаружил у вашей дочери целый список нехарактерных для человека элементов. Объем магического резерва, цвет силы, узор линий, по которым она движется, не характерны ни для людей, ни для драконов.
– Что? Как это? Вы хотите сказать, она не человек?
– Совершенно верно. На то же указывает и скорость ее регенерации. Скажите, как давно у нее этот ожог?
– Чуть больше месяца, но какое…
– Я внимательно изучил поведение тканей на месте шрама. Рану явно лечили при помощи силы, которая характерна нам, лесным драконам. Но даже я не смог бы так быстро и эффективно залечить столь серьезный ожог в такой короткий промежуток времени. У вашей дочери либо ускоренная регенерация, либо устойчивость к огню.
– Подождите, я ничего не понимаю! Как она может не быть человеком? Это же моя дочь!
– Совершенно верно, и вы, уверяю, самый настоящий человек. Однако можно ли познакомиться с ее матерью?
– Увы, только на том свете.
– Соболезную. Это, конечно, осложняет дело. Скажите, вы не замечали за матерью мисс Миллерс нечто необычное? Необычные виды магии, например? Способности? Ипостаси?
– Она была обычной ведьмой, ничего особенного. Получила базовое образование в академии и работала в прибрежном поселке фельдшером.
– Так случается, что мы встречаем представителей неизвестных нам рас, которые так или иначе когда-то оказались в Виригии. Я внесу вашу дочь в реестр, зафиксирую обнаруженные мной признаки и, в случае, если нам станет что-то известно, мы вас оповестим. Вы, в свою очередь, тоже наблюдайте за дочерью и сообщите вот по этому адресу, если заметите за ней нечто странное.
– Например, если начну голой бегать по улице? – прохрипела я и попыталась прочистить пересохшее горло.
– Мисс Миллерс! – врач склонился надо мной как раз в тот момент, когда я с трудом, но все-таки открыла глаза. – Как вы себя чувствуете?
– Паршиво, – призналась я. – Долго мне так лежать?
– Не дольше пары дней. Вечером вам доставят лекарство, которое эффективно борется с данной инфекцией.
Говоря все это, врач осматривал мои глаза сквозь увеличительное стекло. Осмотр его удовлетворил. Кивнув, он улыбнулся и спросил:
– Вы слышали, что я только что говорил вашему отцу?
– О том, что я неведомая зверушка?
– Существо не известной в Виригии расы.
– Слышала. Таких комплиментов мужчины мне еще не делали.
– Мисс Миллерс уже шутит, – удовлетворенно заметил доктор. – Что ж, предписания по лечению я вам передал, состояние пациента удовлетворительное, лекарство доставят в промежутке между третьим и шестым часом. Поправляйтесь, мисс Миллерс.
С этими словами доктор с моим отцом покинули комнату, но я не успела даже прикрыть глаза и выдохнуть, как в нее тут же влетели три дракона: Маркус, Даниэль и Макс.
– Шелли, ты как? – Даниэль сел на пол возле моей кровати.
– Доктор уверял нас, что ты в порядке, но потом выставил из комнаты, – добавил Маркус. – Что-то серьезное?
Только Макс молчал, бледный и напряженный. Он сидел на краешке дивана, на котором спал той ночью, когда остался у меня, и громко хрустел пальцами.
– Ничего серьезного, – я попыталась улыбнуться. – Через пару дней уже буду на ногах.