Страница 26 из 72
— Неудобный, — пробурчал Иван, идя по вымороженному песку той самой луны, где размещалась искомая шахта.
Парень поднял руку и повёл плечом. Боевой скафандр действительно был неудобен — в нём не было той свободы, что есть в лёгком тактическом снаряжении, несмотря на мощные сервоприводы. Уж слишком много брони и систем жизнеобеспечения на него навешано. Сталь, титан, керамика, классические кевлар и карбон чередовались между собой, словно коржи в торте. И сила тяжести в восемь раз меньшая земной не компенсировала неудобства, а только добавляла их — создавалось впечатление ребёнка, закутанного в три тулупа и обмотанного поверх них толстым длинным шарфом, и вдобавок провалившегося по самую шею в воду. Вроде бы и не очень тяжело, но ни повернуться нормально, ни конечностью пошевелить. А стоит оттолкнуться ногой посильнее, как скафандр норовит опрокинуться.
— Практика. Только практика поможет с этим справиться, — пробасил Потёмкин, шедший рядом.
Над головой была чёрная бездна неба, усеянного бесчисленными искрами ярких звёзд, и на этом фоне чернел круг безымянной недозвезды́. Лучи фонарей шарили по серой каменистой равнине, то и дело натыкаясь на здоровенные валуны, разбросанные давним ударом метеорита. Стенки громадного кратера, расположенного в километре от экипажа, отдалённо смахивали на древний крепостной вал, для полного сходства не хватало только башенок с флажками и подъёмного моста.
А впереди блестел белыми огнями светоотражающей краски небольшой сторожевой комплекс шахт.
— Ага, практика, — пробурчал Иван, — я уже шеи не чувствую.
— Это пройдёт, — ответил киборг, тоже снаряжённый в броню. На вопрос «Зачем ему скафандр?» Потёмкин поглядел на княжича таким хмурым взглядом, что парню стало неудобно. Оно и понятно, ведь киборг — это напичканный протезами живой человек, и сам по себе тоже не герметичен, а вокруг почти полный вакуум. Вон, даже Женёк, которой сейчас сидел в кабине атмосферника, упаковался в оранжевый скаф, мол, если в обшивке сделают дырку, его собачье сердце сразу сдохнет, и какой же он после этого киборг?
Низкая сила тяжести сыграла на руку, и шаттл посадили на одних маневренниках, выжимая из движков всё, что можно.
— Как ты так идёшь? — снова спросил Иван, глядя на Потёмкина.
— На цыпочках. Ты, княже, на Михаила посмотри. Он тоже справляется.
Парень остановился и, стараясь не завалиться набок, повернулся. Навигатор двигался словно мультяшный — тело ровное, руки разведены в стороны, а сам смешно отталкивался носками ботинок, совершая мелкие прыжочки, и даже автомат в руках не мешал.
Когда до шахты осталось не больше пятисот метров, встали, так как сканеры показали движение.
Навигатор вытянул руку в сторону нескольких гермоблоков сторожки, по которым прыгал круг света его фонаря.
— По уму сперва надо пройтись по ним артиллерией, потом пустить тактических дроидов, и только после этого идти самим.
— Нет у нас ни того ни другого, — ухмыльнулся в ответ Потёмкин.
Затем слово вставил Иван:
— По легенде мы должны просто сфотографировать, значит, никаких глобальных разрушений допустить не можем.
— А что нам потом мешает сказать, что на фотовспышку бросился монстр, а мы защищались? К чему нам сложности? — провернул голову в сторону княжича киборг. — Мы же вроде решили просто издали попрактиковаться в стрельбе. Или я чего не знаю?
— Надо глянуть глубже.
Иван поджал губы и на секунду замолчал. С одной стороны, нехорошо всем подряд рассказывать о разговоре отца и подозрениях, а с другой — если обманывать команду, то это может потом обернуться куда большей бедой, чем быть просто поднятым на смех. Парень повёл затёкшей шеей, хрустнул позвонками и лишь через некоторое время ответил:
— Я не доверяю куратору. Все его задания лживы, а сам он продажная тварь. И если сказал не лезть в шахту, значит, что-то скрывает, и мы должны туда забраться и посмотреть.
— С чего бы это? — неподдельно изумился Потёмкин.
— А он мне сразу не понравился, — вздохнул Михаил. — Пафосный он какой-то, надменный. И тросточка эта…
Иван снова промедлил с нужными словами.
— Мне шепнули, что не стоит ему верить. Что предаст в любой момент. Продаст за копейки.
— А тому, кто шепнул, доверять стоит? — сделав несколько шагов и нависнув перед княжичем, спросил Потёмкин. Сквозь стекло гермошлема было видно, насколько серьёзным стало его лицо.
Иван выдержал долгий испытывающий взгляд и не отвёл своего. Казалось бы, простой вопрос: «Можешь ли доверять?», расставляет всё по местам. Даёт понять, как ты относишься к человеку. Отец всегда гонял по квестам и разным испытаниям, всегда заставлял работать на износ. По малолетству казалось, что только и желает зла, а сейчас стоит вопрос: «Доверяешь ли?»
С другой стороны, можно ли верить команде, с которой ты не так уж давно?
Если не верить, то можно смело прикидываться овощем, не хуже Марьи, и плыть по течению, сходя с ума от мании преследования, а то и совсем отказаться от «Синей птицы». Но отец же ничего про экипаж не обмолвился, хотя наверняка рылся в их прошлом. Не мог не рыться.
— Абсолютно, — проговорил парень, поставив точку не только в нарождающемся конфликте, но и во внутреннем противоречии.
— Ясно, — пробасил киборг. — Но зато неясно, какого хрена мы лезем в яму с говном. Можно же в самом деле просто издали пофоткать, не подставляясь. Или ты решил сделать это наперекор, типа, взрослый и непослушный мальчик? Глупо.
— Даже если там ничего нет, хочу проверить свои силы, а то вдруг придётся столкнуться с пиратами не понарошку, — выдохнул княжич и добавил, повысив голос: — В общем, не знаю! Интуиция! Если скажешь, что глупости, то сделаю, как скажешь!
Потёмкин грустно улыбнулся и вздохнул.
— Придётся очень осторожно зачищать всю локацию. Что бы ни одна падаль не напала со спины.
Он сделал шаг в сторону и хлопнул по плечу навигатора.
— Михась, покажем, что планетарный десант бывшим не бывает?
— С вас пиво и отпуск на тёплом море, — пробурчал навигатор и сузил пучок света у фонаря. Размытое пятно приобрело форму мишени с тонкими кругами посередине. Мишень запрыгала по сторожке, которая выглядела как несколько герметичных контейнеров, соединённых между собой переходами. В одном из боковых имелся шлюз. Рядом с брошенными строениями виднелась и стоянка с техникой, где ждали своего пробуждения из летаргического сна экскаватор и несколько низкопрофильных шахтовых грузовичков. Перед ними, словно корыта на скотном дворе, лежали большие открытые контейнеры для руды. Руду обогащали здесь же, отчего за шахтой виднелся громадный отвал породы.
— Какой будет план? — тут же спросил Иван.
На этот раз замолчал Потёмкин, который долго вглядывался в сиротливую технику, строения и уходящий в пологий склон холма туннель шахты. Луч фонаря скользил по железу, словно нос вынюхивающей следы собаки. Но лишь раз выхватил из мрака неясное движение около экскаватора — размытая тень, видимая на сером грунте в рассеянном свете, отражённом от борта карьерного грузовика и белых сторожек, выгнулась дугой и скрылась из вида, как кот, на которого вылили ведро воды.
Киборг завершил осмотр тихим матом и выдал резолюцию:
— Во-первых, надо провести разведку. Возможно, разведку боем. Во-вторых, сделать анализ и выявить слабые места. В-третьих, разработать тактику. Предлагаю так: я впереди, Михась меня прикрывает, а ты, княже, контролируешь с заднего плана.
Потёмкин поддел пальцами лямку, скинул с плеча тяжёлый пулемёт и протянул парню, оставшись лишь с пистолетом-пулемётом, болтером и связкой гранат на поясе.
— Я тоже могу идти впереди, — возмутился Иван, разглядывая оружие с ребристым кожухом водяного охлаждения вокруг ствола. От пулемёта к большому ранцу, висящему на спине киборга, тянулись шланги и гибкий рукав для пулемётной ленты.
— Нет, во-первых, вся наша миссия завязана на тебе, княже, и ты должен быть в целости и сохранности, а вот вторых, у тебя пока нет опыта боя. А долбить маслятами по лазерной указке — не самое сложное занятие. Не снайпер же.