Страница 44 из 51
Эллен нахмурилась.
— Проблема? Но энергетический импульс сработал идеально. Я, конечно, предпочла бы, чтобы ты не лишал света десять кварталов города, но отключения было краткосрочным, и моя команда собирала тела «НУ-ВИД 4» все утро.
На этот раз нахмурился Стефан.
— Собирала тела? Для чего? Почему?
Эллен приложила палец к губам.
— Не хочу ничего говорить по линии компании. Я и так сказала слишком много. Полагаю, от радости. Сам увидишь во время следующего визита.
— Когда буду получать зарплату? — насмешливо спросил Стефан.
— Стефан, я очень занята. Какая проблема так сильно тебя обеспокоила?
— Один член моей команды, который скоро станет бывшим, считает, что паразиты, то есть «НУ-ВИД 4», не так зловредны, как мы все считаем. Он полагает, что они лишь облегчают наши мучения. То есть избавляют от боли. Если его предположение верно, нет необходимости бороться с ними.
— Что? — Фаустино на мгновение замолчала. — Не могу представить, как такое возможно, но немедленно прикажу моей команде проверить. Никаких энергетических импульсов, пока не будет установлена истина. Состояние боевой готовности отменяется до завершения некоторых экспериментов. Результаты будут получены всего через пару недель. Вы можете подождать?
— Я ждал три года, — ответил Стефан. — Подожду еще пару недель.
Фаустино опустила глаза.
— Понимаю, как трудно будет тебе это признать, но помни, пока ничего не доказано. Возможно, мы все еще на правильном пути.
— Две недели, — сказал Стефан, закрывая телефон.
Повторюшка выпустил из груди воздух, который удерживал в течение почти всего разговора.
— Две недели. Я прав, сам увидишь.
Стефан бросил ему телефон.
— Ничего не хочу слышать, Повторюшка. Какими бы ни были результаты опытов профессора Фаустино, ты врал нам на протяжении многих лет. Мы доверяли тебе наши судьбы и жизни, а они не имели для тебя никакого значения.
— Я ни разу никому и ничему не навредил и не должен извиняться за это.
— Извиняться слишком поздно, Повторюшка. Ты обманывал всех нас. Мы не можем тебе доверять. Хочу, чтобы ты убрался отсюда с рассветом.
Повторюшка посмотрел Стефану прямо в глаза. Взгляд был твердым, но обиженным.
— Хорошо. Уберусь, если ты этого хочешь.
Стефан повернулся к ребенку Бартоли спиной.
— Хочу.
Космо лежал на койке и смотрел, как ржавые клещи поедают головку болта на потолке. «Вот ведь невезение, — думал он. — Каждый раз, когда нам вроде бы удается все уладить, обрушивается новая напасть». Он чувствовал себя крысой в лабиринте: самое безобидное, казалось бы, действие могло привести к беде. За это время он столь рисковал, столько пережил, натерпелся страха — и все ради чего? Ради того, чтобы извести множество загадочных существ, которые на самом деле пытались помочь человечеству? Если, конечно, Повторюшка сказал правду.
Надо смотреть на вещи оптимистически, сказал себе Космо. По крайней мере, волосы понемногу отрастают. Еще пара месяцев — и голова перестанет смахивать на задницу тролля.
У входа в его тесную спальню появилась Мона.
— Эй, ты не спишь?
Космо сел на койке.
— Не сплю. Поспал пару часов, но мне все время снился Повторюшка.
Мона присела на край койки.
— Я тебя понимаю. Не думаю, что Стефан с этим справится. Сначала оказалось, что он помогает паразитам размножаться, потом — что они на самом деле пытаются избавить нас от страданий.
— Если Повторюшка прав.
— Да, если Повторюшка прав.
Мона собрала волосы в хвостик на затылке и завязала лентой.
— Космо, я много думала о том, чем буду заниматься дальше. Может быть, пойду работать к Жан-Пьеру — помнишь механика из Бушки? Он уже столько лет заманивает меня. Все равно ему осталось недолго, а кто-то должен поддерживать машины банд в порядке.
У Космо похолодело в животе. Ему и в голову не приходило, что Мона может взять и уйти.
— Ты уверена? Мне казалось, что тебе нравится все это. Ну, погони по крышам, пальба, риск…
Мона улыбнулась.
— Да, я люблю пострелять. Все как в компьютерной игре. Истребить злобных синих инопланетян. Но они не инопланетяне и, скорее всего, не злобные. И вряд ли я теперь смогу навести «громобой» на одно из этих созданий, если не буду на все сто процентов уверена, что они нам угрожают.
Космо кивнул. Он чувствовал себя так же.
— Вот я и подумала, — продолжала Мона, — что мне ведь понадобится механик. И притом смышленый. Сможешь заменить в машине синтомасло?
Космо улыбнулся так широко, что его зубы заблестели в темноте.
— Я? Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой?
Мона хлопнула его по плечу.
— Почему бы и нет? Из нас получится хорошая команда. Ты постоянно спасаешь меня…
Космо открыл рот, чтобы сказать «да», но это короткое слово застряло у него в горле.
— Я бы с радостью, Мона. Мне хочется этого больше всего на свете, но Стефан приютил меня.
Взгляд Моны был печальным, но не удивленным.
— Я понимаю, Космо. Не волнуйся, я никуда не уйду, пока Эллен Фаустино не закончит свои исследования. Может быть, после этого ты передумаешь.
— Может быть, — мрачно произнес Космо. Теперь остались только он и Стефан. Посмешище, а не команда.
Параюристы «Маичи» отлично умели перемещаться скрытно и бесшумно. Целая рота могла пробежать мимо оленя, а тот и ухом бы не повел. Высокотехнологичное снаряжение обеспечивало им еще большую скрытность. Каждый параюрист таскал на себе тридцать фунтов оборудования, которое помогало им карабкаться, резать, жечь и брать в плен.
На большие расстояния параюристов со всем их снаряжением доставляли бесшумные вертолеты «Маичи», которые представляли собой нечто среднее между вертолетом и планером. Эти аппараты обладали возможностями как вертикального взлета, так и планирования на жестких крыльях. И разумеется, они тоже несли вооружение и способны были в мгновение ока уничтожить всякого, кому вздумается наставить на вертолет хоть мало-мальски похожий на оружие предмет.
В арсенале параюристов было много способов проникновения, но самым любимым был «призрачный». Они любили, когда жертва просыпалась в целлофановой упаковке, не понимая, как в ней оказалась. Никаких потерь. Меньше бумажной работы.
Для роты, в послужном списке которой были проникновения в несколько иностранных банков, две крепости преступных авторитетов и один частный детский сад, дом на Абракадабра-стрит был детской забавой. Параюристы высадились на крыше, бесшумно спустились на тросах до нужного этажа, установили портативные генераторы радиопомех, чтобы отключить датчики движения, и наклеили на окна огромные прямоугольники растворяющей стекло пленки.
По приказу командира роты параюристы подключили к пленке ток и просто вынули стекла из рам. Поскольку на всех окнах здания были задернуты плотные шторы, взлом остался никем незамеченным.
Две дюжины параюристов с нескольких сторон проникли в здание и надели инфраочки, настроенные на температуру человеческого тела. По команде они разделились на четыре группы, по одной на цель.
Некоторые члены группы захвата были даже слегка разочарованы. Они много слышали о мятежном Стефане Башкире и предвкушали жестокую схватку. Но очень скоро стало ясно, что все пройдет тихо. Никто не окажет им сопротивления. Судя по всему, весь дом крепко спал.
Космо открыл глаза и увидел в своей крохотной спальне троих параюристов. Один из них дослал в ствол патрон. Космо сделал глубокий вдох, чтобы грудная клетка расширилась.
— Ты знаешь, что сейчас будет, — сказал параюрист, нажимая на курок.
Мона всегда спала чутко, и успела даже вскочить с койки. Поразительно, но девушке, совершенно не обученной приемам рукопашного боя, удалось вывести из строя двоих параюристов, прежде чем третьему удалось сразить ее «шокером». Они подождали, пока тело ее перестанет трястись, потом выпустили целлофановый заряд.