Страница 57 из 60
Одна зацепка ко мне — это конверт с его именем и фамилией, который вспомнит вахтерша, но не найдут в комнате маньяка.
На какие мысли его появление сможет навести следствие — да кто его знает? Вряд ли на какие-то правильные о том, что же случилось.
Если меня не прихватят на месте покушения на убийство, и я не попадусь в руки милиции сегодня почему-то, если спокойно доберусь до вокзала и потом до квартиры в Ростове, то каких-то шансов найти меня в огромной стране просто нет.
Если кто-то не сопоставит по почерку местные анонимки против тех, которые я отправляю в Большой дом и Министерство в Москве. Такой невозможный в принципе вариант, как мне кажется, чтобы человека, напавшего на Чикатилу здесь стали искать по всей стране.
Я пока кладу пакет на том же месте, где стою. Думаю, после акции мне лучше вернуться обратно на аллею кладбища и добраться по ней до улицы Революции. Чтобы никто меня не видел рядом с местом возможной смерти Чикатило.
Хотя совсем забивать его на смерть я пока не планирую, думаю обойтись тяжкими телесными.
Ну, тут уж как дело пойдет, можно и особо тяжкими тоже.
Еще подумал написать на листе имеющейся тетрадки что-нибудь про сущность маньяка и оставить около его тела. Однако, получается явное такое признание в том, что писавший ранее анонимки и отправлявший их из северной столицы сам приехал из Ленинграда и напал на Чикатило. По почерку смогут определить точно, так что лучше не искать себе лишних оправданий.
Ждать пришлось до полной темноты, несколько раз мимо проехали машины, две из них заехали в гаражи поблизости, остальные, примерно с десяток, проехали дальше мимо кладбища.
Пока я стою и раздумываю, пытаясь все предусмотреть, сжимаю в руке тяжелую ножку от табурета и вдруг события закрутились помимо моей воли, уже почти неотвратимо начала раскручиваться пружина подготовленного события.
Сначала я услышал чьи-то быстрые и нервные шаги, как раз в гаражах напротив меня перестали шуметь на какое-то время. Потом до меня донеслось какое-то бормотание и сопение и я, мгновенно похолодев, сразу догадался, что хитрый маньяк не идет по улице к своей машине. Он шагает по аллее кладбища между могилами и похоже, делает это не в первый раз. Быстро приближается ко мне, бормотание усилилось, я могу разглядеть привыкшими к темноте глазами его мелькающий силуэт на фоне каких-то серых просветов в сплошной темноте.
«Вот ведь гнида, уже хорошо продумал пути отхода из парка. Чтобы лишнего не светиться на улице», — успел подумать я, судорожно доставая фонарик и разворачивая его в руке.
Присел пониже, на уровень оградки, какая-то машина катится за моей спиной.
Времени осталась всего пара секунд, ведь маньяк дошел до того прохода между могилами, где жду его я. Немного постоял, вот он шагнул в мою сторону, заметив свою машину в свете фонарей проезжающего мимо грузовика.
«Ага, здесь самый удобный и близкий проход к его машине».
Я пока сижу за оградкой могилы, когда услышал первые шаги Чикатилы в мою сторону совсем рядом, резко выпрямился и включил фонарик, направив его сразу в хорошо уже знакомое мне лицо.
— Гражданин Чикатило? — спросил я сам довольно гнусным хриплым голосом, совсем не опасаясь, что кто-то меня на проезжей части расслышит за шумом проезжающего рядом грузовика.
От внезапного света маньяк попробовал прикрыться своим портфелем и как-то весь извернулся боком от меня.
Явно, очень здорово ошарашен, когда его встретила милиция на его же тайной тропе, про которую никто не должен знать. Не какая-то случайная жертва возможная, а именно милиция с фонарем, которая явно его здесь поджидает, раз знает его по фамилии.
Кто еще может так посветить в лицо и казенным голосом спросить положенные слова? Больше некому точно, а сам рассмотреть он меня не может.
Я шагнул к маньяку, пытаясь рассмотреть, где его руки и не вытаскивает ли он из кармана свой нож.
Впрочем, мне хватило всего одной секунды, чтобы приблизиться в нему и с размаху отправить ножку табурета на встречу с его головой. Ножка бумкнула, Чикатило всхрюкнул и повалился в проход головой от меня.
«Все, я сделал это!» — понял я снова, что Рубикон окончательно перейден в моей долгой канители с маньяком.
Приехал все-таки сам решить вопрос, который оказался не по зубам всей милиции с прокуратурой и даже горкому и обкому КПСС.
То есть я только что напал на маньяка и отправил его в глубокий нокаут, судя по тому, как ровно легла увесистая деревяха всей плоскостью на правую сторону его башки.
Выключать фонарик я не стал сразу, его тускловатый свет мне необходим, чтобы самому не нарваться на удар ножом и хорошо рассмотреть, куда продолжить бить.
Рассмотрел все нужное за секунду, ногой откинул портфель из руки Чикатилы и принялся охаживать его лицо и голову своей тяжелой дубинкой.