Страница 47 из 60
— Так еще в марте было всего пять комсомольцев в ячейке! А теперь уже одиннадцать! — напоминаю я ему.
Ирка с Людмилкой на попятную не пошли, принесли свои комсомольские удостоверения и вручили мне, как обещали.
— Вовчика мы тоже к тебе приведем, — улыбается Ира, — такой он еще теленок. Не то, что ты у нас! Мужик! Аж завидно Светке бесплатно такого делового парня отдавать! Должна нам проставиться, что такого красавца в нашем коллективе вырастили!
И они весело смеются, похоже, хорошо почувствовали еще молодое сознание парня и теперь держат его в ежовых рукавицах.
На такой мой аргумент второй секретарь отвечает, что этого мало, что нужно набрать тридцать человек в ячейку от такого солидного по численности торга.
«Ага, а первый секретарь райкома потом скажет уже про пятьдесят комсомольцев? Дружно сядут и ножки свесят? У них для этого процесса такой морковки точно нет, чтобы меня заинтересовать рвать задницу на британский флаг!» — где-то очень глубоко снисходительно слушаю я его слова
Я-то их не из пальца высасываю, а лично плачу за каждого набранного мной из своих собственных денежных средств.
«Да пошли они просто на хрен! — так я решаю про себя. — Буду соглашаться, кивать головой, а набирать буду по своему плану. Пусть мне там выговоры и прочие взыскания налагают, только смешат таким пришпориванием мое взрослое сознание».
Не нравится моя работа? Так я себе другое, совсем не пыльное дело найду в большом городе, разных возможностей много у предприимчивого парня с солидными деньгами и неплохо налаженным бизнесом.
Света вернулась из Нерехты снова страшно довольная. Как я понял, там за ее руку и сердце началось сплошное смертоубийство среди самых авторитетных и драчливых парней города. И даже отдала мне деньги за одну куртку, а за билеты не стала. Ее родители решили так сильно к будущему жениху в карман не залезать, чтобы не спугнуть заранее настолько хорошего парня, как Светик про меня рассказывает.
Ну и отлично, еще два раза спокойно скатался в Таллин, много не набираю и веду себя осторожно. Арнольд маме ничего против моих визитов не сказал, наоборот, очень порадовался, что кто-то ее навещает и свежую еду приносит.
То есть сама мама так радовалась, что я к ней теперь часто приезжаю и здорово помогаю по жизни.
Торговля идет успешно, вещи раскупают на раз-два, кучи шоколада в холодильнике тоже уменьшаются, хотя и не так быстро.
Светик ночует у меня уже по пять ночей в неделю, совсем променяв родную общагу на почти отдельное жилье рядом со своей родной теперь фазанкой.
В начале апреля раскидал по новым почтовым ящикам на Староневском проспекте четыре конверта, два в комитет госбезопасности Ленинграда, два в Министерство гражданской авиации СССР в Москву.
Именно про аварию ЯК-40 под Ленинаканом.
Результатов своей предыдущей деятельности, конечно, не знаю. И про эти письма тоже не смогу ничего сказать.
Поэтому гружусь двадцатого апреля вечером в скорый поезд Ленинград — Ростов-на-Дону, чтобы и дальше сеять разумное, доброе, вечное.
По мере своих сил и возможностей и по заветам именинника, нашего дорогого товарища Ленина!