Страница 66 из 91
Но что нам говорить. Благословим же царствование царя нашего Иоанна, говорякак благословил царствие Давида, и Езекии, и Осии, бог да благословит царствие твое, Иоанн, рог евангелия нового! И как освятил царствие Константина и Гонория[880], да освятит бог [царствие] Иоанна, рога заповеди троицы! И как вознес царствие Калеба и Марка[881], бог да вознесет царствие твое, о Иоанн, рог воли Иисуса Христа! И как сохранил царствие Израиля, отцов твоих, бог да сохранит тебя, и бог да поместит тебя в десницу свою, о Иоанн, рог веры! Солнце дневное да не попалит тебя, ни луна ночью, о Иоанн, рог иереев! Бог да хранит тебя от всякого зла, и бог да будет прибежищем душе твоей, о Иоанн, рог Писания! Бог да хранит тебя на путях твоих и при возвращении твоем, о Иоанн, рог семи даров, отныне и во веки веков. Аминь. Отче наш иже еси на небесех.
О глава даров Микаэль, не лгавший противу клятвы и завета, как эти Фасиль, который Варання, и Лубо, которые съели клятву свою, как тук пшеничный, и выпили присягу свою, как воду. Как сказал первый из мудрецов Сирах: «Сын мой! Не приучай уст твоих к клятве». А в другом месте сказал он: «Человек, часто клянущийся, исполнится беззакония, и не отступит от дома его бич» (Сир. 23, 8-11). Так блюди завет и клятву, ибо будут они тебе твердынею, и бог будет тебе помощником и опорою в день битвы, когда встретишься ты с врагами твоими, как помог он и сказал Иисусу [Навину]-князю: «Простри [копье], которое в руке твоей, к Гаю». Иисус простер руку свою к Гаю, и взяли его скоро окружившие город со всех сторон и зажгли огнем.
Жители Гая, оглянувшись назад, увидели, что дым восходит к небу. И не было для них места, куда бы бежать, ни туда, ни сюда. И народ бежавший обратился на преследователей, людей Гая. И встретились люди Иисуса, посланные с одной стороны, а другие с другой стороны, и убили язычников (ср. Иис Нав. 8).
Так же и ты, о глава могучих Микаэль, простер руку свою на Гай, то бишь обрел помощь божию от соблюдения завета и клятвы пред врагами своими, людьми валло и людьми Дамота. Витязи же твои прошли им в тыл и зажгли пламенем огня склоны Цада. И увидели [враги] поднимающийся дым позади себя и перед собой. Ты же с ангелом жизни святым Михаилом рассеял их, как прах, и не было у них убежища ни там, ни сям. Никого не боялся ты и не страшился, как гласит Писание: «Боящемуся господа некого ужасаться и страшиться» (Сир. 31, 18). А после сего насадил ты корень крепкий посреди Эфиопии, то бишь царя царей Иоанна, который поддерживает пошатнувшихся, то бишь притесненных. Господь в царствии небесном да воздаст тебе воздаяние Иова и Авраама прежних. Здесь же да не выведет он семя его из дома царского за сугубые труды его издавна и доныне. День же преселения твоего из сего мира да не сделает господь днем гнева, но днем милости по щедрости своей, ибо милостив он и милосерд. А если приидет внезапно грозное царствие его, да уделит он тебе место среди овец дома своего и да подаст тебе в наследие райский вертоград. Аминь. Отче наш иже еси на небесех.
О отцы мои и братья мои, что собрались в этом доме царском, дабы преподнести господину вашему Иоанну, царю царей, подать поклонения и дары благословения! Господь да не выведет вас из повиновения царю вашему, а коли погрешите вы немного и отклонитесь, да сделает к вам терпеливым сего Микаэля, честного и высокого главу вашего. И да сделает вам его ходатаем вашим пред царем, а самое главное и лучшее да подаст он вам время для покаяния. И да благословит он день смерти вашей, и как были вы войском царя земного, так да сделает он вас воинами дома царя небесного. А поперед всего любите друг друга, и да управит господь помышление ваше за это. Аминь. Отче наш иже еси на небесех.
О господине! Вот благословение. Да ведь не ведаешь ты, что нечестив я и грешен, ибо ты сказал мне: «Напиши историю бед моих ради истории царства». Разве, разве не ведаешь ты, что окружили меня псы многие, то бишь грехи многотысячные, число коих нескончаемо? Разве что по обилию терпения твоего ко мне. И не кажется мне, что не ведаешь ты многотысячных грехов моих, но [кажется, что] ведаешь. Лишь любовь твоя ко мне застилает тебе лик, дабы не взирать на грехи мои. Так не подобен ли ты отцу твоему, то бишь Христу, который не зазирал грешных людей, ибо сам отец твой не зазирал их. Он привел тебя ко мне с мудростью и богатством, с терпением и силою, коими сокрушаются враги твои во всякое время, коими посрамляются надменные пред тобою во всякий день, коими возвеличиваются смиренные в доме твоем во всякий час, коими возвеселяются удрученные в месте твоем каждый по достоинству своему, коими насыщаются голодные и напояются жаждущие по уставу своему, коими поддерживаются пошатнувшиеся от тяжести притеснения на площади судной суда твоего по чину своему. Ведь суд твой таков, ибо слышал ты слово Писания, которое гласит: «Люби грешников и ненавидь дела их». Еще ведомо тебе, что сказано: «Проклят всякий ненавидящий грешного, ибо сам он таков».
Еще кроме этого есть у тебя другая добродетель, то бишь любовь к врагам, ибо искушен [ты] в слове Писания, гласящем: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12, 21). Еще сказано: «Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья» (Рим. 12, 20). И потому ты и делаешь так, о господине; ведь знаешь ты от ученых о том, что беден я от богатства мудрости и ведения, ибо знание мое ничтожно, с волос единый на главе тех наставников, иереев твоих, а мудрость помышления моего-с мудростью праха земного, который попирают ноги тех мудрых, толкователей Писания, возлюбленных твоих. Но да будет мне благодатью заповедь любви твоей. Нем я, а она поведала мне то, что не по силам мне и не по разумению моему, ибо пришлец я, голодный, жаждущий, нагой, болящий и скованный цепями греха, ибо все виды несчастий, описанных в книге благовестия господа, пребывают надо мною. Тебе возможно — ты повелишь им, и отвратит от меня бог лик бедствий моих. И тебе на пользу будет отвратить их от меня, ибо не всуе останется надежда завета отца твоего, Христа, в день оный, день пришествия его[882].
О отцы мои и братья мои, матери мои и сестры мои! Соберитесь с мыслями вашими внешними и внутренними, чтобы внимать речи, которую поведает вам один человек, заблуждающийся плотью и душой, да еще ненасытный чревоугодник, но не говорите ему: «Так поведай же нам историю дома царского, ибо ты искушен в тайнах венца и престола, о которых говорится в доме царском», ведь он умножает речи не эти, а внешние, ибо он — болтун. Вы же простите и отпустите ему грех дерзости, ибо заблуждение и воздаяние за заблуждение свойственны ему, а глубокое понимание и оставление грехов ближнему свойственны вам. Не забывайте слова благовестия, которое гласит: «Не судите, да не судимы будете» (Матф. 7, 1). И еще сказал апостол в благовестии вам: «Кто ты, осуждающий чужого раба?» (Рим. 14, 4). Другой же сказал: «Кто злословит ближнего своего, тот злословит закон божий» (ср. Иак. 4, 11). И сказал один монах, украшенный светом святой троицы: «Помни ослятю, что вез господа святости, дабы не умалилось у тебя таинства». А если скажете вы мне: «Что это за слово повествования сего человека, деяниями заблуждающегося и злосоветного?», я скажу вам: «Он поведает вам, говоря: сей царь Иоанн завершил год Матфея в здравии и мире без возмущений и болестей, ибо был у него глава, который выносил все тяготы царствия и соблюдал весь устав царства ежедневно и ежечасно, сей Микаэль, подобный Иову терпением, и подобный Давиду кротостью, и подобный Соломону уставом суда, и подобный Самсону и Гедеону силою мышцы своей. И уподобилось ангелам бесчисленным войско его. Когда мы видели их стоящими во вратах и на площади дома его, пребывала над ними всеми краса мужества его, и помышление их не уклонялось от служения господу, ибо так воспитал их Микаэль, глава милости, как воспитывал так во все дни жизни своей.
880
См.. коммент. 153 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».
881
Относительно Калеба см. коммент. 24 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса». С Марком же дело обстоит гораздо интереснее. Как ни парадоксально, но здесь в ряду «царей праведных» упомянут не кто иной, как Марк Аврелий, известный своими гонениями на христиан. Как могло это имя попасть в такой благочестивый ряд? На вопрос «откуда» можно ответить без труда: разумеется, из эфиопских святцев, где под 29-м числом месяца сане отмечается «успение Марка, царя римского». В свое время Б. А. Тураев удивлялся по этому поводу: «... для Марка Аврелия, гонителя христиан, не было никаких оснований для чествования. Как проникали подобные monstra в официальные церковные книги, мы не можем определенно сказать» [8, с. 10]. Сейчас, благодаря фундаментальным исследованиям Э. Черулли [28; 29], этот вопрос можно считать разрешенным: появление в эфиопских святцах имен христоубийцы Понтия Пилата и Марка Аврелия обязано влиянию переводной литературы — старофранцузским и итальянским легендам о чудесном обращении в «истинную веру» даже таких закоренелых гонителей христиан. Эти европейские легенды в свое время проникли вместе с крестоносцами на Ближний Восток и в XIII в. были переведены на арабский язык в Сирии. Впоследствии оттуда они попали в Эфиопию, где имена «святых героев» этих христианских легенд попали в святцы.
882
Далее в рукописи следует шесть колонок текста (фф. 36-38), где, излагается краткий подневный перечень событий похода царя Иоаса и раса Микаэля Сэхуля против мятежного Йе-Марьям Барья с 19 декабря 1768 г... по 25 февраля 1769 г. Этот текст представляет определенный интерес уже в силу того обстоятельства, что он написан по-амхарски и является, возможно, первым известным случаем амхарского летописания. Однако мы опускаем его перевод, поскольку он попал сюда явно случайно и хронологически стоит совсем не на своем месте. О причинах включения этого другого текста в нашу «Историю» можно только догадываться. Вероятнее всего, составитель этой редакции «Истории» перепутал два события и два похода с участием раса Микаэля: поход с царем Иоасом против мятежного Йе-Марьям Барья в конце 1768 г. и поход с царем Такла Хайманотом против мятежного! Фасиля Варання в конце 1769 г. Путанице способствовало то обстоятельство, что в амхарской летописи царь, сопровождавший раса Микаэля, нигде не называется по имени, а упоминается просто как «государь».