Страница 143 из 184
Еранистъ. Прежде воскресенія Онъ терпелъ эти наименованія, снизходя немощи людей, недостигшихъ совершенства въ вере, но по воскресеніи они излишни.
Православный. Где поместимъ мы блаженнаго Павла? среди совершенныхъ въ вере, или среди несовершенныхъ?
Еранистъ. Очевидно, — среди совершеннейшихъ, какъ учителя совершенныхъ.
Православный. Но когда онъ началъ свою проповедь?
Еранистъ. По вознесеніи Спасителя, сошествіи Святаго Духа и по убіеніи Стефана.
Православный. Онъ, подъ конецъ жизни своей, пиша последнее посланіе къ Тимофею, и передавая ему какъ–бы некое отеческое наследіе по завещанію, говоритъ: поминай Господа Іисуса Христа, воставшаго отъ мертвыхъ отъ семене Давидова, по благовествованію моему (2 Тим. 2, 8).
Еранистъ. Что Господь, предлагая слушающимъ то именно ученіе, котораго не доставало къ полноте ихъ веры, фарисеямъ и прочимъ іудеямъ доказывалъ Божество свое, это я слышалъ отъ тебя; но покажи, где учитъ Онъ о плоти своей.
Православный. Учить о плоти было совершенно излишнимъ, потому–что все видели ее и въ яденіи, и въ питіи, и въ трудахъ, и во сне. Но, после воскресенія, неверующимъ апостоламъ Господь являлъ не Божество свое, а человечество. Видите, сказалъ Онъ, руце Мои и нозе Мои, яко самъ Азъ есмь: осяжите Мя и видите, яко духъ плоти и кости не имать, якоже Мене видите имуща (Лук. 24, 39).
Итакъ я исполнилъ, что обещалъ, показавъ, что Господь незнающимъ Божества Его предлагалъ ученіе о Божестве, а неверующимъ въ воскресеніе плоти — ученіе о плоти. Посему, оставивъ любопреніе, исповедуй два естества Спасителя.
Еранистъ. Два естества было до соединенія, а соединившись, они составили одно.
Православный. А когда последовало соединеніе?
Еранистъ. Тотчасъ въ самомъ зачатіи.
Православный. Но Богъ–Слово существовалъ ли прежде зачатія?
Еранистъ. Не только прежде зачатія, но и прежде векъ.
Православный. А плоть всегда была соприсуща Ему?
Еранистъ. Нетъ, она образована Духомъ Святымъ после ангельскаго благовестія.
Православный. Следовательно прежде соединенія было не два естества, а только одно. Ибо, если Божество существовало отъ вечности, а человечество не было ему соприсуще, какъ образованное вместе съ ангельскимъ приветствіемъ, и если соединеніе естествъ тождезначительно воплощенію: то следуетъ, что прежде соединенія было одно естество, какъ сущее прежде векъ, а после соединенія — два: пріявшее и пріятое. И что каждое изъ сихъ естествъ, после соединенія ихъ пребыло целымъ и безпримеснымъ, о семъ свидетельствуетъ Святое Писаніе.
Еранистъ. Но после соединенія я признаю только одно естество.
Православный. Евангелисты въ какое время писали свои Евангелія: до соединенія ли естествъ, или после соединенія?
Еранистъ. Очевидно, — после соединенія: такъ какъ писали после рождества, чудесъ, страданія, воскресенія, вознесенія Христова на небо и сошествія Святаго Духа.
Православный. Слушай же, чтó говоритъ Іоаннъ: въ начале бе Слово, и Слово бе къ Богу, и Богъ бе Слово. Сей бе искони къ Богу, вся Темъ быша и безъ Него ничтоже бысть, еже бысть и пр. (Іоан. 1, 1–3), и Матфей: книга радства Іисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамля и пр. (Матф. 1, 1); также и Лука производитъ Его отъ Авраама и Давида. Можешь ли, принимая одно естество во Христе, согласить благовестіе перваго Евангелиста съ благовестіемъ двухъ последнихъ? Очевидно, не можешь: ибо быть въ начале и происходить отъ Авраама, быть Творцемъ всего и иметь созданнаго прародителя, суть выраженія взаимно противоречащія. Но изследуемъ сей предметъ обстоятельнее. Скажи мне, веруешь ли, что Богъ–Слово есть Творецъ всего?
Еранистъ. Такъ веровать учитъ меня божественное Писаніе.
Православный. Но въ который день, по сотвореніи неба и земли, созданъ Адамъ?
Еранистъ. Въ шестый.
Православный. Сколько же родовъ разделяютъ Адама отъ Авраама?
Еранистъ. Думаю, — двадцать.
Православный. А отъ Авраама до Спасителя нашего Христа сколько родовъ исчисляетъ Евангелистъ Матфей?
Еранистъ. Сорокъ два.
Православный. Итакъ, если Христосъ Господь есть единое естество, то какъ возможно, чтобы Онъ быль и Творцемъ всего видимаго и невидимаго, и вместе, после толикаго числа родовъ, зачатъ былъ отъ Духа Святаго во чреве Девы? Какъ возможно, чтобы Онъ былъ и Творцемъ Адама и вместе сыномъ потомковъ Адамовыхъ?
Еранистъ. Я уже прежде сказалъ, что то и другое приличествуетъ воплощенному Богу; ибо я знаю одно воплотившееся естество Слова.
Православный. Да и мы, любезный мой, не утверждаемъ, чтобы воплотились два естества Слова, ибо знаемъ одно естество Бога–Слова, но вместе научены, что плоть, которую Онъ принявъ, воплотился, есть инаго естества, нежели Слово. Ты самъ убедишься въ этомъ. Скажи мне, чрезъ премененіе ли совершилось воплошеніе?
Еранистъ. Образа воплощенія не знаю, а верую, что Слово воплотилось.
Православный. Въ этомъ ответе ты подражаешь фарисеямъ, которые, видя силу Владычня вопроса и боясь обличенія, сказали Ему: не вемы (Матф. 21, 27). Я же, напротивъ, громко проповедую, что Божественное воплощеніе свободно отъ премененія: ибо, въ противномъ случае, воплощенному не могли бы приличествовать ни имена, ни дела Божественныя.
Еранистъ. Что Богъ–Слово непременяемъ, это мы уже не однажды утверждали согласно.
Православный. Следовательно Онъ воплотился, принявъ плоть.
Еранистъ. Справедливо.
Православный. Но иное — естество Бога–Слова воплотившагося, и иное — естество плоти, воспринятое Богомъ–Словомъ. Такимъ образомъ, если воплощеніе совершилось не чрезъ премененіе, но чрезъ воспріятіе плоти, и свойства, какъ Божескія, такъ и человеческія приписываются Христу, какъ воплощенному Богу; то следуетъ, что естества не смешались воплощеніемъ, но остались целыми. Такъ понимая воплощеніе, мы увидимъ совершенное согласіе между Евангелистами: ибо одинъ изъ нихъ благовествуетъ о Божественныхъ свойствахъ одного и того–же Единороднаго, т. е. Владыки Христа, другой — о человеческихъ. Сему учитъ насъ и самъ Господь, когда въ одномъ месте называетъ себя Сыномъ Божіимъ, въ другомъ — Сыномъ человеческимъ; инде чтитъ матерь свою, какъ родительницу, а инде запрещаетъ ей, какъ Владыка (Лук. 2, 51; Іоан, 2, 4); то одобряетъ именуюшихъ Его сыномъ Давидовымъ, то неведущихъ научаетъ, что Онъ не только сынъ, но и Господь Давидовъ; то отечествомъ своимъ называетъ Назаретъ и Капернаумъ, то взываетъ: прежде даже Авраамъ не бысть, Азъ есмь (Іоан. 8, 58). Такихъ местъ преисполнено божественное Писаніе, и они показываютъ, что во Христе не одно, а два естества.
Еранистъ. И я отвергаю сліяніе естествъ, но не утверждаю и двухъ естествъ, дабы не ввести двухъ сыновъ. Посему думаю, что Божество осталось целымъ, а человечество поглощено Божествомъ.
Православный. Это — басни язычниковъ и бредни Манихеевъ, о которыхъ и говорить стыдно: ибо первые много писали о совершенствахъ боговъ, а последніе — о дщери света; мы же отвращаемся такого ученія, не только какъ нечестиваго, но и какъ безсмысленнаго: ибо какимъ образомъ простое и несложное естество, все объемлющее, недоступное и неописанное, поглотило то естество, которое приняло?
Еранистъ. Точно такъ, какъ море поглощаетъ каплю сладкой воды, которая тотчасъ исчезаетъ, смешавшись съ морскою водою.
Православный. Но между моремъ и каплей воды если есть различіе, то только въ количестве и качестве: одна весьма мала, другое весьма велико; одна сладка, другое солено; во всемъ прочемъ оне имеютъ большое сродство между собою: ибо обе имеютъ естество влажное и разливающееся, обеимъ обще то, что созданны и бездушны, и то и другое называется теломъ. Посему нетъ ничего нелепаго въ томъ, что сродныя естества, соединившись, претерпеваютъ смешеніе и поглощаются одно другимъ; но между естествомъ Божественнымъ и человеческимъ разность безконечная, и смешеніе ихъ представляетъ сущую невозможность. Но я могу привести тебе много предметовъ, которые при соединеніи не сливаются между собою, но остаются целыми. Напримеръ светъ восходящаго солнца не весь ли воздухъ наполняетъ, весь разливаясь по всему воздуху?