Страница 131 из 184
20. Подвижники эти научаются Божественным Писанием, что Господь прекрасен, обладает неизреченным богатством, что Он — Источник премудрости, в силах совершить всё, что пожелает, изливает на людей Своё безмерное Человеколюбие, источает реки кротости и желает только одного — одарять людей Своими благодеяниями. Также научаются они и богоносными мужами относительно бесчисленных видов этих благодеяний и, уязвляемые сладкими стрелами любви и будучи членами невесты, с нею вместе взывают: «уязвлены любовью и мы» (Песн.5,8). Ибо великий Иоанн изрекает: «вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин.1,29). А пророк Исайя предвозвещал будущее, как уже совершившееся, говоря: «Той язвен бысть за грехи наша, и мучен бысть за беззакония наша, наказание мира нашего на Нем. Язвою Его мы исцелехом» (Ис.53,5) и всё другое подобное, что сказано пророком о спасительных страданиях Господа. Провозглашает и Павел: «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?» (Рим.8,32); и еще: «от имени Христова просим: примиритесь с Богом. Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Кор.5,20–21).
21. Обретая такие и подобные им глаголы у ставших служителями Слова Божия, новые подвижники добродетели со всех сторон побуждаются к Божественной любви и, пренебрегая всем, представляют в уме Возлюбленного и прежде чаемого нетления делают своё тело духовным. И мы также, восприняв эту любовь, очарованные красотой Жениха, побуждаемые обетованными благами, устыженные множеством благодеяний Божиих и убоявшись наказания за свою неблагодарность, становимся любящими хранителями законов Его. Ибо определение дружбы таково: любить и ненавидеть то же, что любит и ненавидит друг. Поэтому Бог сказал Аврааму: «Благословлю благословящия тя, и кленущия тя проклену» (Быт. 12,3). А Давид говорит Богу: «Мне же зело честни быша друзи Твои, Боже» (Пс.138,17); также: «Не ненавидящыя ли Тя, Господи, возненавидя, и о вразех Твоих истаях? Совершенною ненавистию возненавидех я, бо врази быша ми» (Пс.138,21–22); и в другом месте: «Законопреступныя возненавидех, закон же Твой возлюбих» (Пс. 118,113), а также: «Коль возлюбих закон Твой, Господи, весь день поучение мое есть» (Пс.1 18,97). Поэтому очевидное доказательство любви к Богу есть соблюдение законов Божиих: «кто любит Меня, тот соблюдает заповеди Мои» (Ин.14,23), сказал Владыка Христос. С Ним слава, честь и поклонение Отцу со Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь.
ЕРАНИСТЪ[297]
Беседа 1. О непреложномъ воплощеніи Бога–Слова
Православный. Хотя всеконечно было бы лучше для насъ пребывать въ единомысліи, сохраняя неизменнымъ апостольское ученіе: но поелику вы, не знаю, по какой причине, расторгнувъ союзъ духовнаго единенія, ныне предлагаете намъ новые догматы; то, если угодно, совокупными силами поищемъ истины, избегая однако же распрей.
Еранистъ. Намъ искать нечего, ибо мы со всемъ усердіемъ держимся истины.
Православный. Это утверждаетъ о себе и каждый изъ еретиковъ: ибо защитниками истины почитаютъ себя не только іудеи и еллины, не только последователи мненій Платона и Пифагора, но и ученики Епикуровы и даже совершенные безбожники, и ничему не верующіе. А я думаю, что дóлжно быть не рабомъ предубежденія, но снискивать знаніе истины.
Еранистъ. Это наставленіе я принимаю съ покорностію; пусть оно будетъ вступленіемъ въ матерію.
Православный. Поелику наставленіе мое ты принимаешь благопокорливо, то еще прошу тебя, въ изследованіи истины основываться не на умствованіяхъ человеческихъ, но искать следовъ, оставленныхъ пророками, апостолами и святыми, жившими после ихъ: такъ обыкновенно поступаютъ путешественники, когда, сбившись съ большой дороги, для отысканія тропы внимательно разсматриваютъ, нетъ ли следовъ ногъ человеческихъ или конскихъ; и когда найдутъ ихъ, то, подобно животнымъ, одареннымъ особою чутью, неуклонно идутъ по следамъ, и не прежде оставляютъ ихъ, какъ уже нашедши торную дорогу.
Еранистъ. Такъ сделаемъ и мы: но ты иди впередъ, такъ–какъ ты началъ слово.
Православный. Итакъ прежде будемъ разсуждать о именахъ Божіихъ, т. е. о существе, о ипостасяхъ, о свойствахъ; а определивъ, какое между ними различіе, приступимъ и къ другимъ предметамъ.
Еранистъ. Такое начало мне очень нравится; и я почитаю его необходимымъ: потому–что, когда объяснятся эти понятія, то удобнее будетъ разсуждать и о прочихъ.
Православный. Итакъ поелику мы оба на сіе согласны, то ответствуй мне, возлюбленный: единое ли существо въ Боге Отце, Единородномъ Сыне и Всесвятомъ Духе должны признавать мы, какъ научаетъ насъ божественное Писаніе Ветхаго и Новаго Завета и отцы собравшіеся въ Никее, или следовать хуленіямъ Арія?
Еранистъ. Мы исповедуемъ единое существо во Святой Троице.
Православный. Но ипостась значитъ ли что–нибудь различное отъ существа, или есть только другое имя существа?
Еранистъ. Я не знаю, имеетъ ли какое различіе существо отъ ипостасей.
Православный. Ученіе внешней мудрости такого различія не находитъ, полагая, что, какъ существо означаетъ сущее (постоянно пребывающее), такъ и ипостась означаетъ то, что лежитъ въ основаніи другому. Но по ученію отцевъ сущность такое же различіе имеетъ отъ ипостаси, какое понятіе общее отъ особеннаго. Какъ имя: человекъ есть общее всему естеству человеческому, такъ Божественное существо обще Святой Троице, а ипостась означаетъ какое–либо лице, т. е. или Отца, или Сына, или Святаго Духа; утверждая это, мы следуемъ определеніямъ св. отцевъ. Итакъ что говорится о Божественномъ существе, то обще Отцу и Сыну и Святому Духу, какъ–то: Богъ, Господь, Творецъ, Вседержитель и симъ подобныя.
Еранистъ. Эти свойства безспорно общи Троице.
Православный. Но те свойства, которыми обозначаются лица, не суть общія Святой Троице, но принадлежатъ той или другой ипостаси, напримеръ имена: Отецъ, нерожденный суть свойства Бога Отца; также имена: Сынъ, Единородный, Слово Божіе, означаютъ не Отца и не Духа Святаго, но Сына; также: Духъ Святый, Утешитель указываютъ на ипостась Святаго Духа.
Еранистъ. А разве божественное Писаніе не называетъ Духомъ и Отца и Сына?
Православный. Священное Писаніе, называя Духомъ и Отца и Сына, показываетъ темъ, что Божественное естество безтелесно и неописуемо, но имя: Духъ Святый означаетъ единую ипостась Святаго Духа.
Еранистъ. И это не подлежитъ сомненію.
Православный. Итакъ поелику мы сказали, что одни изъ свойствъ общи Святой Троице, а другія свойственны каждой ипостаси, то непреложность есть ли имя существа, или которой–либо ипостаси?
Еранистъ. Непреложность есть свойство общее Троице: ибо не возможно, чтобы въ существе одно было пременяемое, а другое непременяемое.
Православный. Ты сказалъ прекрасно: ибо какъ въ отношеніи къ человекамъ смертность есть имъ общее, такъ непреложность или неизменяемость есть свойство общее Святой Троице. Следовательно и Единородный Сынъ такъ–же непременяемъ, какъ и родившій Его Отецъ и Духъ Святый.
Еранистъ. Такъ.
Православный. Почему же вы, приводя Евангельское изреченіе: Слово плоть бысть, непременяемому существу приписываете премененіе?
Еранистъ. Мы не утверждаемъ, чтобы Онъ по премененію соделался плотію, но думаемъ, что соделался такъ, какъ самъ знаетъ.
Православный. Но если Онъ соделался плотію, не воспринявъ плоти, то дóлжно сказать одно изъ двухъ: или Онъ пременился въ плоть, или явился таковымъ только въ призраке, а на самомъ деле есть Богъ безплотный.