Два мира

– Бескровный пакт? Это идея Адриана. Реформа воспитания магов? Задумка Вильгельма. К сожалению, сам Сайрус не может поставить себе такие глобальные цели. Не такого склада человек.

– Он говорил, что аристократы хотят истребить безродных, что…

– Да, у отдельных баронов есть такие планы, но они в меньшинстве, – перебил меня Сайрус. – На двух благородных приходится один вольный. И с каждым годом нас все больше. Физическое уничтожение невозможно. У вырождающихся «кровавых» банально на не хватит на это сил. Конечно, нас хотят ограничить в правах и загнать в угол. И я борюсь против этого.

– Вы хотели держать Сайруса от этого подальше, поэтому отдали под суд?

– У тебя своеобразное представление о заботе, – с иронией сказал Даламар. – Ты прав лишь отчасти. Сайрус оказался крайним после смерти Адриана, поэтому он предстал перед правосудием. Но в текущей ситуации расследование должно было идти годами. Сайрус сидел бы под домашним арестом в безопасности, и не мешался бы у меня под ногами.

– Но все пошло не по плану.

– Верно. Он решил сыграть с королем. С известным исходом.

– Если все так, то почему Сайрус продолжает интриговать? Он всегда проигрывает, – указал я на очевидную несостыковку. Конечно, Сайрус обладает своеобразным мышлением, но он не идиот!

– Но выживает. Он думает, что тактический гений делает его мастером интриги. Змей верит, что все это временные неудачи, которые случаются со всеми. Просто если он признает, что дошел до такой жизни сам, его гордыня этого не выдержит. Не каждому хватит сил признать, что он сам вымостил себе дорогу в бездну, – покачав головой, сказал Даламар. – Если бы все сложилось удачно, сейчас Сайрус был бы герцогом, заседал в палате родов, был ключевым деятелем одной из партии, возможно, готовился к получению поместья на Иллирии. Но имеем то, что имеем.

– Да, каждый сам творец своего счастья, – вздохнул я.

Правда, ко всему этому надо относиться критически. Даламар хочет меня перевербовать. Не в его интересах нахваливать Сайруса. Как раз наоборот.

– Поэтому вы запретили ему действовать самостоятельно.

– Верно. Я дал разрешение на твою операцию с Бельской. В крайнем случае, я мог договориться с Лиз, чтобы все уладить.

Я внимательно посмотрел на генерала:

– Вы решили устроить мне экзамен?

– Нет, я решил загладить вину перед ней. Ты жестко обошелся с ее ученицей. Обиженная Кровавая Леди – это страшно. Я думал, что все ограничится лечением Ольги, возможно, парой встреч без обязательств. Но ты справился превосходно, Маркус. Даже отбился от Скуратовых. Я поражен.

Лесть я пропустил мимо ушей.

– Сайрус воспринял ваши действия, как слабость. И затеял новую игру.

– Верно. Он понял, что это его последний шанс. И поэтому решил пойти в наступление по всем фронтам. Сай готовит свою оноту к решительной битве: скупает артефакты, собирают ветеранов, гоняет их до изнеможения. Бесценный опыт и грамотная тактика проложат ему путь на вершину. Карл ценит воинскую доблесть превыше всего.

– Он надеется получить его защиту.

– Нет, лишь немного милости. Овеянный воинской славой он вернется в родное поместье и убедит родственников принять его. Предварительное согласие он получил, герцог просто хочет сохранить лицо.

Интересно, это согласие стоило четыре миллиона гульденов, которые я передал ему на днях?

– Сайрус искупит свои грехи кровью подчиненных. Но что дальше? Ван Нормайены в заднице.

– Ты поможешь учителю решить финансовые проблемы. Сайрус ведет переговоры с Нилеями. Даже отослал несколько писем Риотаб, правда, она сожгла их, не прочитав. Он думает, что в качестве герцога сможет заручиться поддержкой отдельных родов. Четыре-пять голосов в совете – немного, но позволит влиять на политику королевства.

– И раз вы окажетесь далеко, он сможет пересмотреть ваше соглашение.

– Верно. Я буду по колено в дерь… делах Иллирии. Сайрус может принудить меня к новому договору.

Что ж, теперь действия Даламара приобретают смысл. Он не хочет, чтобы я помогал Сайрусу в его гиблой затее.

– Сайрус мой наставник, я обязан его поддерживать, – нейтрально заметил я.

– Но это твое наследство. И твой союз с Бельской. Я не буду тебя отговаривать, но ты понимаешь, что Сайрус снова проиграет. Даже если он получит титул, он не сможет сформировать союз. После Иллирии весь политический ландшафт изменится. Каждый голос будет важен. Отдельные игроки даже начали переговоры с четверками, пытаются возродить чужие рода, чтобы получить их поддержку.

Если это так, то Сайрусу просто не дадут развернуться.

– И у вас есть более интересное предложение для моих денег?

Даламар рассмеялся.

– И для тебя тоже. Я знаю, что твои люди скупают землю в колонии за бесценок. Чтобы выгодно ее продать, необходимо восстановить планету, которая будет разрушена в ходе войны.

Я не стал уточнять, что это делают агенты Амалии, просто напомнил:

– Это королевская колония.

– Да, но почему бы ему не помочь? Ты возьмешь на себя дороги, больницы, приюты, школы и храмы. Это ускорит восстановление колонии в разы.

«Твой попик сильно обрадуется. За такое его точно сделают понтификом!» – рассмеялся Янус.

– Даже если я продам землю по максимальной цене, это не вернет всех гульденов.

Нет, я не жадный, просто обозначил позицию для торга.

– Но король щедро отблагодарит тебя за помощь. Я это обеспечу. Ты получишь преференции в колонии, благодаря которым заработаешь еще больше. Например, ты получишь монополию на поставки отдельных товаров на Иллирию. Или освобождение от налогов на ближайшую сотню лет. Вариантов много, они не гарантируют мгновенную прибыль, но все вернется спустя десятилетие.

Прекрасно. Только нет гарантий, что я доживу до этого момента.

– И я получу могущественного покровителя в вашем лице? – задал я главный вопрос.

– Верно. Я не могу оставить без защиты своего главного спонсора, – улыбнулся Даламар. – Гарантирую, что пока я у власти, никто тебя не тронет.

– Про деньги я понял. Но что дальше? Вы говорили про предложение для меня. Оно как-то связано с планами принца, о которых упоминала де Ратуа?

– Напрямую, Маркус. У тебя три основных стихии и одна производная. Редкость, но не уникальный случай. У меня четыре основных и две производных. Такое невозможно, но твой дядя добился успехов.

– Проект «Возрождение»? – мой голос неожиданно охрип.

– В точку. На самом деле он назывался «Перерождение», Ланкаст исковеркал название, чтобы сфабриковать обвинение. Адриан вел исследования по изменению личности мага. Что-то подобное делает древний ритуал Анхейм, но здесь ставка именно на стихии.

– Насколько я знаю, идея не нова.

О чем-то подобном рассуждал Кохорн, когда дорвался до артефакта Кадаверов.

– Верно. Перекройка личности, работа с каналами и резервом – этим занимались еще древниею Но Камет и Соддерн добавили освоение высшей магии за счет уничтожения барьера в голове. И твои наставники добились успеха. Отчасти благодаря тебе.

Я вздрогнул и неверующе посмотрел на Даламара. Неужели он знает?!

– Когда тебя усыновили, Адриан провел проверку на стихии. Воздух и вода. Каково же было его удивление, когда спустя несколько лет к ним прибавился огонь. Адриан объяснил это кардинальной сменой обстановки и смертью родителей. Он начал собирать информацию и выяснил, что большинство магов с тремя стихиями испытывали сильные потрясения в юном возрасте. Это стало базисом его исследования.