Страница 2 из 26
Услышав в ответ, что они греки и что оба из ее родного города, Ифигения воскликнула:
— Пусть один из вас падет жертвой Артемиде, а другой повезет от меня весть на родину.
Орест и Пилад заспорили. Пилад, желая спасти друга, настаивал на том, чтобы домой отправился Орест. Орест же уверял, что именно ему суждено погибнуть на чужбине.
Пока юноши спорили, Ифигения писала письмо на родину своему брату, которого она оставила когда-то еще младенцем.
Но вот письмо написано, Ифигения протягивает его Оресту, и они узнают друг друга.
Несказанно обрадовались все трое такой неожиданной встрече — и стали думать, как спастись им и как увезти священную статую Артемиды.
И решила Ифигения объявить царю Фоапту, что статуя Артемиды осквернена и нужно омыть в море и статую и пленников. Фоапт согласился на это.
В торжественной процессии пошла Ифигения с прислужницами храма на берег моря к тому месту, где был укрыт корабль. Прислужницы несли статую Артемиды, а таврские воины вели связанных Ореста и Пилада. Придя к морю, Ифигения велела воинам удалиться: они не должны видеть обряд омовения.
Когда воины ушли, сестра развязала руки брату и его другу, и они все втроем поспешили на корабль.
Подозрительным показалось таврским воинам, что так долго длится обряд омовения. Прибежали они к берегу и, к своему удивлению, увидели греческий корабль, который увозил беглецов на родину.
ГЕРАКЛ И СКИФЫ
[8]
еракл[9] пас стадо быков возле Геракловых[10] столбов. С могучих плеч его свешивалась шкура немейского льва, в руке держал он палицу.
Шло время, и иссякла трава на пастбище. Сев в колесницу, Геракл погнал стадо на восток, за Понт Эвксинский, где были обширные степи и много сочной травы.
В степи было холодно. Завернувшись в львиную шкуру, Геракл лег на траву и заснул. А когда проснулся — ни коней, ни колесницы не было.
Огорченный Геракл пустился на поиски пропавшей колесницы. Он обошел всю огромную степь, но не встретил ни одного человека, у которого мог бы спросить о пропаже. Наконец он очутился в горной стране тавров. В одной из пещер Геракл увидел странное существо: полудеву, полузмею. Изумился он, но вида не подал.
— Кто ты будешь? — спросил.
— Я богиня Апа, — ответила змееногая женщина.
— Богиня Апа, не видела ли ты моих коней?
— Кони твои и колесница твоя у меня. Но возвращу я их тебе только при одном условии: ты останешься здесь и будешь моим мужем.
Не мог Геракл тащиться пешком на родину, на другой край света. Он согласился и остался жить у богини Апы. Змееногая женщина не спешила возвращать колесницу и коней, ибо полюбила Геракла и хотела удержать его подольше.
Так продолжалось до тех пор, пока у них не родилось трое детей. Тогда Апа привела Гераклу его лошадей, запряженных в колесницу, и произнесла такие слова:
— Мне не хочется расставаться с тобой, но ты тоскуешь по родине. Я сдержу данное тебе слово. Возьми своих коней и колесницу. Только скажи, что мне делать с сыновьями, когда они вырастут. Отослать к тебе или оставить в моих владениях?
Геракл рассудил так. Он снял с себя пояс с золотой чашей на пряжке, взял лук со стрелой и показал, как он натягивает тетиву. После этого отдал лук и пояс богине Апе и сказал:
— Когда сыновья вырастут и возмужают, пусть наденут пояс и попробуют натянуть тетиву моего лука. Кому из них пояс мой придется впору, кто из них сможет натянуть тетиву моего лука так, как я, пусть останется здесь. А кто не сумеет это сделать, отошли прочь.
Прошли годы. Сыновья Геракла выросли, возмужали. Тогда мать их, змееногая богиня Апа, дала им отцовский пояс и лук. Двум сыновьям пояс был слишком большим и тяжелым, и у них не хватило сил натянуть тетиву Гераклова лука. Они были изгнаны из страны
А третьему сыну пояс Геракла был впору, и он натянул тетиву лука так, как отец. Это был младший сын по имени Скиф. Он остался в стране, и от него пошло славное скифское[11] племя, поселившееся в таврических и приднепровских степях, где когда-то Геракл пас своих быков.
ПОНТ АКСИНСКИЙ И ПОНТ ЭВКСИНСКИЙ
[12]
авно это было. Так давно, что даже счет времени шел в обратную сторону. Жило в Тавриде гордое и миролюбивое племя горцев. Жили тихо и мирно. Ни на кого не нападали, и на них никто не нападал. Возделывали землю и растили детей. Умные руки горцев научились выращивать на склонах гор душистый сладкий виноград и розы. Неподатлива горная гряда, но горцы — народ терпеливый и трудолюбивый. С берега моря в корзинах приносили они землю и засыпали ею расщелины. И добрели горы, покрытые виноградными лозами, фруктовыми деревьями, кизиловыми и ореховыми кустарниками.
В горных лесах водилось много дичи, а горцы были меткими стрелками. Но они не злоупотребляли оружием и натягивали тетиву лука только тогда, когда им нужна была пища.
Селение горцев богатело с каждым годом…
Прослышали о Тавриде в далекой Элладе, и задумали греки покорить эту богатую землю.
У берегов Тавриды появилось множество кораблей. В них сидели вооруженные эллины. Они хотели под покровом ночи подойти к берегу и напасть на спящих горцев. Но море вдруг засветилось голубоватым пламенем, и горцы увидели пришельцев. Греческие корабли шли словно по серебру. Весла разбрызгивали воду, и брызги мерцали, как звезды на небе. Даже пена у берегов светилась голубым мертвым свечением.
Всполошилось селение горцев. Женщины и дети спрятались в пещеры, а мужчины приготовились отразить натиск. Они поняли, что битва будет не на жизнь, а на смерть: греков было бессчетное множество.
Но тут словно тучи закрыли звезды. Это гигантские орлы-грифы взлетели со скал и устремились к морю. Распластав огромные крылья, орлы стали кружить над греческими судами. В испуге закричали эллины и закрыли головы щитами. Но тут раздался грозный клекот грифа-предводителя, и птицы своими железными клювами стали долбить деревянные щиты, обтянутые кожей.
Обрадовались горцы, увидев поддержку с неба, и начали сталкивать в воду огромные валуны.
Взбунтовалось море, заштормило, поднялись огромные волны. Такие огромные, что соленые брызги, пробив мрак ночи, добрались до солнца и вызвали дождь. Над морем стоял сплошной стон и грохот.
В страхе повернули эллины свои корабли обратно. Но мало кто возвратился к своим берегам.
С тех пор греки стали называть это море Понтом Аксинским — Негостеприимным морем. И наказали детям своим, чтоб никогда не поднимали оружия против жителей Тавриды и никогда не пытались пройти по Понту Аксинскому.
Мало ли, много ли прошло времени с тех пор, только снова стало тянуть греков на солнечные берега богатой Тавриды. Но они хорошо помнили наказ своих предков, и не тысячи кораблей вышли в Понт Аксинский, а всего лишь пять. И сидели в них не вооруженные воины, а мирные послы с богатыми дарами для горцев.
И договорились горцы с греками, и поклялись, что никогда не поднимут оружия друг против друга.
С тех пор и поселились эллины вдали от Эллады и счастливо зажили под солнцем Тавриды. Стали они выращивать виноград и розы. Вели торговлю с горцами и удивлялись: почему такое ласковое море названо Аксинским — Негостеприимным?
8
Легенда изложена Г. Тараном по рассказам Геродота. (Латышев В. В. Известия древних писателей, греческих и латинских о Скифии и Кавказе, СПб, 1893–1906.).
9
Геракл — популярнейший герой древнегреческой мифологии.
10
Геракловы столбы (Гибралтарский пролив) — одно из двенадцати чудес, сотворенных Гераклом.
11
Скифы — племена, населявшие в древности Северное Причерноморье.
12
Легенда записана М. Лезинским. Впервые опубликована в сборнике «Легенды Крыма». Симферополь, «Крым», 1967.
Понт Аксинский (море негостеприимное) и Понт Эвксинский (море гостеприимное) — так древние греки именовали Черное море.