Страница 19 из 23
Последним был совсем молодой парень, наверное, моего возраста. Он держал в руках ружье, но не поднимал его.
– Мне жаль, – произнес он. – Я не трогал твоего самца.
– Вы все убийцы, – прорычала я.
– На моих руках нет крови, – мотнул он головой и отбросил ружье. – Мне правда жаль твоего волка.
За спиной послышался топот, и я, метнувшись к двери, прижалась к стене спиной в ожидании того, кто рискнет зайти в эту комнату. Это был один из трех, кто нашел мертвого князя. Он умер, даже не успев понять, что его путь окончен. Следующему повезло больше. Мужчина остановился у дверей и не спешил войти. Тогда вышла я.
Меня встретили выстрелом, но промахнулись. Еще бы: не человек и не волк – нечто среднее. Должно быть, он сильно испугался, пальнув больше от неожиданности, потому пуля меня не задела, и я ответила броском на стрелявшего. Он развернулся, хотел убежать, но я не позволила. Ненависть, боль, страх потерять своего волка, ярость – вот что сейчас заставляло мою кровь кипеть, делая невозможное возможным. Но дальше обращение удерживать стало невозможно, и я, упав на колени, огласила своим воем княжеский особняк.
– Сюда, – услышала я и увидела того парня, который сожалел об Идаре. – Их много, ты не сможешь всех наказать. Спасайся, я выведу.
Зарычав, я бросилась прочь от него. Разве можно верить людям?! Пусть я умру, но прихвачу с собой еще пару никчемных жизней.
– Ты погибнешь, – обреченно прошептал парень, но я услышала и, обернувшись, снова зарычала. – С другой стороны особняка есть маленькая калитка, я открою ее, беги туда.
Ответить я не могла: волки не разговаривают, да и времени на разговоры не было. Парень поспешил в противоположную сторону, а я подбежала к дверям, ожидая, когда они откроются. Ждать было недолго, я слышала крики и топот ног. Лесной Дух, будь со мной…
– Она в доме!
Дверь распахнулась, и я бросилась на того, кто первым показался в проходе. Дальнейшее я помню смутно, все слилось в один кровавый водоворот. Я клацала зубами, больше раня, чем причиняя серьезный вред, но и этого было достаточно, чтобы прогрызть себе путь на волю. Меня хватали чьи-то руки, я выворачивалась и снова кусала. От запаха и вкуса крови я дурела, все больше теряя себя, и только выстрел из ружья привел меня в чувство. Пуля просвистела где-то рядом со мной, затем еще одна. Обернувшись, я увидела стрелявшего. Он стал моей последней добычей. Пока он в панике перезаряжал свое ружье, я бросилась на него, вырвала клок из щеки, изуродовав лицо, и успела порвать горло. После этого выстрелил еще один прихвостень князя, и я помчалась прочь. Ворота были заперты, поэтому я побежала за особняк, как говорил тот мальчишка.
Калитка нашлась быстро, и она была открыта: парень не обманул меня. Он стоял недалеко, в кустах, я почувствовала его запах. Рыкнув вместо благодарности, я бросилась в открытый проход.
– Они не видели, как волк умер, – услышала я. – Пусть боги будут с тобой, волчица, и помогут его найти.
Пусть это будет правдой, Лесной Дух, умоляю!
Глава 8
Сколько я бежала? Не знаю… не помню. Время слилось в одну сплошную зеленую полосу. Дыхание давно сбилось, лапы тряслись от напряжения, и я уже успела несколько раз полететь кувырком, но вставала и снова бежала туда, куда вела меня моя душа: к логову, где так хотелось увидеть моего волка. Раненого, невредимого – все равно, лишь бы он дышал, лишь бы снова был рядом. Я готова была ползать на брюхе у его ног, скуля, как дворовая шавка, только бы он вновь был со мной.
О Лесной Дух, если ты видишь меня, дай мне крылья, чтобы я птицей смогла прилететь к родному порогу. Дай мне такой нюх, чтобы я нашла Идара в ту же секунду, где бы он ни был. Дай мне силу, чтобы бежать без устали день и ночь, но добраться до него и защитить. О Лесной Дух, отец всего сущего, услышь меня! Или же забери мою жизнь прямо сейчас, если мой волк больше никогда не будет рядом со мной. Зачем моим лапам топтать зелень травы, зачем моему носу все эти одуряющие запахи, зачем моей груди воздух, зачем мне горячая кровь, если она уже никого не согреет? Лесной Дух, молю…
Но крыльев у меня так и не выросло, нос не чуял сейчас, кажется, вообще ничего, путь не свернул в сторону, и сердце не перестало биться. Только силы окончательно покинули тело рыжей волчицы, и я, упав на землю, горестно завыла. Лапы совсем не хотели держать меня, но сдаться я не могла и продолжала ползти из последних сил. Мне нужно было убедиться, мне нужно было взять след. Найти моего волка – это стало единственным желанием.
И все же на некоторое время мне пришлось остановиться, чтобы немного прийти в себя и понять, что паника заставила меня сбиться с пути. Я не понимала, где нахожусь, места мне были незнакомы. Более того: острый запах чужой стаи теперь щекотал мое обоняние. Я вторглась на чужую землю, и это могло закончиться трепкой.
Моя стая просто выпроводила бы чужака, если бы он нагло хозяйничал на нашей земле, и при повторном появлении разорвали без сожалений. Однако если чужак просил убежища и готов был принять законы стаи, его принимали и помогали обжиться. Нравы оборотней, на чьей земле я лежала, мне были неизвестны. Волчицы не только не выходят к людям, но и с чужими стаями мы знакомы мало. За счет пришлых волков наша кровь не застаивается, и потомство остается сильным, но добровольно делиться самками стая не будет, если только Ночь Выбора не стала причиной соединения пары.
Отдышавшись, я поднялась на все еще подрагивающие лапы и осторожно двинулась вперед, надеясь вернуться на дорогу незамеченной. Но стоило мне сделать несколько шагов, как из-за кустов вышел белоснежный волк, заставив меня на мгновение оцепенеть. Идар!
– Гр-р, – предупреждающе зарычал волк.
Нет, это был не мой волк. Другой запах, меньше ростом, не столь мощный и не такой красивый. Страж, поняла я и, остановившись, позволила ему подойти ко мне. Я не мешала самцу обнюхать меня, не проявляла враждебности и не пыталась заигрывать или заискивать. Да, я на чужой земле, но это ошибка, и я готова сейчас же добровольно покинуть ее.
Волк замер рядом со мной. Я ощутила, как Сила бежит по его телу, превращая зверя в человека, и вскоре он поднялся на ноги. Подняв морду, я посмотрела на кареглазого блондина, чем-то напоминавшего Идара; отдаленно, но все же некоторая схожесть была. Ну конечно, я попала на земли стаи его отца! Должно быть, затаенная злость на тех, кто изгнал моего волка, отразилась в моих глазах, потому что интерес в глазах оборотня потух, сменившись на холодок, и он отчеканил:
– Смени личину.
Это все отнимало мое время, задержка грозила мне потерей избранника, и злость прорвалась угрожающим рыком. Страж тут же отступил, готовый в любой момент вновь отпустить Силу и вернуть личину зверя. Горестно вздохнув, я выполнила его повеление. Слабость тут же навалилась с новой силой, не дав встать на ноги.
– Кто ты? – спросил меня волк.
– Айнара, – ответила я.
– Из какой стаи? – он вновь подошел ближе и теперь разглядывал меня с нескрываемым любопытством.
– У меня нет стаи, – врать смысла не было. – Я ушла за своим избранником после Ночи Выбора. Отпусти меня, я заблудилась, мне не нужна ваша земля и ваша дичь.
– Кто твой избранник?
Тихо выругавшись, я, вновь подняв голову, посмотрела на обнаженного мужчину. Молодой волк, такой же, как мой брат. Еще не заматерел: слишком любопытен для взрослого самца. Стражу должно было хватить моего обещания уйти. В его задачу сейчас входит проводить меня до границы, чтобы убедиться, что я не осталась на землях стаи, только и всего.
– Отпусти, мне нужно вернуться, – простонала я, сгорая от беспокойства.
– Почему ты одна? Где твой волк? Он тоже здесь? Кто он?
– Зачем Лесной Дух дал тебе язык? – проворчала я. – Моего волка здесь нет, я не знаю, где он. Отпусти, я должна его найти.
– Он пропал? Как?
– Люди, – в это мгновение я поняла, что сейчас сорвусь и накинусь на него, плевать, в каком обличье. – Разве у тебя нет избранницы, волк? Разве ты не понимаешь, что я сейчас чувствую? Перестань меня мучить! Я волновалась и бежала, не думая.