Страница 55 из 95
— Это будет очень неразумно с твоей стороны. Мы не можем из-за твоей ревности погубить половину нового отряда вампиров.
— Поэтому, моя дорогая супруга, не доводи до греха. Будь благоразумна и прекрати меня дразнить, это опасно.
— Я люблю опасность, — хриплым шепотом ответила Екатерина и скинула с себя рубашку.
Михаил Дашков завороженно наблюдал за тем, как вампирша раздевается. Он подошел к ней и опустился на колени, целуя ее лоно, вампирша издала слабый стон.
— Позволишь ли ты вкусить нектар твоей любви полностью? — поинтересовался Михаил страстным шепотом, покрывая живот и ноги жены поцелуями.
— Сегодня тебе дозволено делать всё!
Михаил Дашков поднялся с пола, подхватил вампиршу на руки и мягко уложил в кровать. Он жадно покрывал поцелуями ее лицо, шею, грудь, живот, и супруга выгибалась под его ласками. Он снял кальсоны и вошел в нее, двигаясь размеренно. Екатерина Дашкова стала его царапать, и тогда он ускорил темп, двигаясь порывисто и глубоко, пару раз промахивался, поглощенный страстью.
На рассвете Михаил Дашков уехал с тремя вампирами-боевиками и тремя слугами человеческого происхождения. Вампирша осталась в доме со свекровью, двумя детьми, волчатами и командой Шер.
Екатерина Дашкова лежала в кровати и смотрела в потолок, совершенно ничего не хотелось делать, словно Эрик Дарт выпил все силы. Она нежилась в кровати, когда в двери постучали.
— Госпожа, можно войти? К Вам письмо от Императрицы, — вампирша вздрогнула — вот и кончилась безмятежная жизнь.
— Положи его на прикроватную тумбочку, я встану и прочту, — она отвернулась к стенке, желая продлить минуты блаженства.
Тихо скрипнула дверь, служанка, пытаясь ступать как можно тише, подошла к прикроватному столику, положила письмо и так же почти незаметно вернулась к двери, остановилась и тихо спросила:
— Вы завтракать не будете?
— Пусть завтрак принесут в комнату, — ответила вампирша, мысленно выругалась, но служанка уже ушла.
Завтрак ей и правда принесли в постель, княгиня неохотно встала, потянулась и прошла к столу в одной ночной рубашке. Присев, она взяла письмо и разломала печать, отпила травяного чая и углубилась в строки.
«Мой уважаемый друг, Ваше пламенное сердце греет меня в холодных стенах дворца, я вздрагиваю от каждого шороха, шипения змей по углам. О, мой дорогой друг, я слышала, что Михаила Дашкова отправили послом в Константинополь. Сопереживаю Вам. У Вас сильный дух, Вы справитесь со всем. Безмерно Вам благодарна за Вашу любовь и преданность. Смею надеяться на встречу с Вами в воскресенье, в шесть вечера, во дворце.
Надеюсь, Ваши дети здоровы, и Вы сами здравствуете».
Екатерина Дашкова еще раз в задумчивости перечитала письмо. Затем отложила его и рассеянно посмотрела в окно, размышляя над ответом. Она пока до конца не понимала, какую они ведут игру. Никогда ей еще так сложно не было вживаться в образ чужого человека. За окном кружили снежинки, слышался отдаленный вой волков, ей показалось, или кто-то направлялся к ее дому? Вампирша вздрогнула, увидев оборванного мужчину с бледной кожей. «Они не могли так быстро найти мой дом! — в панике подумала она. — Господи, что со мной сделал образ Дашковой, так неуверенно я еще никогда себя не ощущала, и что ответить Императрице?!»
Тем временем по дому разнесся звон бронзового молотка. Вампирша вздрогнула и поспешила выйти, но уже опоздала — мужчина, одетый в лохмотья, измазанный в крови, отшвырнул служанку как тряпичную куклу. Он невнятно рычал. Екатерину передернуло: «Неужели это обращенный вампир? Бр-р». Вампирши Шер заслонили ему дорогу.
— Вы к кому? — деловито поинтересовалась Фрида. Он промычал что-то невнятное, другие вампиры разгоняли ментальными атаками служанок, стирая из памяти произошедшее.
— Вы к кому? — более требовательно спросила телохранительница. Вампир пытался отшвырнуть девицу, но с удивлением понял, что не в состоянии сдвинуть ее с места.
Екатерина Дашкова вышла из тени и подошла к воняющему вампиру. Она влезла в его голову, и ее передернуло: мужчина совокуплялся с животными, резал скотину и убивал людей на всём своем пути, его мозг заслоняла кровавая пелена. Вампирша попыталась сквозь нее пробраться, вытянуть воспоминания тех лет, когда он был человеком, и изумленно наткнулась на ментальный блок. Она стала его плавно расплетать, мужчина упал на колени и зажал голову, крича.
— Бросьте его в темницу, я там с ним разберусь, — велела она своим вампирам и вернулась в свою комнату. Настороженно посмотрела в окно, но больше никого не заметила и с облегчением выдохнула. Наконец села за письмо.
«Мне приятно будет с Вами провести время в воскресенье в шесть вечера. Благодарю Вас за заботу о моих детях, они пребывают в полном здравии. Также рада, что Вам понравились мои стихи, которые я слала неделю раньше. Мое сердце разрывается от тоски, кроме Вас в холодном Петербурге никого не осталось, отъезд мужа сильно ударил по мне, Вы же знаете, я никогда с ним не расставалась. Благо, мое здоровье не пошатнулось, Вы же знаете, насколько оно у меня слабое, и сильные волнения приводят его в полный беспорядок. Смею надеяться, что Михаилу Дашкову будет лучше в Константинополе, подальше от взора Императора. Я очень за него переживаю.
До меня дошли слухи, что Петр III собирается жениться на моей сестре, Елизавете Воронцовой, это ужасно. С этим немедленно надо что-то делать. Нельзя допустить, чтобы страной правили два шута. Они приведут Империю в упадок, но Вы не переживайте, у меня есть кое-какие мысли.
Ваш покорный и верный друг, Екатерина Дашкова».
Перечитав еще раз письмо, Екатерина запечатала его воском и отправила с послом. Ответ ей пришел на следующий день, когда она вместе со свекровью пила чай. В обеденный зал вошла служанка, поклонившись обеим женщинам.
— Госпожа, вам письмо от Императрицы, — оповестила она.
— Хорошо, передай его мне и можешь быть свободна, — затем Екатерина обратилась к свекрови: — С Вашего позволения я оставлю Вас?
— Вы можете и здесь прочитать письмо, — великодушно сказала свекровь.
— Посланник просил передать ответ, — подала голос служанка.
— Позвольте мне удалиться в свою комнату для ответа Императрице.
— Конечно, идите, не стоит заставлять ждать Государыню, — слегка недовольно позволила женщина, и вампирша с облегчением удалилась из зала. Она зашла в свою комнату и разломала печать. В письме было следующее:
«Мой дорогой друг, мне приятно Ваше волнение, но, как я уже говорила ранее, я себя полностью доверяю Провидению. Если Богу будет угодно видеть женой Петра Елизавету Воронцову, я покорюсь божественной воле и отправлюсь в монастырь — это не худшее место в мире.
Только могу надеяться, что гнев Императора не коснется Вас, я не хотела бы, чтобы Вы пострадали, пренебрегая его обществом. Я могу только надеяться на Ваш проницательный ум и некоторых моих друзей».
Вампирша еще раз перечитала письмо. «И почему мне кажется, что эта великосветская дама чего-то недоговаривает, словно не полностью доверяет молодой Екатерине. Любопытно, любопытно, надо с ней поговорить вживую. Прощупать ее. Я не люблю, когда из меня пытаются сделать дуру, ни за что не поверю, что у этой царской особы нет плана! Перехватить бы ее письма к кавалерам… Если бы я на ее месте планировала свергнуть Императора, точно бы всё на самотек не пустила и ни за что бы не позволила руководить процессом малолетке. А не в этом ли кроется секрет?.. Ну конечно! Она просто не доверяет молодой особе, но при этом делает вид, что Екатерина Дашкова полностью руководит. Неплохой ход, интересно, для каких целей Вам, Великая княжна, нужна Дашкова? Если произойдет провал — всё свалить на нее? Разумно, я бы поступила так же, зачем подставлять свою шею, когда есть маленькая восторженная девочка, готовая пойти на всё ради Вас?»
Вампирша усмехнулась. «Правильно, нет смысла, а поэтому мы позволим ей верховодить, создадим иллюзию, что она управляет революцией, и без нее царевна погибнет. Я Вам аплодирую стоя, Екатерина Алексеевна. Гениально и просто, что сказать. Всё это замечательно, но как мне с ней себя вести: продолжить играть влюбленную дурочку или дать знать, что я всё поняла? Хотя нет, что Дашкова может понять, и много ли я понимала в девятнадцать лет? Нет, а поэтому продолжаем играть влюбленную преданную дурочку, которая верит каждому слову старшей подруги, но при этом что-то начинает подозревать. Вот повезло же мне так влипнуть».