Страница 5 из 42
Глава 5
Одиннадцать лет назад
- У меня на два часа дня консультация. Мне на нее не идти? – спросила я за завтраком.
- На каком это основании? – папа отпил кофе.
- Ты сказал, я под домашним арестом.
- Давай-ка не паясничай мне! Но после нее сразу домой.
- Я Вике обещала ее по экономической теории подтянуть…
- Эта твоя благотворительность, - он скрипнул зубами. – Чтоб в шесть дома была.
- Пап, нам разбирать много… Могу не успеть. Да и самой нужно сначала в библиотеке с литературой поработать для курсовой…
- В десять.
-Хорошо, папа, - промокнув губы салфеткой, я поднялась из-за стола очень стараясь не показать лицом триумф.
Бессонная ночь не прошла даром. План сработал безупречно. Хорошо, что папа не терпит посторонних в доме иначе не видать мне свидания. Приказав себе сильно не радоваться, ведь предстояло еще разобраться с охраной, я поднялась к себе.
Вымыв волосы, нанесла на них маску и подержала подольше. Душа пела, сердце билось часто-часто... То и дело я проверяла телефон, но Макс больше не писал. Руки чесались написать самой, но навязываться – это хуже некуда.
Промучившись час с укладкой я покидала в сумку какие-то книжки и тетрадки и пошла в гардеробную. Та была полна брендовой одежды на все случаи, но впервые в жизни я не могла выбрать, что надеть. Последний раз я ходила на свидания еще в школе. Денис был на год старше и очень мне нравился. И мне казалось, что и я ему… Но папа не желал видеть рядом со мной того, кто «не из нашего круга» и отправил человека требовать, чтоб Денис от меня отстал и тот согласился. Вот так легко…
- Вот и вся любовь, дочка, - сказал тогда отец.
Что, если и Макс тоже… Отогнав горестные мысли, я принялась примерять отобранные варианты. В конце-концов остановилась на синем платье в мелкий белый цветочек. Оно было коротким, воздушным, приталенным и очень мне шло, делая мою худенькую фигуру с невыразительными изгибами женственной. Ссадины оно нескрывало, но Макс ведь их и так уже видел.
Наложив легкий тон на лицо, я коснулась скул кисточкой с нежно-розовыми румянами. Нарисовала стрелки, накрасила ресницы, нанесла на губы каплю блеска. Немного легких свежих духов, подаренных мамой и я была готова.
- Дядь Паша, заберете меня у Вики в половину десятого, хорошо?
- Илья Сергеевич велел сопровождать…
- Дядь Паша, - вскинув голову, я умоляюще посмотрела в глаза здоровяку, - ну меня одну только на весь универ охранник сопроваждает везде. Все смеются… пожалуйста.
Он промолчал несколько секунд, а потом нехотя кивнул. Встав на носочки, я поцеловала его в щеку. В который раз пожалела, что папа не такой, как дядя Паша. Не такой добрый, понимающий… А ведь и он, и дядя Паша оба заботятся обо мне. Только папа словно за горло держит, а дядя Паша как под крылом прячет.
Было стыдно его обманывать, очень. Но выхода у меня не было. Границы есть и у дяди Пашиного терпения.
Выпорхнув из машины, взбежала по пенькам университета. Парадовалась, что надела босоножки без каблука. Как ни крути, а лучше быть проворной и грациозной в несексуальной обуви, чем неуклюжей – в сексуальной.
- Света, привет! – рядом со мной возникла Вика.
- Привет! – отозвалась я
Мы поцеловались в щечки.
- Ой, мамочки, что с тобой случилось? – привиде моих ссадин голубые глаза девушки округлились.
Снова этот холодок внутри. Я обхватила себя руками.
- Да так, упала, - небрежным тоном соврала я. – Ну что, идем?
Мы с Викой неплохо общались, но подругами не были. У меня вообще особо не было подруг. Кто захочет дружить с девочкой, которой ничего нельзя и пропуск в подруги к которой идет через финансовый статус? С «одобренными» же папой людьми мне было «не о чем и незачем».
Сосредоточиться на том, что вещал препод не получалось. То и дело я поглядывала на наручные часы, стрелки которых словно вообще не двигались.
Наконец, консультация закончилась и мы с Викой направились в билиотеку. В каком-то шпионском фильме один из герое говорил, что если нужно удачно соврать, то стоит говорить правду меняя только нужные факты. Именно так я и поступила с папой. А с тем, что он спит и видит меня экономистом и капец как гордится тем, что я круглая отличница, всему, что связано с занятиями несказанно рад. Даже «благотворительности».
Попрощавшись с Викой, я отправилась в дамскую комнату поправлять макияж и рассчесываться. Ну что за волосы, а? Никакая укладка нормально не держится и путаются страшно.
Ладошки потели, коленки дрожали, оставшиеся до шести часов минуты тянулись мучительно. Что, если передумал? Что, если не приедет?
Ровно в шесть ноль-ноль я вышла из университета с бешено колоящимся сердцем. Очень старалась идти красиво, с безразличным видом, а не бежать вприпрыжку, вертя головой и высматривая черную «беху».
Та уже стояла у тротуара. Водительская дверь открылась и Макс вышел из машины. Мягкий солнечный свет заиграл в его растрепанных русых волосах. Синие глаза словно пожирали меня, искрясь азартом и восхищением. От чуть насмешливой улыбки на щуках появились ямочки. Белая рубашка была расстегнута почти наполовину, обнажая мускулитстую грудь, синие джинсы плавно облегали узкие бедра и длинные, прокачанные ноги. По смугловатой коже левого предплечья из-под закатанного рукава змеилась татуировка.
Беззаботный, возбужденный, красивый не по возрасту суровой и мужественной красотой. Потом я буду видеть Макса разным, но лучше всего на много лет запомню именно таким, каким он был в тот вечер, когда я с широко распахнутыми глазами в розовых очках и счастливой улыбкой на лице летящей походкой шагала в пропасть.
Глава 6
- Привет, Семицветик, - он протянул руку, предлагая мне за нее взяться. А когда я это сделала, поцеловал мои пальцы. Легкое, почти невесомое прикосновение обожгло огнем, по коже побежали щекотные мурашки.
- Привет, Макс, - сбивчиво промямлила, краснея.
- Как гранит науки? Грызется?
Он открыл для меня пассажирскую дверь.
- Угу, - хмыкнула я, забираясь внутрь.
Юбка задралась и я неуклюже принялась одергивать ее. К счастью, успела привести себя в порядок до того, как Макс сел за руль.
- Что за факультет?
- Международная экономика, - в два слова я сумела вложить абсолютно всю свою тоску от того, что выбор профессии был сделан за меня.
- Нормально. А я технарь окончил. На высшее пока времени не хватает.
Он завел мотор и так резко рванул, что меня вжало в сиденье. Адреналлин толчком выплестнулся в кровь, разгоняя пульс. Мы помчались по дороге, петляя в потоке машин. Ревел двигатель, фоном играла музыка, за окном проносились залитые солнечным светом зеленые улицы.
Я сидела и неотрывно глядела как Макс управляет машиной. Как азартно горят его глаза, как расслабленно лежат на руле накачанные руки, какими точными, уверенными движениями он крутит руль и переключает передачи. Сердце сладко щемило в груди. Все внутри пело, бабочки в животе радостно махали своими разноцветными крылышками.
Макс привез меня на набережную. Припарковался, обощел машину и помог мне выйти. А потом не отпустил руку. Так и повел, крепко переплетя наши пальцы.
- Чем заниматься любишь? Ну, вне учебы.
- Я рисую. Картины. Как беру в руки карандаш забываю обо всем.
- Вот это да! Покажешь?
- Конечно, - выпалила не подумав.
Мою мазню, как говорит папа? Их в жизни никто, кроме него и тети Любы не видел! А тут Максу? Господи, как стыдно! Зачем я только ему об этом рассказала? Нашла чем хватстаться! Художница тоже мне.
- Ну а ты? Чем занимаешься?
- У меня все попроще – вышибалой в клубешнике работаю. Но это временно. Хочу свой потом открыть.
- Отличный бизнес, - услышав в своем тоне папину манеру, прикусила язык.
- Угу. Все будет, - задумчиво протянул парень, глядя на золотистую гладя реки.
Болтая о том, о сем, мы зашли в кофейню. Макс выбрал столик на летней террасе с видом на речку. Сел возле меня на диванчик. Так близко, что наши плечи соприкасались. Но остраняться мне не хотелось. Наоборот, если бы он сейчас обнял меня…