Страница 95 из 112
Увидев свои потери, ангелы отчаянно вырвались вперёд, одолев гвардейцев. Небесные воители были готовы зарядить кресты и открыть огонь по Стирателям, но биороботы запустили огнемёты. Оранжевые струи пламени залили древний райский мрамор, испепелив десятки кроков и ангелов. Схвативший Аракиила жрец замер при виде своих горящих заживо зелотов и ослабил чары. Серый ангел воспользовался кратковременным замешательством противника и убил крока ударом посоха в сердце.
Высоко над нижними уровнями, где высадилась Арабелла, и даже над Садами Благочестия, высился дворец Бога. Подножие горы, на котором стоял этот чертог, тонуло в плотном слое облаков. Поэтому казалось, будто обитель Зевса парила в голубом небе Рая. Ряды колонн из белого мрамора поддерживали гигантскую крышу из золотой черепицы. Фронтон дворца украшала лепнина в виде солнца. Лучи светила тянулись в разные стороны, а в центре сиял золотой крест. Крестами были увенчаны и две круглые башни, которые выступали из облаков. Они стояли перед дворцом подобно стражам, охраняющим его обитателей.
У края каменного пола напротив огромной лестницы находился золотой трон. Две декоративные колонны слева и справа от него казались крошечными по сравнению с гигантскими столбами из белого камня, что поддерживали крышу. Трон стоял на небольшой площадке, возвышающей его над белым, идеально ровным полом дворца. Восседающий на престоле Верховный Бог походил на человека – очень старого и дряхлого. Богато расшитая белая туника и переливающийся на свету плащ с трудом прикрывали толстое тело. Густые седые волосы и борода обрамляли изрытое морщинами лицо, а пронзительные глаза смотрели вперёд невидящим взглядом, словно не замечая мира вокруг. Справа от своего повелителя стоял Первый Ангел Метатрон – шестикрылый серафим в синих, инкрустированных золотом и серебром доспехах. Уже давно он правил Раем от имени своего владыки. Как у всех ангелов, у Метатрона были светлые волосы, но его некогда молодое лицо стало бледным и морщинистым. Правой рукой он опирался на Молот Света – священное и благословенное оружие, которое символизировало власть над Небесами и ангелами.
Звук шагов отвлёк Метатрона от раздумий. Ангел-посыльный бежал по жёлтой полосе, пересекающей пол от входа во дворец до самого трона. Остановившись перед небесным престолом, он пал ниц.
– Что случилось, Кириус? – строго спросил Метатрон, – зачем ты потревожил покой нашего Господа?
– Мой повелитель, нечестивые бездушные воины наводнили Небесный Град, – залепетал ангел, – врата пали, и скоро супостат достигнет Садов Благочестия.
– Встань! – приказал серафим.
Первый Ангел нахмурился. Он понимал, что это должно было рано или поздно случиться. Небесная крепость, которую его ангелы никак не могли уничтожить, направила всю свою мощь на Рай. Метатрон правил ангелами на протяжении эпох, но теперь просто не знал, что делать. Враг пробил укрепления Небесного Града, которые некогда считались совершенными, безупречными, и даже нанёс серьёзный урон Красной Церкви Кроков, которую призвал для обороны Михаил. Конечно, верхние уровни Рая продержатся дольше нижних, но Метатрон знал, что всё падёт со временем. Он взял Молот Света обеими руками и в гневе сжал рукоять древнего оружия, которое некогда принадлежало Люциферу. Все шесть крыльев зашевелились спиной серафима. Испытывая глубокое отчаяние, Метатрон посмотрел на Трон Божий.
– Владыка наш, услышь меня, – впервые за долгое время молил Метатрон, – что делать мне, Господи? Как мне поступить с Твоими и моими врагами?
Старое лицо Бога не проявляло никаких чувств. Как и прежде, он восседал на Небесном Троне, словно взирая в Вечность. От этого бездействия Метатрон сильнее впал в уныние. И ангелы, и младшие расы считали это состояние смертным грехом. Но как так получилось, что и сам Первый Ангел пал? Выходит, и он не был невосприимчив к страстям… Не суждено ли светозарному правителю Метатрону повторить путь своего предшественника, Люцифера… Но то были порочные, нежелательные мысли. Отринув их, Метатрон повернулся к посыльному и сказал:
– Возвращайся на передовую, Кириус. Пусть Михаил соберёт всех оставшихся воинов и укрепит оборону верхних уровней.
– Да, повелитель, – поклонился молодой белокурый ангел.
– Не подведи, – тихо произнёс серафим.
– Никогда, – ответил Кириус.
И направился к выходу из дворца, после чего взлетел и спикировал вниз. Метатрон сильнее погрузился в мысли. Он пожертвовал многим, чтобы защитить покой Небес. Он освоил запретные искусства, которые навеки состарили его облик и исказили душу – лишь ради своего господина. Нелёгкое бремя правления выпало на долю Метатрона, но Первый Ангел долго нёс его с достоинством. Однако сейчас он впервые оказался в действительно безвыходной ситуации…
Послышалась плавная, журчащая мелодия божественной арфы. Метатрон почти забыл эти звуки. Древние устройства, сокрытые под полом дворца, не использовались с незапамятных времён, а теперь что-то снова заставило их заработать. Телепатической командой Метатрон принял входящее сообщение. Звуки арфы стихли, и на полу дворца выросла неестественно худая фигура. Красноватый свет залил её чёрный балахон, сквозь который виднелись дворец и небо. Это существо не отбрасывало тени, поскольку не было материальным – лишь фантом, след реального зверя, который находился за Великим Щитом Света.
– Метатрон, Стоящий Подле Трона Господня, – произнёс Дьявол беззубым ртом, – Первый Ангел, Архонт Небесной Рати, я приветствую тебя в своём почтении.
Метатрона наполнила праведная ярость. Он не мог смотреть на своего заклятого врага без отвращения и ненависти. Он не мог слышать этой ядовитой иронии, с которой Дьявол называл его формальные титулы.
– Что тебе нужно, Нечистый? – громко спросил он.
– Скажем так, я слышал, что Рай испытывает сейчас не лучшие времена, – ответил Дьявол, – слышал о захватчиках, которые проникли в священные сады…
– И ты пришёл злорадствовать? – резко парировал Метатрон.
Безгубый рот Дьявола расплылся в улыбке, а его белые глаза без зрачков не выражали никаких эмоций.
– Нет, – мягко ответил он, – я пришёл предложить вам союз.
– Союз? – всё внутри Метатрона вскипело от злости, – мы никогда не пойдём на сделку с Нечистым!
– Ты говоришь как твой верный пёс Михаил, – сказал Дьявол из Цитадели Гордыни, – но пойми, насколько это сейчас неуместно. Смертная самозванка намерена разрушить нашу двухполярную Вселенную, изменить мироустройство, оставшееся после Великой Войны. Позволь моим демонам присоединиться к Небесному Воинству, и вместе мы её сокрушим и восстановим равновесие.
– Этому не бывать! – возразил Метатрон, – после победы над Арабеллой ты предашь нас.
– Но старый враг лучше нового, – ответил Дьявол, витающий бесплотным духом над полом дворца, – понятный, предсказуемый. Ты как никто другой понимаешь, как важно не допустить победы третьей силы, как важно поддержать статус-кво. Чувствуешь разницу между добром и порядком.
Метатрон очень не хотел идти на союз с Нечистым. Это было запрещено Великим Уставом. Но Устав написал сам Первый Ангел после восстания Люцифера, и настали времена, когда приходилось идти против правил.
– Мне тяжело это признать, но твои слова верны, – сказал Метатрон, – а что ты просишь взамен?
– Ничего, – пожал плечами Дьявол, – твой враг – мой враг, и выгода от победы над ним будет обоюдной.
– Я готов объединиться с тобой, – Первый Ангел не верил своим словам, но должен был сделать необходимое.
– Значит, ты опустишь щит, чтобы моя небесная армада испепелила врагов? – спросил Нечистый.
– Нет, – отрезал Метатрон, – этому никогда не бывать. Но я уберу его над стратегически важными точками, дабы ты мог открыть порталы, и мои воины получили подкрепление.
– Хорошо, – улыбнулся Аид, – хорошо…
Его призрачная тень исчезла, как будто её и не существовало. Нахмурив чёрные брови, Метатрон направился к дальнему краю дворца, чтобы командовать обороной.