Страница 37 из 66
Мягко застучали копыта, запел в ушах ветер, Бро погнал не вдоль реки, а в обход кургана, по краю лощины. Засаду неизвестный всадник наверняка у брода будет учинять, там и перехватим.
Своему умению сидеть в седле, быть властно-решительным и сходу угадывать наилучший маршрут движения князь не удивлялся. Память предков –наверное, у всех она есть, только редко имеет шанс по-настоящему проявиться. Люди вообще не так уж часто серьезные экзамены сдают, так что тут удивительного. Вот что немного поражало и беспокоило, так это неожиданное открытие Брониславом Волковым в своем характере черт мелкой мстительности. «Продолжайте отдых». Можно было как-то иначе сказать. Но вспомнить обиженную мордаху двоечницы все равно было приятно. Вот пусть там сосется с кем хочет, пусть.
Тысяча чертей, да о чем княжеская голова думает⁈ Времени в обрез, может, там люди уже рубят друг друга, напрасно русскую кровь проливают?
К броду Бро вылетел в самый нужный момент — на воде хрустел камыш, хлюпало, двое воинов катались по мелководью, пытаясь удушить друг друга. Валяющееся на берегу оружие объясняло ход событий: неизвестный лучник устроился за толстой ивой с намерением подстрелить переправляющегося, но тот догадливо переплыл реку пешим в стороне от брода и вышел за спину лучнику. Умно. А вот схватка выглядела довольно безобразно — явно не отрабатывают в здешних дружинах эффектных и эффективных удушающее-болевых приемов.
— Отставить! — заорал князь Волков, слетая с коня. — Из воды, говорю, вышли!
Как же, вроде и услышали, но расцепиться не подумали. Пришлось шагнуть в речную воду.
— Унялись!
Князь сознавал, что командного гласа будет недостаточно, потому сходу заехал одному в подбородок с русой мокрой бородой, другому в рыжее ухо. Витязи мгновенно расцепились, можно сказать, разлетелись, подняв тучу брызг.
«Во удар у меня!» — озадаченно подумал двоечник. «Ну да, я же о боксе некоторое представление имею и выше их почти на голову. Вскормлен на чистых йогуртах и безделье, чего уж там».
— Ой, шшубы! — русый схватился за подбородок.
— Вот демон! — замычал рыжий, оглушенно мотая головой.
Потом удалые бойцы вновь уставились друг на друга и одновременно потянули из ножен кинжалы.
— Утоплю упоротых! — грозно взревел Бро, шагнул глубже в воду и незамедлительно добавил кулаками.
Клинки остались в ножнах, воины вынырнули все в тине и судорожных отплевываниях, уставились на наглого вмешавшегося.
— Князь⁈ — изумился рыжий воин.
— Хнязь⁈ — выговор ушибленной челюсти второго бойца оставлял желать лучшего. — Отхуда⁈
— Вылезли, говорю! — загремел грозный Волков. — Нашли время друг друга уделывать. Волки позорные! Экие зашквары дубоватые, а ну, очнулись живо!
Ругаться по древне-словянски князь не особо умел, но поняли его правильно.
— Так я и ехал упредить, — оправдался русый боец, пытаясь вернуть челюсть на место.
— Он к своим, к гореславским гнал! — обвинил рыжий. — Чтоб словчились, да перехватили обоз.
— А что мне, ваших запаславских с поклоном извещать? — изумился его конкурент. — Какого рожна вам такую добычу отдавать? Да вы половцев все одно не возьмете, кишочка не та, слаба кишочка-то.
Воины оскалили бородатые рты. Оба были юны, горячи и не приучены упорядоченно расставлять абвгд.
— Сейчас еще выпишу в табло, — пригрозил князь. — Кто на перехват обоза быстрее успеет — гореславские или запаславские?
Воины переглянулись.
— По правде-то говоря, видать, никто не успеет, — сумрачно сказал рыжий и отогнал от себя ряску. — Шибко быстро идет обоз. Чуют нас, спешат.
— Это да, — согласился русый, щупая зубы. — Не успеть нашим. А вашим и подавно не поспеть, запаславские, они же…
— Без грызни! — рявкнул князь. — И из воды выходим, а то ревматизм подхватим.
Выбрались на сухое, выливая из сапог воду и переругиваясь, уточнили ситуацию.
Разведчики Гореславля и Запаславля наткнулись на небольшой отряд половцев — около тридцати вражеских воинов и полусотня повозок, торопились на юг от разоренного Китежславля-Заречного. Видимо, везли добычу и пленников, но почему-то с малой охраной. Проблема заключалась в том, что и русские разведывательные разъезды в здешней степи были числом всего в несколько человек и атаковать даже малый обоз никак не могли. Послали за помощью, но было далековато.
— Уйдут поганцы за излучину, там уж не дотянемся, — горевал русый Горя.
— Это да. Обидно аж невмочь, — согласился рыжий Слав. — А все из-за того что я на тебя отвлекся, задержался, пес ты торопливый…
— Сам ты кобель слепой…
— Унялись! — кратко сказал Бро. — Потом будете песиться и собачиться, без меня. А сейчас думать надо.
— Князь, а ты-то сам откеля здесь, мы ж и не слыхали… — осторожно начал выспрашивать Горя.
— Дело у меня тонкое. Везу кое-кого тайно, надобно её на важное знание обменять, — расплывчато намекнул князь. — Но думаю, можем задержаться на ночь, выручить полоненных бедолаг китежславльских.
— Надо бы, хорошее дело, славное. И богатое, — сказал Слав, его конкурент закивал. — Да успеете ли? Много с тобой мечей?
— Немного, — признал князь Волков. — Но они могут помочь. Только и без вас все равно не обойтись. Как насчет пусть временного, но честного объединения сил? Потом друг друга додушите, с этим успеется.
Воины переглянулись. Горя слегка замялся:
— Мы-то что… надо, так значит, оно и можно. Вот князь-то наш…
— Пока я здесь князь, старший и единственный на данный момент, — напомнил Волков. — До завтра под моей рукой будете, стерпите, спина не переломится. Потом разойдемся. А пока клянитесь на крови, что в спину друг друга железом не ткнете и иных бесчестностей не учините.
С клятвой на крови дело было просто — у Гори губа все кровоточила, Слав свое ухо потрогал. Пожали друг другу измазанные руки, да и поехали.
— Так вот кого ты, княже, везешь! — ахнул (не без восторга) Горя, узрев лагерь у кургана.
— Не видели вы ничего, тайное дело, тут наука и политика замешаны, — предупредил князь.
Воины осознали истинную важность и тайность встречи, но взоров от девушек все равно оторвать не могли. Оно и понятно — который день в степной разведке, тут затоскуешь по симпатичному обществу. Тем более тут не просто симпатичные путешественницы, а очень даже. Вот только «бычков» от сигарет многовато вокруг набросали. Дымит двоечница часто и авантюристок туда же совращает. Совсем уж нездоровая область распущенности.
Бро представил вновь прибывших, боевая француженка немедля овладела вниманием мужчин и их мечами — не в иноскозательно-изящном стиле легендарного сказителя-Бояна, а в прямом — принялись сравнивать местное оружие с прогрессивной, но чуждой здешней степной тактике шпагой.
— Имеем наметки плана штурма полевого половецкого лагеря, — вполголоса пояснил Бро двоечнице и Ольге. — Детали зависят от того, есть ли у тебя с собой бабулькины средства.
— Есть кое-что, — призналась напарница. — Но вряд ли подойдет. Там целый отряд, а у меня чуть снотворного — буквально три таблетки, а так только «Прослабин».
— Да ты еще и садистка, что ли⁈ — изумился Бро. — Снотворное со слабительным мешать? Мы к экзаменам готовимся или по анекдотам бродим?
— Так кто знал, что для боевого применения понадобится⁈ От нежелательных одиночных контактов оба средства вполне надежно срабатывают.
— Ну, можно же было клофелин или что-то иное…
— Откуда у бабули клофелин⁈ У нее сердце здоровое, — оскорбилась Васко.
— Не гони на ребенка, у нее и так дома сложности, — предупредила Ольга.
— Извини, был неправ, не учел форс-мажорные обстоятельства, — признал князь. — Немного нестандартная ситуация у нас в этой миссии. Особенно с учетом того, что почему-то я командую. Не привык.
— Видимо, пора привыкать? — без особой иронии предположила авантюристка. — Задатки у тебя есть, где как не здесь тренироваться. Идея напасть ночью и пограбить мне нравится, будет весело, да и обоз не пустой. Но как с воплощением?