Страница 19 из 44
— Надо позвонить Ульяну, тогда всё и решим, — говорит Давид, не обращая внимания на жену.
Давид, не теряя ни секунды, хватает мой телефон, который спокойно лежал рядом со мной на столе, и быстро разблокировав его, набирает номер Ульяна. Я чувствую, как моё сердце начинает биться сильнее. Что он собирается сказать нашему старшему брату? Сколько ему придётся ждать ответа? Наконец, после нескольких долгих минут, Ульян берёт трубку. Давид начинает выкладывать ему всю историю, не забывая приукрасить действительность и добавить немного драмы. На Ульяна его рассказ действует, как он и ожидал. Он обещает со всем разобраться. Перед тем, как завершить разговор, он сообщает нам, что нужно встретиться в его офисе. Нам всем. И обсудить произошедшее. Мы с Ярым даже не пикнули при этом разговоре.
Мы знали, что всех нас ждёт.
31 глава
Захар
Ульян владеет современным офисом, расположенным в самом сердце города. Это место отличается простором и изысканностью, все в нем выполнено в современном стиле. Сотрудники, одетые в профессиональную одежду, создают атмосферу серьезности и деловитости. На их лицах всегда можно увидеть доброжелательную улыбку, что добавляет уверенности в их компетентности.
Секретарь, заметив нас, тут же встает из-за своего рабочего места и направляется к нам, чтобы поприветствовать и помочь.
— Здравствуйте, Ульян Павлович уже ждет вас, — указывает нам рукой женщина.
Мы входим в кабинет.
— Зачем ты нас звал? — лениво шагает Демид и буквально падает на стул.
Ульян сидит за своим рабочим столом, взгляд, полный серьезности, скользит по всем присутствующим. Лицо брата выражает строгость и решимость, что предвещает важный разговор. В его глазах читается ожидание.
— Здравствуйте, — говорит Ульян, указывая на множество свободных мест за длинным столом, ведущим от его рабочего места.
Все присутствующие, как на грани, сдерживают дыхание, ожидая того, что должно произойти сегодня. В воздухе витает напряжение, и можно почти ощутить его на ощупь.
— О чём ты хотел поговорить? — прямо спрашивает Давид, садясь рядом со старшим братом.
Ульян сидит в тишине, ожидая, пока все усаживаются. Его молчание наполнено авторитетом, и каждый в комнате чувствует его присутствие. Только когда последний человек занимает свое место, Ульян расправляет плечи, готов к разговору.
— Я все решил, — туманно начинает он.
— Ты как-то быстро вернулся со своей командировки, — недовольно бубнит Ярослав.
Взгляд старшего брата, наполненный раздражением, устремлен на младшего, в его глазах читается желание избавиться от навязчивых и ненужных комментариев, которые обрушиваются на него.
— Никита теперь будет находиться в психиатрической больнице, — смотрит на стол Ульян.
Для меня и Феликса эта информация не является новостью, мы уже давно осознали ее и приняли к сведению. Однако, наблюдая за реакцией остальных, становится очевидно, что они не разделяют нашу точку зрения. Их удивленные взгляды и недоумение говорят о том, что данная идея для них звучит как нечто новое и неожиданное.
— Ты решил его засунуть в дурдом? — кричит Давид, приближаясь к Ульяну.
— А что, по-твоему, я должен был делать? — таким же тоном отвечает ему старший брат.
Давид, будто пораженный молнией, смотрит на Ульяна. Его глаза расширены от шока, и он не может поверить в то, что Ульян говорит. Мы, конечно, обсуждали этот вопрос, предполагали такой исход событий, но все же, в глубине души, каждый из нас надеялся, что найдется другое решение. Мы все думали, что его, возможно, следует отправить в пансион или какое-либо другое учреждение. Но слова Ульяна, произнесенные с такой уверенностью, заставляют нас пересмотреть наши представления.
— Почему так радикально? — спрашивает Ярослав.
— Даааа, я вообще его должен был посадить за то, что он сделал, но нет, смилостивился над любимым дядюшкой, — фыркает Ульян.
— И, конечно же, эта больница находится где-то в лесу, где нашего родственника будут пытать электрошокерами, — язвит Демид.
— Никто пытать его не будет, мы в современном мире живем, а не в средневековье, — раздраженно встает Ульян.
— А что, в средневековье было электричество? — еще больше распаляется Давид.
— Закрой рот, — рычит Феликс на брата, на что получает три пары недовольных взглядов.
— А что насчёт Лилии? — спрашиваю я, надеясь на примирение.
Эта девочка действительно стала для нас центром вселенной. Даже сейчас, когда она, черт возьми, где-то там, ее присутствие все еще ощущается среди нас, действуя как успокоительное. Ее невидимое влияние успокаивает нас, и мы все мгновенно забываем о Никите.
— Я хочу поговорить с ней, — говорит Ульян, смотря в сторону окна.
— Не думаю, что она захочет разговаривать с нами вообще, — печально говорит Ярослав, посматривая на Демида.
Их необычное и загадочное поведение привлекает внимание всех вокруг. Это явление не остается незамеченным, вызывая интерес и любопытство у нас всех.
— Что вы натворили? — обращаюсь я к Демиду.
Они долго сидят в молчании, обмениваясь взглядами, искажая лица в выражении недоумения и смущения. В воздухе витает напряжение, и время, кажется, замирает. После долгих, мучительных пяти минут, наполненных нервными подёргиваниями и неуверенными жестами, они, наконец, собираются с духом и признаются.
— Мы с ней переспали.
32 глава
Феликс
— Вы что сделали? — спрашивает Ульян, наступая на братьев. Те сидят тихо, поджав свои хвосты, как щенки, которые разгрызли хозяйское имущество.
Демид и Ярослав находятся в центре внимания, и все ожидают от них разъяснений. Но как можно требовать объяснений по такому делу? Это дело сердца, а сердце не подчиняется логике.
— Думаю, она сама была не против, — говорит Захар.
— Еще как не против, — усмехается Ярослав, но тут же осекается под грозным взглядом старшего.
— Об этом даже речи быть не может, — бьет по столу кулаком Ульян.
Какой смысл в этом разговоре? Мы заблудились в пустых спорах и отвлеклись от главной темы. Мы пришли сюда, чтобы поговорить о Никите, о его проблемах. А теперь опять вернулись к Лилии, к ее жизни. Но разве она стоит нашего внимания? Разве она важнее, чем наш родственник?
— Думаю, сейчас не об этом нужно разговаривать, — встаю я и обхожу стол, останавливаюсь рядом с Ульяном.
Стою под взглядами своих братьев, которые ждут от меня ответа. Но я не знаю, что сказать. Я только смотрю на старшего, который смотрит на меня с любопытством.
— Да, — сдаётся под моим пристальным взглядом Ульян. — Я хотел с ней поговорить, позвоню завтра.
— Лучше сразу поехать, — улыбаюсь брату. — Вот я и съезжу к ней. Один.
— Я тоже поеду с тобой, — вскрикивает Давид.
Безразлично пожимаю плечами и смотрю на братьев. Они все хотят поехать к ней, пообщаться с ней, поделиться своими мыслями и чувствами. Но я знаю, что это не так просто. Лилию нужно убедить, она должна поехать с нами. А она может закрыться, отказаться, сопротивляться. Не захочет менять свою жизнь, свою судьбу. Она побоится нового, неизвестного. Она может быть привязана к своему дому, своим друзьям, своим воспоминаниям.
— Тогда сделаем так, — тяжело вздыхает Ульян. — Захар подготовит дом к приезду девчонки. Демид и Ярый поедут по магазинам, чтобы купить вещи.
— Ага, трусов там, — язвит Ярослав.
— Брат, ты сегодня в ударе, — осекаю я младшего.
Он отворачивается от меня и смотрит в сторону окна. Ярый притворяется, что любуется городским пейзажем, но я знаю, что он просто хочет избежать наших взглядов.
— Феликс и Давид поедут к Лилии, — продолжает Ульян.
— А ты что будешь делать? — нагло спрашивает Демид.
Ульян не отвечает на вопрос. Он зыркает глазами в разные стороны. Вертит головой, отводя взгляд от нас. Идет к своему столу, садится на место и пальцами дотрагивается до поверхности стола.