Страница 4 из 27
Во мне поселился страх. Я больше никогда не ходил на речку. Да что там, я даже не мог сесть в ванну. Липкий панический ужас охватывал меня вместе с водой. Мне казалось, я вновь чувствую ее руки, но на этот раз они не мягкие и нежные, а омерзительные, гнилые, оставляющие на мне следы... Даже когда я мылся в душе, я всегда оставлял дверь открытой. А по ночам, когда она снова звала меня во сне, я будил всю семью криком.
Мать с отцом сделали все возможное, и нашли мне самых лучших психотерапевтов, а врачи сделали свое дело. Страх большой воды отступил, пусть не полностью, но все же. Они объяснили мне, что при кислородном голодании мозг способен на любые галлюцинации, чем многие объясняют темный тоннель со светом в конце. Страх потихоньку уходил.
Когда мне было шестнадцать, мои родители решили сменить квартиру. Собирая вещи, я наткнулся на кипу старых газет. Мать иногда называла отца в шутку Плюшкиным, так что я не удивился. Взяв первую попавшуюся, и перевернув страницу, я обомлел.
"...Арестованы по подозрению в изнасиловании и убийстве... напоминаем, что в результате двухдневных поисков... тело было найдено в реке...".
С фотографии на меня смотрела ОНА. Та самая девушка, которую я видел там, в глубине реки. Только сейчас она была в пиджаке и блузке, но улыбалась все также лучезарно. Я посмотрел дату выпуска. Шестое июля девяносто девятого года. Мне тогда было десять лет.
Снова тяжелая борьба со страхом и ночными кошмарами. Я убеждал сам себя, что просто видел эту статью раньше, а когда тонул, мозг сыграл со мной злую шутку, но получалось слабо. И опять медленная борьба с самим собой.
Я увидел его снова, когда учился в институте. За эти годы он совсем не изменился, разве что прическа. Но это однозначно был он. Тот, кого я видел там, в глубине.
Я преследовал его весь день, словно одержимый. Я не мог понять, зачем я это делаю. Ноги просто сами несли меня вслед за ним. Я несколько раз порывался просто подойти к нему и поблагодарить за свое спасение, но что-то мешало, и я продолжал следить за ним.
На одной из улочек он вдруг ускорился. Я постарался не отставать. Свернув и пройдя еще несколько дворов, я очутился в глухом тупиковом дворике. Оглядевшись, я обнаружил, что кроме меня никого больше нет.
Черт! Куда же он мог деться? Из дворика вели две подъездных двери. Какую же выбрать?
-Ищешь кого? –раздался голос у меня за спиной.
Я вздрогнул и обернулся. Мой спаситель стоял, облокотившись спиной на стену подворотни, и не таясь рассматривал меня. Я мог поклясться, что полминуты назад его там не было.
-Чего хотел-то? –спросил он, подойдя ко мне.
Хороший вопрос. А действительно, чего я хотел? Сказать спасибо? Так сказал бы уже давным-давно. Рассказать о своих кошмарах? Бред.
-Что там произошло? – наконец выдавил я из себя.
-Где? -задал незнакомец резонный вопрос.
Черт, а вспомнит ли он эпизод шестилетней давности? Об этом я не подумал.
-Река Песчаная. Витийск, шесть лет назад.
Он хмыкнул и стал рассматривать меня цепким и изучающим взглядом. Ощущение было… Не из приятных.
-Пошли. –наконец сказал он. –Не здесь об этом разговаривать.
-Тебя как звать-то? –спросил он, когда наконец нам принесли кофе.
Мы сидели в небольшом, но уютном и тихом кафе. Не мешая разговорам, царившим в нишах, в которых стояли столики, негромко играла музыка. Миловидная официантка, принеся наш заказ, осведомилась, не хотим ли мы чего-либо еще, и получив отрицательный ответ, удалилась, лучезарно улыбнувшись на последок.
-Сергей. А вас?
-Меня Артем. И давай на «ты», разговор, я так понимаю, предстоит непростой. Итак, что ты хочешь узнать?
-Что там произошло? –на этот раз мой голос звучал гораздо тверже.
-Ты тонул, а я тебя спас. Ты это и так знаешь.
-Нет. –я помотал головой, стараясь яснее сформулировать вопрос. –Что произошло там? Под водой?
Артем некоторое время молчал, поигрывая чайной ложкой. Потом он вздохнул, как перед прыжком в воду:
-А что именно помнишь ты?
Черт. Это был очень неприятный вопрос. Но, раз уж я затеял все это, придется отвечать.
-Девушка. Голая. Она звала меня, манила. Я поплыл к ней, а она потащила меня вглубь. Там, на глубине, я увидел вас… тебя. Ты с ней дрался. А еще светился странно как-то. А потом ты ее убил. Больше ничего.
Артем усмехнулся.
-«Нельзя убить то, что уже мертво», -процитировал он модный сериал. – Но кое-что ты не договариваешь. Ты видел там еще кое-что.
-Да. –не стал отпираться я. –Себя. Хотя вернее будет сказать свое тело.
Артем сделал глоток кофе и поставил чашку на блюдечко, стоявшее перед ним.
-Милая и добрая русалочка Ариэль, влюбившаяся в человека и пожертвовавшая хвостом ради него. –несмотря на шутливый тон, взгляд Артема был абсолютно серьезен. –В оригинале все было гораздо трогательнее, она пожертвовала своим голосом, а потом и жизнью ради возлюбленного. Милая история. Вот только в реальности все несколько по-другому.
-Русалка? –я не поверил своим ушам. –Ты хочешь сказать, что это была…
-Ш-ш-ш. –Артем предостерегающе поднял руку, и я замолк. –Ты хотел ответов? Так будь добр их выслушать. Кто такая русалка? Большей частью она не материальна. Это просто душа человека – почему-то, кстати, по большей части девушек, мужчин-русалок очень мало – погибшая в воде, но всеми силами стремящаяся остаться здесь, в этом мире. Но только вот чтобы существовать здесь – нужна энергия. Жизненная энергия. А где ее взять существу, которое по факту и тела то своего не имеет?
-У других людей? –высказал я предположение.
-В точку. –кивнул Артем. –Чтобы жить самим, им надо убивать. И их по сути даже и винить то особо нельзя. Они просто хотят жить, а вернее существовать. То, что они не делают различий, взрослые, дети, мужчины, женщины… Я правильно понимаю, что ты нашел информацию о ней?
-Да. –я сглотнул. –Она… Ее изнасиловали и убили, а потом бросили ее тело в реку.
-Скорее всего, все было не так, и в реку ее сбросили живой. Так вот. Последнее, что чаще всего они чувствуют перед смертью – страх, злость, отчаяние. Зачастую именно эти чувства они и переносят в последующую «нежизнь», потому и топят людей без всякой жалости, по крайней мере, большинство из них.
-Большинство? –перебил я его. -То есть те, которые этого не делают?
-Не совсем. –поморщился Артем. –Есть люди, которые при жизни являлись достаточно сильными личностями. После смерти им гораздо проще осознать самих себя, потому они и не являются просто бездумными хищниками. Иногда среди них попадаются достаточно интересные индивидуумы. Но им то же надо питаться.
-То есть, все русалки топят людей?
-Да. Но одни делают это регулярно, не в силах терпеть своего голода, другие – только по необходимости, чтоб не умереть самим.
-А вы? Кто вы тогда?
-Хех. –Артем задумчиво ухмыльнулся. –Как сказали классики, «мальчик, ты думаешь над этим пять минут, а я всю свою жизнь, причем не только я». Проще всего будет сказать, что я –маг.
-Маг? –если честно, я не особо удивился. –Как Гарри Поттер или Гэндальф?
-Не совсем. –Артем поморщился. – Магия – это все-таки несколько другое. Мы –скорее художники. Берем семь цветов, смешиваем те или иные в определенных пропорциях – и получается картина. А что это будет – гиперреализм, абстракция, постмодернизм – зависит от стиля каждого. Все маги имеют свои специализации, то есть нити, с которыми им проще всего работать. К примеру, я использую свет, кто-то огонь, кто-то воду. Но это не означает, что к примеру маг огня не может использовать магию воли или воздуха. Все нити магии так или иначе взаимосвязаны, так же как и цвета соединяясь, образуют другие.