Страница 26 из 58
Глава 10
Денис
Меня просто разрывает на ошметки. В клочья разлетается и мозг, и сердце, и душа.
Женя, Женя, Женечка… Ну разве так можно?
Я могу понять обиду, злость, ревность. Могу представить, как тебе тогда было плохо, потому что сам от тоски по ночам выл. Я даже был готов к твоей ненависти, отчужденности и холоду и смирился с этим, убедив себя, что так будет лучше.
Но вот такое… Оно просто выворачивает наизнанку.
Эта девчонка, закадычная подружка Сережи, сразу ведь привлекла мое внимание. Как взглядом за нее зацепился, так и не мог отвлечься, нет-нет да и вспоминал. Оказывается, не зря. Кровь — она такая. Тянет.
Вспоминаю эту Кнопку со смешным хвостиком на макушке. Вспоминаю ее глаза, так похожие на глаза моей матери, и в желудке сворачивается ком из ледяных змей.
Мне хочется рвануть обратно к ним. Во всем разобраться, но я не один — сзади в кресле сидит притихший Сережа.
Я ведь тогда Женю из-за него бросил. Не сделай я этого — и пацан бы не родился.
Так вышло, что не доглядел, и Танька залетела незадолго до нашего расставания. Пришла потом ко мне, мол, люблю, сил нет, жить без тебя не могу, и если ты не вернешься, сделаю аборт, потому что без тебя этот ребенок мне не нужен. Я пытался ее образумить, пытался объяснить, что ничего у нас все равно не выйдет, а она только ревела и топала ногами. Я даже отвел ее в клинику на тестирование, в тайне надеясь, что анализы покажут, что счастливый отец кто-то другой, не я. Но, увы, все подтвердилось.
И тут же подключился ее папаша. Тяжелый мужик с полным отсутствием морали, большими связями, причем не в самых благонадежных кругах, и с параноидальным желанием получить внука. Вот он-то мне руки и выкрутил. Сказал — не будет внука, значит, не будет и Жени, и полную выкладку о ней на стол: где бывает, с кем дружит. Заодно пообещал, что если не послушаю, не вернусь к Таньке, отдельные Женины части будут находить по всему городу.
Я долго пытался отрицать, искать другие пути, договариваться, в какой-то момент даже показалось, что у меня выйдет, но все сорвалось, когда эта дура Танечка поперлась в клинику и чуть было не сделала то, чем угрожала, а потом билась в слезах, дескать, люблю и все, жизнь без тебя не мила.
— Твоя девочка сегодня была в шаге от того, чтобы остаться без головы, — сказал Бойков, имея в виду Женьку, — решай это вопрос сегодня же.
На этом все и закончилось.
Я не мог рисковать Женей, а еще внезапно почувствовал ответственность за еще не рожденного ребенка, который нужен своей матери только как рычаг воздействия на меня.
До сих пор помню тот день, как забирал Женю с работы. Внутри все ходуном ходило, душило от отчаяния, и я не знал, как обо всем этом сказать! Как, мать вашу, объяснить, что из-за ошибок прошлого вынужден возвращаться к бывшей? Да и нужны ли эти объяснения?
Я очень сомневался в том, что Бойков когда-нибудь от меня отцепится по доброй воле, если только Танька сама не надумает от меня уйти. Поэтому не мог просить подождать, давать ложные надежды и уж тем более подвергать Женину жизнь опасности.
Она заслуживает лучшего. Пусть и без меня.
Было так хреново видеть ее потерянный взгляд, боль, но я хладнокровно расставил все точки на i, обрубил концы, отпустил, запретив себе к ней приближать, даже мельком не заглядывал в социальные сети, не звонил и был уверен, что обезопасил ее.
А теперь вот как все повернулось.
Получается, что ради спасения одного ребенка я отказался от женщины, которая под сердцем носила другого моего ребенка.
Вселенная любит жестокие шутки.
Мне едва удается дождаться, когда Серый Волчок засядет за мультики, внутри уже все полыхает от желания во всем разобраться.
— Сиди смотри, — указываю сыну, — мне надо позвонить… по работе.
Он кивает с максимальной серьезностью и снова утыкается в экран, а я сжимаю в руке телефон и выхожу на кухню. Набираю Женин номер, хотя почти уверен, что она проигнорирует, спрячется, но, к моему удивлению, ответ раздается почти сразу.
— Да? — спрашивает подозрительно.
— Жень, это я. Вроде успел до девяти, — криво усмехаюсь.
На другом конце трубки повисает настороженная тишина. Женя не торопится что-то говорить, вываливать на меня ворох подробностей и всего прочего. Просто молчит.
А когда-то мы с ней наговориться не могли, часами болтали по телефону, смеялись как ненормальные, делились каждой мелочью.
— Задавай свои опросы, Денис, — наконец, обреченно произносит она.
— Марина моя дочь? — спрашиваю, хотя и так прекрасно все знаю. Мне просто надо услышать это от нее:
Недолгое замешательство, тяжкий вздох и тихое:
— Да.
— Ты… ты уверена?
Да, блин! Что за кретин?!
— До свидания, Орлов. Спасибо, что позвонил…
— Жень, да подожди ты! — останавливаю ее. Сердце бьётся где-то во рту, мешая говорить. — Погоди. Пожалуйста. Я просто… немного в шоке, вот и ляпнул, что не думаю.
Она молчит, ждет, что я скажу дальше, а у меня, как назло, со словами туго. Калит в груди так сильно, что каждый вдох сопровождается болевым уколом.
— Когда ты собиралась мне об этом сказать?
— Никогда, — с вызовом отвечает она.
— То есть если бы я случайно не пришел в этот сад, то так бы и не узнал, что у меня есть дочь? — я начинаю злиться.
— Да, Денис, именно так. Не узнал бы, — она защищается от меня как от опасного чужого, — и, пожалуйста, давай без претензий. Без громких фраз о том, как я могла, и прочей дребедени. Ты потерял все права на такие вопросы, когда запудрил мне мозги, а потом свалил к своей драгоценной Танюше, или как там твою милую зовут.
— Причем здесь наше расставание и ребенок? — стараюсь не повышать голос. Потому что с одной стороны у меня Женя, которая на грани — я чувствую это по ее интонации, а с другой стороны сын, которого я не хочу пугать.
— Орлов, ты серьёзно? Что я должна была сделать? Прийти к вам на свадьбу и сообщить радостную новость? Или, может, должна была звонить тебе и отчитываться, сколько раз и куда меня пнул малыш, в то время как ты сидел перед телевизором с женой?
Как же все хреново.
— Ты просто могла сказать. Мы бы решили этот вопрос.
— Мы? — театрально удивляется она. — Разве «мы» к тому времени были? По-моему, нет. Была я, дурочка форменная, и ты, который наигрался и пошел к своей бывшей. Как ты тогда сказал? Зря ко мне подошел? Зря познакомился? Я с тобой согласна. А хотя… нет. Не зря. За Маринку спасибо. Она — лучшее, что случалось со мной в жизни.
— Я хочу с ней общаться.
— Нет, — как-то излишне яростно и отчаянно.
Я ей не верю:
— Жень, прекрати.
— Денис, как ты себе это представляешь? Ты будешь приходить в сад за сыном, говорить дочери «привет», а потом уходить со словами «а ты жди, мамка тебя скоро заберет»?
Я представил эту картину, представил детские глаза, и захотелось крепко выругаться. Матом.
— Уверен, что такого не будет.
— Интересно, почему?
— Я развожусь с Танькой…
Не знаю, чего я ждал в ответ на свое признание. Криков радости, хлопков в ладоши, а может, еще чего, но уж точно не настороженного молчания в трубке.
— …Жень? — Снова тишина. — Женя!
— Орлов, скажи честно, чего ты этим добиваешься?
— Просто рассказываю, чтобы ты…
— Чтобы я в очередной раз убедилась в том, какой ты гад? — перебивает она. — Меня бросил, сбежал к бывшей. Теперь собираешься бросить жену, которая тебе сына родила. По-твоему, это нормально?
Ситуация настолько бредовая, что я не знаю, как выкручиваться.