Далекие странники

Мо Хуайкун помнил о знакомстве Цао Вэйнина с Гу Сян и её сомнительным окружением, поэтому поспешил заговорить первым. У окружающих должно было создаться впечатление, что шишу просто отправлял младшего с каким-то мелким поручением. В свою очередь Цао Вэйнин не был круглым идиотом, пусть и не блистал остротой ума. Кротко извинившись, он тихонько встал позади Мо Хуайкуна.

Но будь всё так просто, Гу Сян не искала бы так отчаянно выход из ситуации. Даже если остальным было не до того, Фэн Сяофэн прекрасно помнил, что Цао Вэйнин был заодно с Гу Сян, ослепившей ядом Гаошань-ну. Дух Земли так взъярился, словно повстречал убийцу своего отца.

— Тебе хватает наглости показываться на людях, Цао Вэйнин?! — гневно осведомился Фэн Сяофэн. — Эй, глава Мо! Так-то ты наставляешь молодёжь? Твой ученик спутался с девкой из шайки разбойников и сам к ним примкнул!

Цао Вэйнин застыл на месте с мыслью: «Всё пропало». Лицо Мо Хуайяна потемнело от прилившей крови, когда он обратил взгляд на внезапно объявившегося ученика.

— Как это понимать? Где тебя носило?

— Шифу, я задержался, потому что встретил знакомых из Наньцзяна, — почтительно ответил Цао Вэйнин. — Я помогал им справиться со стаей чёрных шаманок и случайно отстал от шишу. Я не знал, что вы отправились сюда вместе с остальными, мне просто был нужен Е Ба… герой Е. И вдруг всё так удачно сложилось!

Цао Вэйнин не лгал, поэтому выглядел спокойно и говорил складно, хотя и утаил часть правды. Отыскав глазами Е Байи, он обхватил ладонью кулак, почтительно поклонился и сообщил:

— Герой Е! Этот скромный младший послан к вам с просьбой.

Е Байи удостоил его взглядом.

— Кем послан? Что за просьба?

— Один друг серьёзно ранен. Ему необходимо лечение в очень холодном месте, и он хотел бы с вашего разрешения подняться на священную гору Чанмин.

Е Байи на мгновение замер от удивления, а затем небрежно ответил:

— Передай этому другу — пусть делает, что хочет. У подножия горы лежит деревня Чанмин. За ней начинается дорога, которая ведёт до середины подъёма. Я живу выше, у самого пика. Если ваши навыки позволят туда вскарабкаться, милости прошу.

Цао Вэйнин знал, что Гу Сян всё слышала, значит, одну задачу они выполнили.

— Большое спасибо, — поблагодарил он, склонив голову.

Е Байи кивнул и, словно внезапно заскучав, молча поворотил лошадь, чтобы покинуть толпу, увлечённую поиском правых и виноватых. Мо Хуайян оглянулся на Чжао Цзина, понимая, что противоречия остались неразрешёнными. Быстро обдумав ситуацию, он заступил дорогу Е Байи.

— Герой Е, я не понимаю тебя! — воскликнул он. — Неужели ты можешь просто взять и уехать?

Е Байи бросил на Мо Хуайяна равнодушный взгляд.

— Что тебе непонятно? Я всё объяснил так, чтобы дошло до последнего идиота. Не вижу смысла дальше терять с вами время. Чжао Цзин, определённо, не представляет собой ничего хорошего. Что же до тебя… — жёсткий рот Е Байи тронула высокомерная улыбка, и он отчеканил бесстрастно, словно оживший мертвец: — Ты вообще ничего из себя не представляешь.

У Мо Хуайяна дёрнулся глаз. Немыслимо, но Чжао Цзин, уже загнанный в угол обвинениями Е Байи, опять вышел сухим из воды! На этот раз по вине Цао Вэйнина.

Вздохнув с облегчением, Мечник Цюшань приосанился и обратился к толпе.

— Я человек прямой, — заявил он, неодобрительно наблюдая за попытками главы Мо сговориться с хранителем Знака чести. — Может, кто и думает, будто я всё просчитал наперёд, но это не так. Гао Чун был мне как брат, и все теперь знают, чего стоила его дружба! Я понятия не имею, что замышлял Гао Чун, но меня трясёт от ненависти при воспоминании о его предательстве. Сильнее я ненавижу только сукиных детей с горы Фэнъя, которые разожгли смуту!

Его тигриные глаза яростно распахнулись, налившись кровью. Будь у Чжао Цзина шерсть, и она встала бы дыбом от переизбытка злости.

— Все интриги с Кристальной бронёй закрутила Долина призраков. Что тридцать лет назад, что сейчас! — заявил он во всеуслышание. — В прошлой битве наших сил оказалось недостаточно. Мы не смогли извести этих мерзавцев под корень, и они взялись за старое. В последнее время по их вине в цзянху произошло столько бедствий, пролилось столько крови… Неужели этого мало?

Шумная толпа снова затихла. Чжао Цзин немного успокоился и повернулся к Е Байи.

— Молодой мастер Е, вы годами жили в уединении на горе Чанмин и немного отстали от мирских дел, — сердечно объяснил он. — Всё не так, как может показаться на первый взгляд. Уж не знаю, кто ввёл вас в заблуждение относительно меня…

Здесь речь Чжао Цзина прервалась, и он бросил говорящий взгляд на Мо Хуайяна. Такой подтекст в пояснениях не нуждался: Е Байи явился в самый подходящий момент, чтобы глава Мо переметнулся к нему с половиной войска. Разве можно провернуть такое, не спланировав заранее? Чжао Цзин перевёл взор на Цао Вэйнина и милостиво улыбнулся:

— Молодой герой Цао, я всегда считал, что вас ждёт блестящее будущее. Как честный человек вы понимаете, что такое вежливость, справедливость, стыд и достоинство. А также не забываете о верности и сыновнем долге…

Фэн Сяофэн рванулся вперёд, но Чжао Цзин протянул руку, останавливая его.

— Потише, брат Фэн. Я, как и все, слышал, что вы с Цао Вэйнином не поладили из-за девицы. Это кончилось большой дракой, в которую вмешались неизвестные люди, похитившие Чжан Чэнлина…

У Цао Вэйнина онемела спина. Имя Чжан Чэнлина было навеки связано с Кристальной бронёй — очень болезненной на данный момент темой. У Мо Хуайяна перекосилось лицо, и он, скрипнув зубами, повернулся к негодному ученику:

— Что ты натворил, недоносок, которому не суждено переродиться человеком?

Мо Хуайкун лучше разбирался в вопросе и поспешил вмешаться, как только дело приняло опасный оборот.

— Кхм… Кажется, в той драке действительно видели какую-то маленькую дикарку. Неизвестно, откуда она взялась, да это и неважно. Она даже говорить нормально не умела.

Фэн Сяофэн холодно рассмеялся и вытянул из толпы Гаошань-ну.

— Да ты что? Значит, то была просто маленькая дикарка? — выкрикнул он пронзительно. — Хочешь сказать, герой Мо, что мы с напарником настолько бесполезны? По-твоему, кто угодно может нас отделать и ослепить А-Шаня? Видать, тебе самому приглянулась та ведьма! Вот ты и помог своему паршивому ученику убежать с ней, когда мы их накрыли по горячим следам.

Лицо Мо Хуайкуна посинело и раздулось как баклажан. Он долго сдерживался, но в итоге выпалил:

— Ах ты, брехун хренов!

Фэн Сяофэн впился в руку Гаошань-ну и начал сыпать угрозами:

— Старый ублюдок! Даже не думай покрывать младшего ублюдка, вы все заодно! Объяснись сейчас же, или я заберу в уплату твои гляделки!

Итак, герои, едва успокоившись, снова раскипятились. Сверля взглядом Цао Вэйнина, глава школы меча Цинфэн буквально по слогам продавил сквозь стиснутые челюсти:

— Ответь уже… Паскудник… Кто эта проклятая баба?

Цао Вэйнин опустил голову и осторожно шагнул назад. Наблюдавшая за ним Гу Сян невольно вонзила ногти в плечо Чжан Чэнлина, заставив его зашипеть от боли.

— Этот Чжао кое-что слыхал о маленькой ведьме, — любезно улыбнулся Чжао Цзин. — Её сопровождали двое загадочных мужчин — оба превосходные мастера боевых искусств. Вот только никто не смог опознать их техники. В итоге эта банда похитила Чжан Чэнлина, а я так и не смог напасть на их след. Прошу простить моё невежество, но я понятия не имею, откуда они взялись.