Страница 398 из 409
— Не беспокойтесь, мы все равно ходим на прогулки и можем взять ее с собой, — сказал Сюань Цзи. — У нас семья затворников, лишь бы полжизни из дома не выходить. Все равно сейчас все можно купить онлайн. Но я так от скуки умру. Если не буду вытаскивать его развеяться, он в пол врастет.
Шэн Линъюань ничего на это не ответил.
Что там принесло эхо? Кажется, кого-то давно не наказывали.
Не успел Сюань Цзи войти в квартиру и бросить ключи в прихожей, как его тут же окутал черный туман.
— Я верну... Эй, я еще не разулся!
Невиданная сила подхватила его, словно нечистые духи из священных писаний. Туман занес Сюань Цзи в кабинет и бросил в объятия Шэн Линъюаня.
Шэн Линъюань отложил свои рукописи на стол и поднял руки, чтобы поймать связанного. Черный туман, окутавший пальцы Его Величества, прошел сквозь воротник Сюань Цзи, заставляя того наклонить голову, и губы Сюань Цзи оказались в полуцуне он губ Шэн Линъюаня... Но продолжения не последовало. Его Величество остановился и с улыбкой вскинул брови:
— Что ты там говорил? Ну-ка повтори.
Сюань Цзи открыл было рот, намереваясь сообщить, что готов рассказывать о вредных привычках Его Величества хоть целый день, но стоило ему вдохнуть исходящий от Шэн Линъюаня аромат чая, как его разум опустел, словно вымытая тарелка. Он не смог вспомнить ни слова.
Мысли превратились в кашу, но в следующий же миг Сюань Цзи ойкнул и едва не подскочил.
Этот дьявол засунул свои холодные руки ему под одежду.
— Шэн Линъюань! — в ярости заорал Сюань Цзи.
Черный туман рассеялся, и Шэн Линъюань рассмеялся.
Сюань Цзи нахмурился и попытался перехватить его руки, но, опустив глаза, заметил лежавшую на столе рукопись. Его Величество восстанавливал «Книгу шаманов Дунчуаня».
Когда-то ученики господина Юэ-дэ уничтожили шаманский курган, и все хранившиеся в нем реликвии были утрачены. Все, что осталось от их культуры — лишь несколько фрагментов, спасенных Сюань Цзи... и воспоминания Шэн Линъюаня.
За последние месяцы Шэн Линъюань привык писать стилусом и гелевой ручкой, да и ошибок при наборе текста на клавиатуре становилось все меньше и меньше. Шэн Линъюань начал немного понимать пиньинь, современную пунктуацию и уже неплохо разбирался в ряде распространенных аббревиатур. В кабинете Сюань Цзи хранилась целая куча вульгарной беллетристики, и Его Величество перевернул ее всю, включая множество популярных зарубежных текстов.
Его усердие принесло свои плоды, но, похоже, дела все равно обстояли не слишком хорошо.
Когда Шэн Линъюань начал восстанавливать книгу шаманов, процесс пошел слишком медленно.
Сюань Цзи пробежался глазами по рукописи и обнаружил, что за день Его Величество продвинулся всего на несколько строк.
Чашка чая, что стояла на столе, была той же, что Сюань Цзи заварил утром перед выходом на работу. Птичье перо, украшавшее длинные волосы Шэн Линъюаня, не сдвинулось на ни цунь, а температура в кабинете была по меньшей мере на пять градусов ниже, чем в гостиной. Шэн Линъюань уединился здесь и целый день неподвижно сидел над книгой.
— У тебя снова болит голова? — спросил Сюань Цзи.
— Нет, — лениво и небрежно ответил Шэн Линъюань. После этого он поднялся, взял из стоявшего рядом холодильника бутылку диетической колы, и попытался сменить тему. — Почему ты так поздно?
— Вчера в канун Нового года удалось изловить более двадцати «полуночников». Никто не знал, что с ними делать, потому их всех отправили в штаб-квартиру, — взяв в руки уличные ботинки, Сюань Цзи «вышел» из кабинета, не касаясь ногами земли. — Клетку поставили в саду, но они так громко кричали, что у меня до сих пор шумит в ушах. Я предложил ребятам вложиться в строительство специализированного зоопарка, сдать туда всю эту экзотику, и таким образом зарабатывать...
С этими словами, он вернулся в кабинет, налил полбутылки диетической колы в стакан и отдал его Шэн Линъюаню.
Когда Его Величество впервые купил диетическую колу, Сюань Цзи решил, что у него закружилась голова и он попросту перепутал этикетки. Сюань Цзи потратил много времени на то, чтобы объяснить Шэн Линъюаню историю развития подсластителей.
Шэн Линъюань молча выслушал его и, наконец, спросил:
— Но тебе ведь нравится это пить?
— Не совсем. Мне просто все равно, — ответил Сюань Цзи.
После Сюань Цзи заметил, что каждый раз, когда они отправлялись в магазин, Шэн Линъюань подходил к холодильникам и доставал оттуда именно диетическую колу.
В личном словаре Его Величества не было слов «мне нравится» и «я люблю». Как-то раз он с любопытством изучал какое-то приложение и, когда на экране появилась страница рекомендаций с надписью «вам может понравиться», Сюань Цзи увидел, как Шэн Линъюань нахмурился. Его Величество посерьезнел, осведомился о принципе передачи данных и больше никогда не открывал это приложение.
Такой уж он человек. О его симпатиях и антипатиях можно было только догадываться. Например, если открыть бутылку диететической колы, он выпьет чашку, но, если открыть бутылку обычной кока-колы он, вероятнее всего, полушутя и заигрывая вернет ее обратно.
Понять все это можно было лишь молча наблюдая за тем, как Его Величество вел себя в обычной жизни, не требуя ответов и доказательств. Все равно спрашивать его было бесполезно, он бы ни за что не признался.
Цветистые речи были врожденной способностью «господина отрицание», казалось, он задохнется, если скажет хоть слово правды. Шэн Линъюань отлично умел водить людей за нос, каждый день он обманом заставлял своих жертв заискивать перед ним. К счастью, Сюань Цзи вырос подле него и знал всю подноготную Его Величества. Шэн Линъюань никогда в этом не признавался, но каждая крупная перепалка становилась для него тяжелым ударом, приносившим почти физический дискомфорт. Он заметно смягчался и просто молчал, если не хотел ничего говорить, или отделывался от расспросов коротким «нет». По крайней мере, дома он предпочитал не лгать.
Стоило Сюань Цзи услышать это «нет», и он сразу все понял, поспешно сменив тему. Однако весь оставшийся вечер Его Величество больше не возвращался в кабинет, а на следующий день его потащили гулять с собакой.
На улице стояли сильные холода, выл морозный северо-западный ветер. Кому понравится в такую погоду бродить туда-сюда? Шэн Линъюань не мог этого понять. Но Сюань Цзи сказал, что никогда раньше не выгуливал собак и не испытывал радости быть владельцем домашнего животного, характерной для большинства представителей мелкой городской буржуазии.
Шэн Линъюань не разделял его идеи о том, что, если ты в жизни чего-то не пробовал, надо обязательно попробовать. Люди ведь не стремились попробовать дерьмо… хотя, собачьего дерьма в этих прогулках было предостаточно.
К счастью, терпение Его Величества по отношению к Сюань Цзи было почти безграничным. Они вернулись домой лишь тогда, когда холодный ветер остудил перья Чжу-Цюэ, украшавшие его длинные волосы. Но не успели они переступить порог, как позвонили из Центрального диспетчерского пункта, и Сюань Цзи снова вызвали в Управление.
Сюань Цзи вложил поводок в руку Его Величества и пообещал:
— Когда вернусь, составлю тебе компанию и помогу с восстановлением «Книги шаманов Дунчуаня». Тебе не кажется, что мои красные рукава1 добавят шарма в любое занятие? Даже в реставрацию древних книг.
1 红袖添香 (hóng xiù tiān xiāng) — использовалось для описания красивых девушек, которые обычно сопровождали юношу на учебе.
— Твои «что»? — растерялся Шэн Линъюань.
Сюань Цзи закатал рукав, и на его предплечье вспыхнули и тут же исчезли огненные перья.
— Красные рукава. Видишь, я не вру?
А в детстве он устраивал истерики, когда его называли «малыш Хун».
— Уйди, бесстыдник. Ты, вроде, куда-то спешишь? — бросил Шэн Линъюань, не зная, смеяться ему или плакать.
— Дождись меня, ничего не трогай! Я помню, на чем ты остановился!
Но вместо ответа Шэн Линъюань внезапно о чем-то задумался и придержал Сюань Цзи: