Страница 41 из 53
«Не лезьте вы ко мне!», стиснув зубы я мотнула головой. «Не понимаю я ваших мысленных слов!».
Женщины меж тем удивленно переглянулись и вновь посмотрели на меня. На этот раз попыток поговорить со мной не было. Опять этот взгляд! Смотрят на меня как на чужую… Надвинув шляпу на глаза, я скорым шагом пошла дальше. Проводив меня недоуменными взглядами, женщины тоже отправились по своим делам.
«Чужая», глаза неприятно защипало.
Все то время что я жила здесь, постоянно чувствовала себя «белой вороной». Вся эта деревня словно замкнутый, закрытый мир, что существует в своем собственном вакууме. И мир этот я всем сердцем ненавижу.
«И ведь думала, что никогда сюда не вернусь…», держа правой рукой поля шляпы, я словно пыталась спрятаться в нее.
Пряча глаза от всех встречных, я старалась думать о чем угодно, лишь бы не слышать это эхо от их мысленных сигналов в своей голове. Буквально ощущая на себе недоуменные взгляды, я поспешно покинула оживленную часть поселения и буквально взбежала на небольшой холм, с вершины которого доносился веселый детский смех. И звук его казался каким-то неестественным в этом месте. Наверное, единственный звук, который вообще можно было здесь услышать. Поднявшись на вершину, усеянную каменными «колоннами» я увидела играющих детей и невольно улыбнулась. И тут в голову пришла внезапная и одновременно глупая мысль. Стараясь не привлекать внимание детей, я обошла ряд каменных «колонн». Они все еще были здесь. Нацарапанные детской рукой на неровной каменной поверхности каракули. Удивительно, что они все еще сохранились. Проведя рукой по каракулям и вспоминая одинокую девочку, что старательно их царапала, стараясь не обращать внимания на веселый смех играющих рядом детей, я печально улыбнулась. Еще раз провела рукой по старым каракулям, которые рисовала так давно, что казалось, что это случилось в прошлой жизни, и собиралась было уходить, но тут раздалась череда совершенно неожиданных звуков. И первым из них был звук падения и глухого удара о землю. Не слишком неожиданно и необычно если задуматься. Но вслед за ним послышались всхлипывания и тихий детский плач. А вот это услышать здесь было такой же редкостью, как и детский смех.
Свой собственный закрытый, изолированный мир…
Выскочив из-за камня, я увидела, что один из игравших на вершине холма мальчишек сидит на земле и, держась за ногу, со смесью удивления и испуга разглядывает разбитую в кровь коленку. Не раздумывая ни секунды я подбежала к нему и присев на колени и отложив посох в сторону подняла правую руку. Поймав на себе удивленные пытливые взгляды детей на мгновенье замешкалась.
- Молю тебя, дай ему силы подняться, - проговорила я, наконец. – Исцеление.
Коленку мальчишки окутало мягкое зеленоватое свечение и через мгновение от ссадины не осталось и следа. Дети с еще большим удивлением смотрели на меня. Но казалось, что больше всего их удивила не магия и чудесное исцеление, а звук моего голоса. Мальчишка осторожно встал. Пару раз топнул пострадавшей ногой и расплылся в довольной улыбке. Его товарищи тоже заулыбались. Чегой уж греха таить и я невольно улыбнулась. Но тут в голове моей раздалось эхо их мысленных посылов. Слов, которые я не могла понять. Всего лишь несколько мгновений и выражения лиц детей с довольных и счастливых сменились на недоуменные и непонимающие. Они смотрели на меня как на что-то непонятное, неизвестное.
Мир, который живет в своем собственном вакууме…
На холм взбежала женщина. Видимо мать одного из детей. Эхо непонятных слов с новой силой зазвучало у меня в голове. Развернувшись и подхватив с земли свой посох, я побежала. Мысленные сигналы женщины и детей еще долго летели мне вслед, а я все продолжала бежать. Ничего не изменилось. Все так же, как и тогда когда я ушла из дома.
Мир, который я ненавижу…
Я все бежала и бежала и только лишь когда совсем выбилась из сил, остановилась, чтобы перевести дух.
«И почему я всегда убегаю», хотела я пробормотать себе под нос, но мысли, поддавшись влиянию места, так и остались не озвученными. «Не стоило мне возвращаться», устало вздохнула я.
Стоило мне повестись на «поучительные» речи Нокопары. Хотя…
- Возможно, в чем-то он был и прав, - вздохнула я, поднимая глаза.
И с удивлением обнаруживая, что остановилась перед своим домом. Или вернее будет сказать бывшим домом.
Рудэус Грейрат.
Я сидел в комнате в гордом одиночестве. Руджерд отправился «подышать свежим воздухом». Эрис куда-то утащила Шалти. Ну, у девушек всяко свои темы для разговоров. Ну а Тревор на пару с Саймоном тоже куда-то свалили, обозначив цель своего похода, как «решение важных вопросов».
«Знаю я, какие там у Тревора вопросы», хмыкнул я, растянувшись на кровати и уставившись в потолок.
В тот момент, когда я спасал школьников из-под колес грузовика, я думал, что сделаю хоть что-то стоящее в своей никчемной жизни. Когда я обнаружил, что каким-то чудом со мной случилось нечто невероятное, настолько невероятное, что до того момента я о таком разве что мог прочитать в ранобэ, я думал что мне дали второй шанс. Порой мне даже приходила в голову совершенно идиотская мысль, что мне дали этот самый шанс за спасение тех самых школьников. Да, потом я понимал, что один подобный поступок не перечеркнет собой вся мою предыдущую никчемную жизнь, но… Все-таки хотелось верить, что хоть чем то я заслужил этот второй шанс. И тогда я думал, что проживу эту новую жизнь достойно. Начну все с самого начала, и все у меня будет просто замечательно. Но…
Я перевернулся на бок.
Неприятные мысли словно специально лезли в голову. Мысли о том, что я вообще ничего полезного не сделал. Мысли о том, что если бы я не познакомился с Тревором и Саймоном, то возможно все было бы по-другому. Да, пусть если бы я не подружился с Тревором, то возможно и не познакомился с Сильфи. Но уж с Эрис бы точно сложилось.
Я перевернулся на другой бок.
Но тут уже появился Саймон. Такой сильный и хороший. Я видел, как на него смотрит Эрис и все прекрасно понимал. На какой-то преступный миг я даже подумал, что лучше бы этих двоих и вовсе не было. Но только лишь на миг. Все-таки Тревор и Саймон были моими первыми настоящими друзьями. Они были тем самым, чего я был лишен в прошлой жизни.
«Если бы…», я перевернулся на спину.
Если бы мы были знакомы еще тогда… В предыдущей моей жизни, то может быть все было бы иначе? Возможно. А возможно они и не захотели бы знаться с жирным неудачником вроде меня.
Я рывком сел.
Тряхнул головой, гоня прочь неприятные воспоминания. Но они и не думали уходить. Не я виноват в том, что стал тем, кем я был в прошлой жизни. Это несправедливое общество во всем виновато. Точно. В чем моя вина? В том, что у меня немного обострено чувство справедливости? Нет…
Я снова растянулся на кровати.
Кого я пытаюсь обмануть. Я прекрасно понимал, что во всем, что со мной творилось когда-то давно, была лишь моя вина. И даже теперь это мое «обостренное чувство справедливости» мне только мешает. Если так подумать, то я вообще не сделал ничего полезного. Только и делаю, что мешаю Тревору и осуждаю его. А если бы не он, то я ни за что в жизни не добрался бы да Виндпорта. Хотя… Возможно и добрался бы, но путь мой был бы явно гораздо сложнее. И дольше.
Дверь с грохотом распахнулась, да так неожиданно, что я аж подпрыгнул на кровати.
- Рудэус! – в комнату заглянул Тревор. – Пошли. Есть важный разговор!
Я вскочил с кровати. Пусть я и никчемный и бесполезный, я ударил себя ладонями по щекам…
- Иду! – усмехнулся я и Тревор кивнул в ответ.
…но пора перестать бегать.
2
Рокси Мигурдия.
Пора перестать бегать. Сделав глубокий вдох и, шумно выдохнув, я перешагнула порог своего старого дома. На мгновенье я замерла на пороге окидывая взглядом место в котором прошло мое не самое счастливое детство. Внутри равно как и снаружи дом остался все таким же каким я его запомнила. Посреди просторного «главного зала» у очага сидели родители. Мама складывала в кострище заготовленные заранее дрова, а отец сидел рядом. Казалось, что и они не изменились за все эти годы. Что неудивительно ведь мы мигурды стареем очень медленно. Постояв еще мгновенье, набираясь храбрости, я еще раз вздохнула и…