Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 50

– Все равно неудобно! – Даша с упреком взглянула на мать, ну что же это в самом деле: взрослая женщина, а ведет себя, как маленькая!

– Да откройте вы, я же тут кровью истекаю! – вдруг услышали они мужской голос из-за двери.

Мария не знала, как лучше поступить. Она догадалась, что это ее жертва, но не была уверена: этот мужчина за нею охотился или нет? Дочь же рвалась к двери.

– Да подожди ты, Даша! – Мария отстранила ее и посмотрела в глазок. Ничего не увидела. Видимо, мужчина сполз на пол. Что же это такое? Он теперь собрался умирать у нее под дверью?! Наконец Мария решилась. Она тихонько приоткрыла дверь и выглянула в подъезд.

На полу в подъезде, прислонившись спиной к стене, сидел лже-Виталик, преследователь из леса. Вид у него был довольно жалкий. Заляпанный кровью плащ. Вспотевшее бледное лицо. Всклокоченные волосы. Обеими руками он держался за живот, на пальцах была кровь. Мария заметила, что вся лестница испачкана кровью. Даша выглянула из-за плеча матери и смотрела на все с ужасом.

– Ну ты и сука! Ну разве так можно? – простонал мужчина, но смотрел на Марию не зло, скорее, просил о помощи, упрекал, но просил.

– Вы? – Мария была потрясена явлением этого человека, да еще в таком виде.

В подъезд вышла Даша, она уже успела накинуть на себя плащ матери, который был ей велик.

– Дядя Саша? Что с вами? – тихо спросила она дрожащим голосом.

– Да мамочка твоя всего лишь из пистолетика в меня пальнула! Хорошо хоть пули резиновые! И зачем только его ей продали?

– Из пистолетика? – Даша присвистнула. – Мама, откуда у тебя пистолет? Ты с ума сошла? Нет, ты совсем с ума сошла!

Мария не обратила внимания на слова дочери. Взяла из прихожей пластмассовую табуретку и поставила ее рядом с лже-Виталиком, или дядей Сашей – черт знает, как зовут этого человека на самом деле. Все это она проделала автоматически. Она не понимала, что же все-таки произошло…

– Садитесь, – тяжело вздохнула она.

Дядя Саша тяжело встал, не отрывая взгляда от Марии. Он с трудом сел на табуретку и ждал, что последует дальше. Мария выглядела очень серьезной.

– Опустите руку, – холодно приказала она тоном, не принимающим возражения.

Мужчина подчинился ей, он отнял руку от раны.

– О господи! – воскликнула Мария и сразу же убежала в квартиру.

Быстро вернулась с медикаментами и начала обрабатывать рану. Делала она это умело, ловко, стараясь причинить как можно меньше боли, но мужчина едва сдерживался, чтоб не взвыть…





– Отвали! – все-таки вскрикнул он, попытавшись оттолкнуть Марию, но сил ему не хватило.

– Сидеть! Я врач! – Мария снова вернулась к приказному тону.

– О боже, больно-то как… Убийцы в белых халатах… Тебе же сказали – с близкого расстояния не стрелять! А если бы в голову?

– Стоп! А это вы откуда знаете? – Марию внезапно осенило.

– Что я знаю?

– Откуда вы знаете, что говорил мне продавец в оружейном магазине? – подозрительно оглядев его, спросила Мария.

Что-то начинало проясняться… Однако мужчина, который представился в лесу автослесарем Виталиком и, как выяснила позже Мария, нагло соврал ей по неизвестным причинам, опроверг ее подозрения.

– Откуда-откуда! Я владелец этого магазина! – торжествующе сказал он и, чтобы не застонать от боли, крепко стиснул зубы.

Мария посмотрела на него сочувствующе, но никаких угрызений совести у нее не возникло. Этот человек хотел напугать ее в темной роще… И все-таки она подозревала его.

– Так, мне здесь неудобно обрабатывать рану, – нахмурившись, сказала Мария.

Она помогла мужчине подняться. Дядя Саша оперся на ее плечо, и они потихоньку вошли в квартиру. Даша закрыла за странной парочкой дверь. Девочка все время молчала. Она поняла, что мать ее стреляла в человека, которому, видимо, нравилась. Какая-то мелодрама разворачивалась на ее глазах – это уловила бы любая девочка ее возраста… «Ага, – думала она, – мелодрама с элементами триллера. С мамой в последнее время не приходится скучать».

Несмотря на то что Мария мало рассказывала Даше о своих страшных приключениях, оберегая дочь, та начинала что-то понимать. И теперь уже иначе смотрела на Марию. Но ей хотелось бы знать больше. Гораздо больше. И это было не просто детское любопытство. В их с мамой жизни все давно было таким определенным и ясным, что трудно представить себе перемены. Сейчас мать ее находилась в постоянном напряжении, она чего-то боялась. Даша не знала, не могла знать, насколько обоснованны страхи Марии, но, припомнив рассказ матери об упавшей к ее ногам связке кирпичей и черную перчатку, она решила, что все же происходит неладное. И тут еще дядя Саша… Он ей так понравился вечером. Они пили чай на кухне, и он рассказывал Даше о ее маме, какая она честная, смелая и замечательная, говорил еще, что Даша такая же красавица, как Мария… Такой милый, славный… За что мама стреляла в него? И вообще… зачем ей пистолет? Она заметила и то, что мать вчера пришла домой в брюках, широких, по мнению Даши, очень уродовавших Марию. Но сразу не спросила о покупке, а теперь уже и не спросишь. Потом еще этот поход в парк… Теперь было очевидно, что мама просто хотела научиться стрелять.

Мария тем временем провела дядю Сашу в комнату. Даша решила не ходить за ними – их дела, пусть разбираются. Пошла на кухню мыть кружки и тарелки, которые оставила в раковине с вечера. Все равно ей уже никак не удастся заснуть, пока в доме творится что-то странное. «О боже! Фантасмагория какая-то! И ты впустила его в дом?» – вспомнила она слова матери. Да уж, фантасмагория! Как будто они стали с мамой героинями фильма. Привычная жизнь оборвалась и для Даши. Она решила дождаться, чем все закончится. Села за стол, полистала глянцевые журналы, которые зачем-то покупала Мария и никогда не читала. Даша рассматривала только рекламные развороты: ее интересовала косметика. Потихоньку, скрываясь от Марии, Даша подкрашивала ресницы. Сегодня дядя Саша сказал, что она будет чертовски привлекательной девушкой. Даша улыбнулась, вспомнив его слова. Потом положила голову на стол. Мечты мелькали одна за другой, словно кинокадры: вот она становится известной актрисой и дает интервью, вот ее снимают для рекламы косметической серии… Через пятнадцать минут Даша задремала.

Подстреленного Марией мужчину звали Александром Соколовым. Если приглядеться, он был достаточно привлекателен. Не смазлив, не красавчик, но лицо интересное, мужественное. Только сейчас он был очень бледен, щеки осунулись. Марии, правда, с самого начала он не понравился. Однако если учитывать обстоятельства, при которых им довелось познакомиться, ничего сверхъестественного в этом не было. К тому же она приняла его за автослесаря Виталия, немного на Соколова похожего, а Соколов подыграл ей. Он всегда любил розыгрыши. Мария ему понравилась, но тоже не с первого взгляда. В этой женщине было что-то беззащитное, она казалась такой маленькой, хрупкой и очень испуганной.

Вчера днем Соколов увидел Марию в своем магазине. Женщина покупала четырехствольный газовый пистолет. Что-то в ней изменилось с момента их первой встречи. Она стала жестче. Взгляд более решительный. Походка – раскованная. Но все-таки где-то притаился страх, и он обнаруживал себя в некоторых жестах и взглядах Марии.

Что могло случиться с простым детским врачом? Зачем ей потребовалось оружие? Соколов по личному опыту знал, что такие женщины могут резко меняться. За их внешней робостью скрывается сила. Он вспомнил, как она второй раз предложила ему деньги. Что-то было в этом нетипичное. Никаких бабских соплей, никаких базарных разборок.

Он решил разыскать Марию во что бы то ни стало. Визитка лежала в бардачке. Соколов быстро нашел дом Марии, приехал сюда еще утром, но никого не было. Потом вернулся, и ему открыла девочка – дочь этой женщины. С ней он быстро нашел общий язык. А когда стемнело, решил встретить Марию в роще возле дома… И вот что из этого вышло… Теперь он сидел у нее в комнате, на маленьком диване и истекал кровью. Она оказывала ему помощь. Все, что происходило вокруг него, было словно отгорожено пеленой тумана: звуки казались приглушенными, словно в ушах была вата, очертания всех окружающих предметов расплывались перед глазами.