Страница 18 из 137
Глава 6
Я, хмурый, сидел перед небольшим, больше чадящим и воняющим горелым пластиком, чем греющим, костерком, вглядывался в трепещущее пламя и пытался осмыслить то положение, в котором оказался. Рунная схема неизвестного автора сработала, да еще как, зашвырнув меня из чистого и уютного, по крайней мере на территории Академии, мира Реола в этот, этот… отстойник. Да, отстойник, точнее определения, пожалуй, и не подберешь, человеческий отстойник, где вся муть, грязь и дерьмо оказываются в самом низу, а то, что почище и поудачливее, вверху. Тут даже известная поговорка про то, «что не тонет», не действует, тонет, еще как тонет. Ну и, конечно же, из портала я вывалился далеко не в самом приятном месте, пожалуй, даже в самом неприятном. Произошло это, по моим ощущениям, дней шесть-семь назад, точнее не скажу, солнца тут не видать, небо постоянно скрыто темными свинцовыми тучами смога, а если, не дай бог, пойдет дождь, что разок было уже при мне, все обитатели местных трущоб разбегаются и стараются спрятаться как можно лучше. Дождь здесь не благодать, несущая свежесть и чистоту, а наказание, обрушивающееся на голову потоками кислоты. За все те дни, что я нахожусь в этом мире, я не видел ни одного дерева, куста или хотя бы травинки, нет ни зверей, ни птиц, ни насекомых. Люди очень целенаправленно и старательно убили свою планету.
Да, растений и животных тут нет, а вот злобы, ненависти, презрения и жестокости к тому, кто слабее тебя, кто не может дать отпор, этого тут прям за глаза. Пару раз я уже стал невольным свидетелем, как шайки местных шакалов забивают случайных прохожих насмерть просто так, потому что им просто скучно. Полиция, или что тут вместо нее, в этом районе города вообще не показывается. Я только один раз видел, как над избивающей какого-то мужика шайкой появился полуметровый шар и начал что-то вещать. Не прошло и пяти минут, как парящую фиговину ссадили на грешную землю, разбили, разломали и разобрали на запчасти. Примечательно, что и избиваемый принимал в этом самое непосредственное участие. Город… н-да… город, ну что я могу сказать… да, в принципе-то, и ничего. Ну, есть он где-то там, потому как в постоянных сумерках что-то с одной стороны раскинувшихся вокруг меня трущоб сияет, время от времени над головой проносятся какие-то стремительные силуэты. Так что, да, город вроде как есть, но где-то там. Дойти до него… можно, конечно, если под руками есть хотя бы танковая рота, а так… только пробираться, ежесекундно рискуя стать жертвой каких-нибудь отморозков. А в моем положении так вообще дохлый номер — местного языка не знаю, одет… тоже, «не по сезону» и выгляжу как белая ворона. Даже воды и пищи почти нет. Я и жив-то еще пока только благодаря амулетам Мрака, они меня и от дождика уберегли, и позволяют спокойно дышать, а разок и реально от смерти спасли, когда какая-то банда мелких отморозков попыталась забросать меня камнями, одно удачное попадание и я бы уже остыл. Пришлось мне тогда брать ноги в руки и ретироваться подобру-поздорову, ввязываться с ними в разборки, это подписать себе смертный приговор — забьют, запинают и загрызут.
В общем… безнадега полная, лучше бы я с профессором остался… Непривычный и совершенно чужой здесь звук, звук работающего двигателя, заставил меня отвлечься от своих невеселых мыслей. Прокравшись к оконному проему, я выглянул наружу, пытаясь сообразить, что происходит. Метрах в ста от меня, возле пустой коробки соседнего дома, остановилась небольшая машинешка, чем-то похожая на старый добрый ИЖ-Шиньон. Когда-то автомобиль щеголял веселенькой раскраской, сейчас же представлял собой проржавевшее почти насквозь металлическое корыто, не понятно как и за счет чего еще не развалившееся. Из машины выбрались двое, один плюгавенький, тощий и весь какой-то зачуханный, второй оказался полной его противоположностью, высокий, где-то на полголовы выше меня, а у меня рост почти метр девяносто, здоровый. Здоровый что-то выговаривал чухонцу, при этом несколько раз продемонстрировал здоровущий кулак, а в конце нотации изобразил международный жест — проведя большим пальцем по шее. Жаль, что под масками я не видел выражения их лиц. Затем здоровый открыл задние двери фургончика и вытащил из него длинный баул, который тут же взвалил на плечи задохлика. Мне даже показалось, что у того ноги прямо сейчас подломятся, но нет, устоял, и даже кое-как, сгибаясь и пригибаясь с каждым шагом все ниже, мужичек поплелся в заброшенный и уже полуразвалившийся дом. Здоровяк что-то еще прокричал ему напоследок и, взгромоздившись на водительское сиденье, упылил.
Минут сорок я просидел как на иголках, не знаю, может быть, мне показалось, но, по-моему, «баул» как-то странно дергался.
— Блин, «кавказская пленница» какая-то получается! — в конце концов не выдержал я. — Бармамбия киргуду, блин!
Если я прав, и действительно стал свидетелем похищения человека, то… это мой шанс. Никто не станет заморачиваться с похищением местных, я имею в виду трущобных жителей, а значит, похищенный — городской, а это совсем иной уровень и статус, да и из городских абы кого похищать не будут. Зачуханный сейчас один, и я почему-то абсолютно уверен, что легко с ним справлюсь, а значит, тянуть резину не стоит, кто его знает, надолго ли свалил здоровяк.
Расстояние между домами я преодолел на одном дыхании, про себя отметив, что когда-то тут, судя по-всему, был неплохой район, не фешенебельный, конечно, но и не массовая застройка, скорее всего, что-то вроде земных коттеджных поселков. Притаившись у выбитого окна, прислушался.
Так, судя по всему в комнате никого, а вот в соседней двое разговаривают. Блин, самый неудачный вариант — один из собеседников явно женщина, и чего от нее можно ожидать, никто не представляет, а вот второй точно хмыреныш, которого я уже видел, голосок писклявый, воображение само рисует образ чего-то такого крысоподобного. Женщина, хоть и напугана, но старается держаться, что-то говорит и, если судить по интонациям, говорит зло, может быть, даже угрожает, да и паники в голосе не чувствуется, а хмырь только посмеивается, отвечает уверено, чувствует за собой силу, сука. Эх, еще бы понимать, о чем они там треплются, а то влезу куда не просят, так вместо «спасибо» нож под ребро получу. В какой-то момент поймал себя на том, что просто тяну время, не решаясь начать действовать. Да, одно дело с батей и дядькой играть в игры, зная, что все будет хорошо, а совсем другое дело влезть уже в игры взрослых дядечек, не делающих тебе скидок, выйти из которых можно и вперед ногами.
А обстановка в соседней комнате, между тем, явно начала накаляться, тон и интонации разговора сменились, из комнаты повеяло нешуточной угрозой и страхом. Одним рывком я перекинул тело через низкий подоконник и тут же понял, что совершил ошибку — мусор, осколки стекол, куски битого кирпича и еще бог знает что, затрещали и зазвенели под моими ногами. Это оказалось моей первой ошибкой, разговор в соседней комнате тут же смолк, а я совершил вторую ошибку — неправильно оценил ситуацию и посчитав, что о моем появлении еще не известно всем заинтересованным сторонам, не задерживаясь и не раздумывая, тут же рванул в соседнюю комнату, наивно надеясь застать крысомордого врасплох. Конечно, ведь заслышав непонятные звуки он должен был со словами «эй, есть тут кто?» попереться в темноту, ну или, если уж «очень умный», просто замереть на месте и постоянно спрашивать «кто тут?». В общем, влетев в комнату, я тут же нарвался на нож, и только хорошая реакция и в очередной раз сработавший защитный амулет позволили мне уцелеть… почти. Скользнувший по защитному полю, генерируемому амулетом, нож сверкнул перед моими глазами, а в следующее мгновение левый бог обожгла резкая боль. Непередаваемая вонь, ударившая по обонянию, на несколько мгновений выбила меня из реальности, зато она же сообщила мне, что действие защиты исчерпано и выживать дальше будет еще сложнее. Плюгавый, окрыленный первым успехом, ринулся в новую атаку, размахивая немаленьким таким тесаком словно ветряная мельница — так же предсказуемо, всего три движения, слева направо, на уровне моих глаз, затем справа налево, от плеча к бедру, и, как завершающий, колющий удар в грудь. А вот это он зря, связка эта у него не отработанная, да и резкая смена направления удара заставляет его на несколько мгновений остановиться. Секунд пятнадцать мне потребовалось, чтобы окончательно убедиться, что ничего более опасного в арсенале плюгавого нет, а дальше все произошло как на тренировке. Пропускаю мимо себя размашистые режущие удары, подшаг вперед и влево, фиксирую вооруженную кисть правой рукой, чуть подбиваю локоть левой, слегка приседаю с полуразворотом и резко выпрямляюсь. Локтевой сустав хмыря оказывается лежащим на моем плече и с мерзким звуком ломается. Дикий крик почти оглушает меня и тело крысомордого размякает, а потом заваливается на землю, нож со стуком выпадает из его руки. Морщась от боли в нестрашной, но неприятной ране, поднимаю нож и направляюсь к лежащей в углу связаной женщине.