Страница 33 из 96
Но основным следствием той войны, собственно, и стало образование большой Конфедерации человеческих территорий. И сам факт того, что эти хнииды еще были где-то там, не давал этому образованию распасться, не смотря на разногласия.
Война закончилась все же достаточно давно, внеся свои коррективы в человеческое общество, но, к моей радости, не абсолютно. Правда, с моей точки зрения на территориях Вигграно, тоже были не совсем привычные для меня семьи.
В смысле растили спецов под опекой формально родителей до двенадцати лет, но далеко не всегда для производства детей брали генетическую информацию у этих самых родителей, чтобы получить на выходе именно их детей.
Точнее био-материал у родителей брали весьма редко, и стоило это дорого, так как в этом случае в клинике производили, по сути, штучный экземпляр, и расходы на содержание и обучение даже до двенадцати лет родителям приходилось нести самостоятельно.
А так обычно производили запланированное количество детей с требуемой специализацией в центрах воспроизводства, и отдавали на воспитание тем семьям, кто заранее подавал заявку. А если учесть принятые в обществе нормы, и массовую профессию женщин, проблем с этим не было. Для этих женщин воспитание детей и было основной работой, за которую им и платили зарплату.
При этом производство происходило за счет корпорации, а семьи еще и материально стимулировались. Помимо зарплаты, до тех же двенадцати лет корпорациями полностью компенсировались основные затраты на каждого ребенка.
После двенадцати и до выхода на работу, будущие спецы обучались своей узкой специализации централизовано тоже за счет корпорации, но уже, как и в первом случае наращивали свой личный корпоративный долг, который потом выплачивали существенную часть жизни. А воспитатели-мамы получали новых детей.
При этом особенностью Вигграно было, что женщины действительно в основном занимались воспитанием. Это, видимо, был отголосок перетекшей в такую странную форму какой-то древней культурной особенности, традиции именно этих территорий. Но в последнее время от этого постепенно стали уходить и здесь. Так что я действительно показалась не слишком уникальным случаем.
В остальных корпорациях, где формальные семьи тоже сохранились хотя бы в такой форме, женщины имели множество других разных специализаций, а поддержка и коррекция обучения и поведения будущих спецов осуществлялась в заведениях типа яслей, детского сада и школ. То есть профессии матери и отца не были основными, а поддерживающими и социализирующими потомство, и тоже материально вознаграждались.
Так что получалось, что рождение или производство собственных родных по крови детей действительно было здесь привилегией только самых успешных. Тех, кому удалось взобраться высоко по иерархической лестнице, и позволять себе то, что недоступно другим. Но что удивительно, их детям все равно приходилось начинать этот путь заново с самого низа.
Остальным вообще оставалось довольствоваться обещанием, что если ты будешь эффективным и прилежным, то твою сборку обязательно повторят в будущем как наиболее удачную, может даже несколько раз до того, как она станет неактуальной.
От невеселых мыслей меня отвлек окрик женщины-куратора. Она уже некоторое время повторяла мое новое имя, но я не реагировала, пока она не подошла ко мне почти вплотную. Только тут я всполошилась, закрыла страницы с текстом, которые читала и, извинившись, встала из-за стола.
Да уж, тяжко это, откликаться на чужое имя! Точнее слышать и реагировать, когда зовут им именно тебя.
Женщина, явно недовольная, что ее игнорировали, глядя на мой покаянный вид немного смягчилась и пригласила пройти в соседнюю комнату. Там меня ждал Глен. Он же предложил мне сесть за стол напротив.
— Ну что ж, вот и добрались до финала, — начал он с улыбкой, — хотя работы еще очень много. Но мы решили начать с самого приятного и быстрого.
Я решила промолчать, явно ожидая, что мне сейчас придется оправдываться за результаты теста. И в принципе почти не ошиблась, правда оправдание придумали за меня.
— Я понимаю, что вы многое пережили, плюс усталость от дороги, потому такие достаточно заурядные результаты в принципе объяснимы, — протянул он.
Я вот порадовалась слову «заурядные», вместо слов «посредственные» или «ужасные». Глен вздохнул.
— В принципе результат допустим, чтобы вы приступили к своим обязанностям в качестве начинающего специалиста в блоке управления материальными ресурсами. Ибо даже если вы написали бы тест блестяще, по правилам корпорации мы все равно принимаем новый персонал только на стартовые позиции. Испытательный срок так же обязателен для всех.
Я натянуто улыбнулась. Честно, не ожидала. Не скажу, что я всю жизнь об этом мечтала, но, наверное, в текущей ситуации это было гораздо лучше, чем альтернатива с выгодным предложением от Юргена и Маркуса.
Глен вздохнул и добавил.
— Но я бы рекомендовал вам пройти курсы для повторения и повышения квалификации, для устранения несоответствий в стандартах. А потом, когда успокоитесь и освоитесь, провести повторное тестирование где-то через пару месяцев. Это будет значительным плюсом, если будет рассматриваться вопрос о повышении.
— Не возражаю, — поспешно согласилась я.
Ну а что, где-то мне незнакомые термины все равно придется изучать. Ну, если я тут все же задержусь.
Глен удовлетворенно кивнул.
8-3
Дальше были формальности с документами, с которыми мне предлагали согласиться и формально удостоверить, а уже ознакомиться потом.
Мне такой подход очень не понравился, но формата оспаривания не подразумевалось. Ведь я уже согласилась во время полета принять новые правила и директивы, чтобы стать полноценным сотрудником Ашуас, добросовестно исполняя свои обязанности, когда отвечала на те странные вопросы под детектором лжи. О чем мне, кстати, напомнили, когда я начала свои сомнения озвучивать.
По тому, что я краем глаза заметила, успев пробежаться наискосок перед подтверждением, я поняла, что соглашаюсь с правилами, законами и директивами корпорации, новой должностью, условиями труда и вознаграждения, а также выплатой корпоративного долга, который сформирован из тех затрат, которые корпорация за меня уже понесла или понесет в будущем. Должность у меня была указана как «Контролер прямых затрат по проекту Сигалия-8-5-326».
Еще мне выдали-таки браслет с идентификатором, точнее здесь он назывался база-браслет. Я ожидала чего-то похожего на электронные часы, но он походил именно на декоративную безделушку, с плоским прозрачным камнем посередине.
Глен, кстати очень озадаченно смотрел на мои земные электронные часы, когда я их снимала и водружала на их место только что выданное устройство. Судя по лицу рекрутера, ему очень хотелось спросить, что это за модель такая странная, но видимо плотный график не оставлял времени на любопытство.
Вообще, мою личность и номер идентификатора теперь можно было установить с помощью специального считывателя, которым меня уже снимал на корабле Глен. То есть подтверждение могло быть произведено по лицу или ладоням даже без браслета по так называемым параметрическим данным.
Именно таким образом я сейчас соглашалась со всем, что от меня требовали. И эти данные включали в себя не только внешний образ, а объемную модель от черепа и костей до полного рисунка мягких тканей и оболочки.
Но в обычной жизни такие глубокие сканеры повсеместно не использовались, хотя лица умели опознавать и более простые камеры. Обычно, удостоверение личности подтверждали эти браслеты, которые тоже были привязаны напрямую к профилю.
Заменяли эти браслеты не только паспорт, но и платежный инструмент, ключ авторизации, устройства связи и бог знает еще чего. Часы там, кстати, тоже были. Можно было бы назвать его аналогом нашего смартфона, но я не была уверена, что это корректное сравнение.
Я так поняла, мне с этим девайсом еще разбираться предстоит. Единственное, меня заверили, что модель качественная, и работать он будет только в моих руках, причем живых. Последнее замечание вот очень сильно вдохновило!