Страница 94 из 99
Я сглатываю кислоту в горле.
«Хорошо… ещё… немного. Тяни время, Флорина».
— И когда ты решил предать меня и нашу дружбу? — с горечью в голосе спрашиваю его.
— Наима подсказала, как это сделать. Я же легко могу прочитать сознание тех, кто мне открывается. Стоит только убедить женщину в том, что она любима, и она тает. Это случилось и с тобой. Только ты намного крепче Наимы. Она не насиловала меня. Мы просто развлекались, потому что именно в Вегасе я примкнул к ней и Соломону. Они же были такими глупыми. А я знал многое. Рома никогда не говорил мне, где прятал тело Русо. Они постоянно его перемещали. То Рома за ним приглядывал, то Радимил. Они тоже использовали меня. Мне сказали, что Русо убил мою семью, и я разозлился. Но Русо-то хотел просто спасти нас, наш клан, наш род, нашу семью от грязи, которую распространили там вампиры. Да и нас было уже слишком много. Я не знал всей правды. Не знал, что Русо мой отец. Думал, что Рома. И когда Наима выдала тайну о том, что знает, где Русо. То я почему-то загорелся идеей оживить его. Я никогда не был рад твоему выбору, Флорина. Мне не нравится Томас. Он лишний в нашей семье. Он всегда был рабом, а ты сделала его чёртовым королём. Ты такая дура, — Стан впивается в мой бок ногтями, но я даже не дёргаюсь. Хотя кровь сразу же окрашивает мою светлую футболку в красный цвет.
— Я заключил соглашение с Наимой. Наш план был прост, играть дальше, набрать больше крови Томаса и оживить Русо, чтобы он убил Томаса. Только Русо может убить Томаса. Посмотри, как Томас доверяет снова Русо. Он всегда его любил, — Стан поворачивает мою голову туда, где стоит отец. Томас сидит рядом с его ногами, как зомби. Клянусь, что это выглядит так правдоподобно, что даже жутко становится. Но Томас разговаривал со мной. И он просто подчиняется, пока не наступит то самое время. Отец гладит Томаса по волосам, словно собачку.
— Видишь? Всё получилось. Было легко убедить Томаса в том, что я на твоей стороне, и для меня нет ничего важнее тебя и твоего будущего. Я взял у него кровь, убил всех, кто за мной следил, и направился именно к Русо. Я начал оживлять его полноценно. Я уже вывел его из спячки, когда якобы пропал. Нет, я не пропал, а просто был занят, Флорина. Занят воскрешением своего отца. Радимил узнал, что тело Русо пропало, и тогда сразу же примкнул к Томасу, зная, что его убьют, если Русо очнётся. Он тянул время, Рома тоже уже всё знал. Он почувствовал его. И так день за днём, день за днём, я помогал роду Монтеану воскреснуть. Затем я отвёз семью Сава в Америку, предупредив там всех, что мы проигрываем, и нужно спрятаться. Они спрятались, а я вернулся с последними, кого нужно было убить, чтобы больше никто не мог рассказать то, что никто не должен знать. Всё было планом, Флорина. Ты не виновата в том, что всегда была и будешь пешкой исключительно в мужских руках. Просто радуйся этому, — Стан проводит ногтем по моему лицу, и я дёргаю головой в сторону.
«Томас, что делать дальше?»
Он не отвечает. Я перевожу взгляд на Томаса, продолжающего смотреть вперёд. По его щеке стекает кровавая слеза.
«Томас, очнись! Томас!»
— Он вряд ли на тебя отреагирует. В Русо слишком много крови Томаса, поэтому он легко управляет им. Надо было просто пробить защиту, которую он научился ставить. А знаешь, как проще её пробить? — Стан усмехается и указывает на мой лоб. — Ага, тобой. Томас же влюбился в тебя.
— Монтеану всегда были привлекательными. Мы притягиваем к себе слабых, — улыбается отец.
— И что дальше? Что вы собираетесь делать дальше? Убить Томаса и меня? — спрашиваю я.
— Ваша кровь слишком ценная, чтобы так глупо избавиться от вас. Мы опустошим вас, а затем вы вернётесь сюда, чтобы красиво покинуть этот мир. Зато как романтично всё будет. Умрёте плечом к плечу, рука к руке. Это мило. Ты не находишь это милым, пап? — Стан пробегается когтями по моей руке, оставляя после себя царапины.
— Это мерзко. Вы оба мерзкие. И это было очевидно. Но я не понимаю одного, в чём смысл нагнетать такую дымку интриги, если, в принципе, ваши желания слишком прозрачны? — улыбнувшись, я смотрю на отца. — И если ты думаешь, что он слушается тебя, то сильно ошибаешься. Это не тот Томас, которого ты знал. Это не тот Стан, которого ты знал. Я не та Флорина, которую ты знал, папочка. Мы все изменились. Мы все стали сильнее.
— Думаешь? А, давай, проверим. Томас, — отец смеётся, когда Томас вскидывает голову. — Иди и поцелуй своего папочку, а затем улучши моё настроение.
Томас моментально поднимается на ноги и обхватывает лицо отца ладонями. А Русо смотрит на меня, смеясь над моими чувствами. Томас впивается в его губы жадным поцелуем. В моей руке в этот момент оказывается нож. Я поворачиваю голову к Стану, и тот подмигивает мне. Он вложил в мою руку чёртов нож! Да задолбали уже эти актёры! Я же им постоянно верю!
«Сейчас».
— Томас… хватит, — Русо пытается оттолкнуть Томаса, но тот впивается клыками в его рот, держа крепче.
В эту же секунду раздаётся топот ног, и сюда приближается армия отца. Они орут, как придурки, когда я срываюсь с места и несусь к Томасу. Отец отшвыривает его в сторону, а его губы прокусаны. Я прыгаю на его спину и вгрызаюсь ему в горло.
— В атаку! — орёт отец, царапая мою голову когтями. Я пью его кровь, а другой рукой наношу удар ножом по другой стороне горла. Я замечаю Стана, он отражает удар за ударом. Томас зовёт Сава и оборачивается, отпрыгивая от меча.
Охаю и отрываюсь от горла отца, когда моя грудь возгорается. И я не шучу.
— Да какого хрена? — воплю я, падая на землю. Огонь моментально переходит на мою футболку, а я катаюсь по земле, чтобы потушить его.
— Что за идиотизм, а? Сейчас двадцать первый век, Русо! Огненные стрелы, серьёзно? — возмущаясь, ору я, выдёргивая из своей груди чёртову стрелу.
— Решил, что это будет весело, — смеётся он и нападает на меня.
Мы заваливаемся на землю, и он кусает меня в плечо. Его зубы, отравляют мою кровь, как и когти. Это умения Томаса. Вот как отцу удавалось причинять мне такую боль. Вот, в чём было дело.
Я ору от боли и бью отца ногой в живот. Он откатывается, но сразу же подскакивает на ноги, как и я. Боже мой, он разодрал мне плечо. Вот придурок. Слева на него нападает Стан, но он успевает перехватить его за горло.
— Думаешь, ты обманул меня? Нет. Ты просто жалкий, и я разочарован в тебе. И ты умрёшь, — отец сжимает когти, разрезая, словно ножом, горло Стана. Кровь брызжет.
— Стан! — кричу я, хватая его, и уношу в сторону. Я избегаю тех, кто нападает на нас, пока Стан захлёбывается собственной кровью. Нас толкают, и меч пронзает мой бок. Рыча, хватаю меч и отрубаю голову. Несусь дальше и кладу Стана на землю.
— Всё хорошо. Сейчас. Всё хорошо, — говорю я, разрезая свою руку. Стан мотает головой.
— Нет… это ослабит тебя. Я буду в порядке. Я буду… во мне его кровь… иди. Он собирается убить Томаса в любом случае. Иди, — Стан отталкивает меня от себя. — Я буду в порядке… обещаю.
Меня успокаивает то, что Стан был в видении Томаса, а вот самого Томаса там нет. Я разворачиваюсь и бегу обратно. Чудовищная борьба, между семьёй Сава и большим количеством вампиров. Они словно всё пребывают и пребывают. Огненные стрелы так и норовят ранить кого-нибудь. Хватаю меч и вступаю в бой. Я знаю вампиров, которые нападают на нас. Знаю, кому отрубаю голову. Я знаю их, потому что новички уже повержены, а вот остальные это члены клана, оставшиеся и спрятавшиеся здесь. Они не пришли, чтобы помочь нам. Они спрятались. Зато пришли, чтобы убить нас и помочь Русо.
Злость и ярость вскипают во мне. Я несусь, сломя голову и размахивая мечом. В меня попадает стрела, но мне плевать. Я вырываю из себя стрелу, затем ещё одну и отрубаю голову стрелявшему.
— Сав! — кричит Майди.
Я оборачиваюсь и вижу, как Сава зажали трое. Я бегу туда, по пути протыкая всех, кто попадается, кого-то убивая, а кого-то просто раня. Заношу меч перед вампиром, протыкающим Сава ножом и тяну на себя. Кровь хлещет из горла вампира, и Сав оказывается весь в крови.