Страница 242 из 2173
— Думаю, это волшебство.
Комната настоящего сеньора проявилась, когда Кэйл сделал это наблюдение. В то же время он мог услышать за своей спиной голоса детей:
— Нуна, я не могу сказать, на что я сейчас смотрю.
— Пхм, с моими глазами всё в порядке, но это странно.
— Ой, — с губ Хэпхи сорвался только вздох восхищения.
Кэйл же начал улыбаться.
<Владыка Магической Башни был жадным человеком. Из-за того, что произошло в его прошлом, он был чрезвычайно алчен.>
Золото. Драгоценные камни. Магические устройства. Драгоценные вещи заполнили весь широкий нулевой этаж.
Вся комната сияла и была наполнена вещами, которые стоили очень больших денег.
<Его жадность почти была сопоставима с жадностью взрослого дракона.>
— Это действительно заставляет думать о Логове Дракона.
Кэйл направился к куче магических устройств. Ни один из предметов в этой комнате нельзя было назвать дешёвым. Все магические устройства были украшены драгоценными камнями, из-за чего следовало, что они были сделаны для знати или членов королевской семьи.
Вся комната была заполнена такими предметами.
Владыка Магической Башни не использовал эти предметы даже тогда, когда столкнулся лицом к лицу со смертью. Это было связано с тем, что ему пришлось бы использовать их не только для себя, а для спасения всех в башне.
Кэйл закрыл лицо обеими руками. Он мог видеть сквозь пальцы жизнь бездельника, полную неги.
— Хахаха!
Кэйл не сдержал смеха, расхохотавшись в голос. Мюллер некоторое время наблюдал за Кэйлом, прежде чем осмотреть комнату сеньора, о которой он занл, но видел впервые. Затем Крысюк украдкой протянул руку и схватил золотую брошку, которая была ближе к нему.
— Мяяяяу.
Но в следующий миг он услышал леденящий душу звук, которые клещами схватил его за сердце.
Ангэ и Пхи махали хвостами, наблюдая за ним. Чёрный Дракон также шагнул к нему. Мюллер быстро отпустил золотую брошь.
Тридцатилетний Крысюк ничего не мог поделать.
С другой стороны Кэйл широко улыбнулся, глядя на детей.
— Мы богаты.
Слушая спокойный голос Кэйла, который сильно отличался от нынешнего выражения его лица, Кэйл, Пхи, Ангэ и Хэпхи начали улыбаться. Веселье, подобное тому, что царило внизу, на празднике, наполнило комнату.
Крысюк смотрел на всё это со страхом в глазах.