Страница 49 из 112
– Когда это я такое говорил?! – возмутился наемник, почему-то оглядываясь испуганно. Глядя на потолок, будто ожидал, что его сейчас поразит молния. И уже тише: – Неужто говорил?
– Говорил-говорил…
– Так я это… говорю же… Язык у меня без костей. Я ничего такого в виду не имел! – Он запрокинул голову. – Слышишь, не имел!
– Оправдывайся-оправдывайся теперь!
– Тиан, собирайся. Мы отправляемся, – отрезала Нара, которой надоело слушать нашу шутливую перепалку. И с нажимом закончила: – Мы с тобой отправляемся.
– Кольд идет с нами, – отставил я шутки. – Неспокойно в Приграничье. Два воина – лучше чем один. Да и…
Я не стал заканчивать. Ни к чему ей знать, что не смогу я тот трюк повторить, Огнь призвать. Умру. А наемник поможет, если что. Вдвоем-то сумеем Нару защитить.
И, в случае чего, он защитит ее от меня… Вдвоем с ней я не пойду.
– Тиан!
– Нет, Нара. Я так решил. – Резко. Зло. Бескомпромиссно. – Либо мы идем втроем.
Либо вдвоем – я и Кольд. Тебе в Приграничье делать нечего.
Она надулась, как мышь на крупу, но возражать перестала. Кажется, поняла, что исчерпала мое терпение. Я позволил ей на меня накричать, позволил оскорблять, бить, стерпел истерику бабскую, но я все же – не ангел Единого. Хватит. Всему есть предел.
– Пойдем. – Я схватил сумку, надел перевязь с ножнами. – Ты, Нара, собирайся, а мы с Кольдом пока завтрак закажем. Ты только недолго, идти нужно, а то солнце давно встало, проспали мы…
Она буркнула что-то в ответ…
Кажется, я вновь впал в немилость…
Нара спустилась, когда мы с Кольдом уже позавтракали. Ее порция остыла: я рискнул заказать ей то же, что ели мы – горячую кашу, обильно политую сиропом сладким. Это я вспомнил, как она на торжище сластями любовалась: решил подлизаться.
Нара молча съела кашу, даже не поблагодарив. Ни на меня, ни на Кольда она старалась не смотреть. Это молчание начинало меня раздражать. Я был благодарен, когда Кольд сломал его, спросив:
– Эльфийская?
– Что? – недовольно уточнила Нара, неохотно отставляя чашку сладкого чая, в которую до этого пускала пузыри.
– Гитара эльфийская, спрашиваю? – повторил наемник.
– Да, – ответила она неохотно.
– Видно, работа мастерская… – признал он, цокая языком. – Сто лет такой не видел. Говорят, только у Ринэ такая. Но он-то – феечье отродье, ему свои подарили. А чужакам редко их изделия в руки даются. Видно и правда, Менестрель – ты.
– А ты играешь? – жадно спросила Нара, забыв про все свои подозрения.
– Я – псховитянин! – оскорбился Кольд. – Разве ж бывают псховитяне, не способные взять пару нот! Дай-ка мне…
Вновь подозрительность вернулась на лицо Нары. Она ревниво глянула на Кольда, будто он не гитару подержать попросил, а ночь с ним провести…
Но дала. Неохотно. Едва не уронив инструмент. Дала.
Он устроился поудобней, пробежался кончиками пальцев по грифу, лаская, словно женщину. Да, для Нары инструмент был ребенком, для Кольда же – возлюбленной…
– Тряхнуть что ль стариной? – спросил он в пространство между мной и Нарой, непонятно к кому обращаясь и обращаясь ли вообще. – Давненько я не играл… Все в заботах, в дороге, в крови…
И он заиграл… Не как Нара – хуже… Хуже, иначе, жестче. Он фальшивил: пальцы, загрубевшие, никак не могли справиться со струнами…
Он морщился, но продолжал играть.
Разнузданный, натянуто-веселый, расхлестанный мотив.
И голос: глубокий, но срывающийся.
Хрипло-рокочущий…
А потом резко ударил по струнам в последний раз и протянул гитару Наре, держа ее, словно ядовитую змею.
– Разучился совсем, – пояснил он. – Самому противно стало. Вот закончится… Вот закончится контракт пописанный на зиму, вернусь в Псхов. Осяду.
Я кивнул, хотя чувствовал: не фальшивые ноты разозлили наемника, не они – точно.
Что-то было в этой песне, какой-то налет холодной чуждости… И было личное.
Глубоко личное. Что-то эта песня значила для Кольда.
Нара Я с трудом давилась холодной приторной кашей. Ругаться не хотелось, объяснять, почему я такое не ем, тоже. Догадался б лучше спросить, что я вчера заказывала, да попросил бы повторить. Эх!
Сидеть рядом с Тианом после его откровения было как-то… неловко. Он так меня понял?! Он… храни меня Хаос, он видит во мне человеческую женщину?! Ну да. А я чего хотела? Ткачиха, неужели я настолько тебя раздражала?! Верни меня домой, я перед тобой извинюсь, честное слово!
И… существо это, генерал Огненного Воинства. Он тоже не понял, не узнал, кто я.
Понравилась я ему! О, Хаос, что же теперь будет?..
Глупый-глупый Тиан. Он не знает, не может знать, что мое тело немногим отличается от иллюзии, подаренной ему Князьями. Меня не существует. Меня нет. Я не могу продолжить для него Род!
Так. Нара. Что с тобой? Какой Род, какое "продолжить"? Ты и не должна делать этого сама, да и кто требует? Глупый Тиан. "Как сестра". Для его предка и тезки, Тиана Кузнеца я была вроде тети. Кто я тогда для последнего Берсерка?
Многоюродная пра-пра… – и далее в бесконечность – бабушка?