Страница 42 из 112
– Стражник, наемник – какая к Хаосу разница?! – он, не дождавшись приглашения, сам уселся напротив, поставив свой кувшин рядом с моим и бухнул кружку об стол так, что пена выплеснулась. – Воин – он воин и есть…
Я кивнул неохотно. Не то, чтобы я нуждался в компании, но присутствие этого веселого бродяги мне не мешало. Толика веселья – как раз то, в чем я сейчас нуждаюсь. Можно ненадолго забыть обо всех неприятностях и потрепаться, как бывало, о своем, мужском…
– Кольд, – представился наемник, насмешливо сверкнули невероятно синие глаза. – Кольд Враг.
– Тиан, Тиан Берсерк. А кому Враг? – не мог не поинтересоваться я.
– Никому, и в то же время, всем… – ответил он с ухмылкой.
Я ничего не понял, но не стал дальше спрашивать, это было бы, по меньшей мере, невежливо, а то и на драку бы нарвался. В сущности, что мне за дело? Этот Кольд – всего лишь случайный собеседник. Вот выпьем, поговорим о всяких мелочах, и расстанемся навсегда.
– Куда идешь? – спросил я, отхлебывая пива. Белая пена потекла по усам… Вот ведь! Забыл, что под иллюзией… Утеревшись, я осторожно глянул на Кольда – казалось, он ничего не заметил.
– В Костряки, – ответил он. – Осень – работы никакой… Вот, ездил в Псхов, решил родину проведать. На зиму собираюсь с охотниками в леса идти. Ты сказал, тоже в Пограничье идешь? Не хочешь присоединиться? Вдвоем – оно веселее…
Холодок по спине пробежал. Ой, что-то тут не так… Отвык я верить людям. Вроде бы ничего подозрительного в этом Кольде нет, но… С чего это он к первому встречному в попутчики набивается? Или наводчик разбойников, или… Или Князья решили меня под присмотром держать?
– Не разбойник я, – понял мои сомнения он. – Что с тебя брать-то? Вижу ж, голытьба, как я сам… Был бы наводчиком, в обоз бы нанялся, что вчера тут проходил…
Верно… Значит, фейри…
Нахмурившись, я глянул на собеседника повнимательней. Вроде – человек. Глаза только слишком яркие, но псховиняне – все такие: зеленоглазые или синеглазые.
Тщетно я искал в нем признаки чужой крови…
– Ты Старший? – спросил я напрямик. Он, казалось, опешил…
– Старший? С чего ты взял?! Нет, человек я… Вот, смотри. – Он выхватил из-за пояса кинжал и резанул себя по ладони. Выступила кровь – алая. Я вдруг вспомнил: у фейри кровь золотая, у Старших – зеленая, черная или серебряная. Алая же – только у людей. Даже полукровку можно определить, пустив кровь…
Человек. Чистокровный.
– Я подумаю, – неохотно сказал я. – Ты утром выходишь?
– Да. С рассветом.
– Пешком?
Он посмотрел на меня искоса.
– Пешком, – ответил.
Последние возражения исчезли. Я не слишком хотел попутчиков, но, Кольд прав, в одиночку опасно, да и тоскливо: не с кем словом перемолвиться. Эх, была бы тут Нара…
Я и не заметил, как произнес последнее вслух.
– Нара? – переспросил Кольд.
Подавальщица как раз притащила нам поднос с нашими заказами. Оказалось, вкусы у нас одинаковые. Кольд тоже собирался ужинать тушеной картошкой с мясом и грибами, залитой сметаной и обсыпанной зеленым луком.
– Нара? – не дал мне уйти от ответа Кольд. – Зазноба твоя?
– Друг, – поправил я, ковыряясь к тарелке. Есть вдруг перехотелось… – Ушла она.
Подвел я ее… Защищать обещал, а сам… Испугалась она того, что я сделал.
Не знаю, откуда такая откровенность взялась…
– Снасилил? – не поверил Кольд.
– Что?! Ты с ума сошел?! – Я едва не опрокинул тарелку.
– Эй, эй! Успокойся… – Он поднял руки, демонстрируя мне пустые ладони. – Я ж только спросил… Язык у меня без костей, ты уж извини дурака.
– Да ничего, – успокоился я, решив, что с моих слов любой бы подумал о таком. – Просто испугал. За нее испугался, разозлился, обезумел: не зря ведь меня Берсерком зовут…
– Понятно, – Кольд отправил в рот ложку и молча прожевал. Потом, проглотив, закончил: – Это ничего… Бабы, они многого боятся… Моя, вон, тоже… Понимает, что природу не изменишь, вот и ушла…Это врут, что противоположности сходятся…
Он резко помрачнел и с каким-то остервенением начал мять несчастную картошку.
– Так ушел бы из наемников, – посоветовал я. – Или не стоит того?
– Она всего стоит, – признался Кольд. – Только вот я не о занятии говорил, а о природе…
Я решил не спрашивать дальше. И так переступил черту, сунул нос не в свое дело…
– За баб! Пожри их всех Хаос! – поднял кружку Кольд. Я ударил своей, расплескивая по столу пену. – За них, ради кого мы готовы на все.
Мы доели, оставив серьезные разговоры и перекидываясь шуточками. Кольд рассказывал истории из своего богатого прошлого. Врал, небось, но как врал!
Такие сказки не всякий менестрель знает… И о лесах Вьюжных, и о фейри, и о Старших, и о войнах старых… Рассказывал, что предок его наемником был, что плечом к плечу с Князьями под стенами Псхова бился…
– Извини, – оборвался он на полуслове, – Я на задний двор сбегаю – и вернусь. Ты пока хозяина кликни, пивко-то у нас кончилось, а какие разговоры, да без пивка-то?
Я был уже порядком пьян – впервые в жизни. Вроде мысли не путались, но язык заплетался, а встать я боялся и пробовать – рухну тут же…
Хозяин, тем не менее, понял, чего я хочу. Мигом притащил еще пару кувшинов. Я уже заплатил вперед – золотой, – хватило бы на полсотни таких вот. Я теперь богач, можно не экономить…
Расплескав по столу полкувшина, я все-таки налил себе кружку. Только и успел ко рту поднести, как кто-то отвесил мне затрещину. Захлебнувшись от неожиданности, я уронил кружку и с трудом обернулся…
Нара уперла руки в боки. Раскрасневшись, она кричала. Кричала, кричала и кричала.
О том, что я, дескать, ее бросил на растерзание, о том, что не позаботился вернуться, что вместо того, чтобы беспокоиться о ней, сижу тут, нажираюсь, словно свинья какая…
Они кричала, а я глупо, счастливо, пьяно улыбался, зля ее еще больше…
Она снова была со мной.
– Он ничего не заподозрил? – спросила Княгиня. Кольд застегнул брюки и обернулся.
Ухмыльнувшись, он нарочито глубоко склонился пред Реи'Линэ.
– Никак нет, моя повелительница. Этот олух не такой уж олух. Стоило ему увидеть цвет моей крови, его подозрения рассеялись.