Страница 36 из 58
Такие, как грациозность, доброта, здоровая гордость, просьба не путать с гордыней, скрытая сексуальность – от природы; умение слушать и сопереживать и многое другое.
Оля так же не знала, что входит в мир наркоманок.
Глава 6. Светка.
Она, конечно общалась в станице на улице с ребятами, которые курили анашу, и сама курила. Потом, когда уже родилась Леночка и муж выставил их из съёмного дома, потому, что у него появилась, тогда первая любовница, а Оля узнала и стала закатывать истерики, как он это видел. А истерики ему были не нужны, вот он и сказал, чтобы Оля "собирала все свои манатки и валила к своей мамаши". Так Галицина и сделала. А что ещë можно было сделать в этой ситуации?
Вот, тогда она стала общаться со взрослыми наркоманами, которые были старше еë на семь лет. Почему такая точность? – потому, что некоторые из них были одноклассниками еë брата. То есть Ольге было двадцать, а им около двадцати семи, находились там наркоманы и старше. Один из них – Петрович, так ему вообще было около пятидесяти.
Почему жена милиционера попала в компанию старых наркоманов? – Во-первых, случайно в баре все оказались за одним столом: Олины друзья – плановые и любители выпить, и старые наркоманы их знакомые. А во-вторых, Ольга находилась в те дни, как муж предпочёл отношения с любовницей ей с дочерью, в таком плачевном состоянии – мир, как сущность рухнул. Всë во что она верила: любовь, верность, семья, преданность, долг, ответственность – всë это оказалось ложью в мире двадцатилетней девушки. Она осталась одна, с ребёнком на руках. Еë мать абсолютно еë не понимала, а старые наркоманы понимали. Нет, Оля не стала принимать никакие наркотики, правда анашу она в те дни снова начала вечерами курить, которой они угощали. Ольга видела всего два раза как они кололись и всего два раза приходила, когда в доме стоял сильный запах ацетона. Она знала, что на ацетоне варят мак, но никогда не видела. Наркоманы оказались очень приличные в том плане, что, во-первых, они всë время говорили: "Если узнаем, что ты укололась – сразу убьем и тебя того, кто тебя уколол". И рассказывали ей, какая это беда -быть наркоманом. Говорили, что каждый из них, если бы мог вернуться в тот день, когда первый раз укололся, то никогда бы этого не сделал, и сразу бы убили того, кто дал шприц.
Наркоманами в станице были все только мужчины, женщин не было. Вернее, была только одна Света – красивая девушка, похожая на Шарлиз Терон,
тоже с очень короткой стрижкой, только брюнетка.
Оле, когда ещë было лет шестнадцать, и она встречала эту Свету в центре станице на разных станичных праздниках, любовалась ей, не в силах скрыть восторг, что природа может создать такую красивую, безупречную женщину и эта безупречная красота ходит по станице! Оля всегда так таращилась на Свету, которой тогда было двадцать три года, что они стали здороваться, не будучи знакомы. Света всегда добродушно улыбалась Оле. Галициной очень нравилось, что Света ей улыбается. "Любая другая – думала Оля, – если бы на неë так таращились, а та бы понимала, что это от того, что она нереально красивая, задирала бы нос и с гордостью смотрела бы сверху вниз, показывая всем своим видом: "что вылупилась?", а эта добрая. Я хотела бы быть похожа на неë и внешне и внутренне". Так, думала Оля, когда встречала Свету. Но тогда она даже не знала, как еë зовут.
И вот, спустя четыре года Ольга пришла к своему другу на предприятие, где делали мебель, и там она увидела Свету, которая зашла с каким-то из рабочих в пустое, заброшенное помещение, в бараках, которые арендовал Олин друг для своего производства. Оля обратила внимание, что в этом помещении была фактически мусорная свалка. Оле стало жутко от того, что девушку своей мечты она видит в таком месте, хотя еë, по Олиным соображениям, вообще не должно быть в станице. Такие как она должны уезжать минимум в Москву.
– Джан, что эта девушка забыла с рабочим на свалке? – спросила Оля своего друга.
– А, Светка? – Пошла сосать, – с лёгкостью ответил Джан.
Так Оля узнала, как еë зовут.
– В смысле сосать? – переспросила Оля.
Ольга понимала смысл сказанного, но в еë мозгу не могло уложиться это низкое действие с этой звездой, да ещë и здесь. Оля, конечно понимала, что все звëзды и модели ради выгоды сосут каким-то продюсерам, но не здесь!
– В буквальном смысле, – похихикал Джан, – она сосëт за деньги. И не дорого так берëт, я бы сказал дëшево. Она же наркоманка. Ты не знала?
– Нет, – недоумевала Оля.
Сам Джан к наркотикам не имел никакого отношения, не считая того, что иногда косячок он мог бы раскурить в кругу близких друзей, но все равно предпочитал коньяк "Наполеон". Он мог себе его позволить. Его предприятие по изготовлению мебели и дверей тогда процветало и в основном потому, что они делали красивую резную мебель. Сам Джан умел красиво вырезать и ещë у него работал Витя – золотые руки по художественной резке по дереву, а вот уже он, был тоже наркоманом. Наркоман-одиночка, ему хватало его заработка, чтобы вести обособленный вид жизни. Ведь наркоманы собираются в стаи не потому, что им так интересно поддерживать беседу друг с другом, а потому, что они друг друга выручают наркотиком. Ведь многие из них не работают и им не на что купить наркотик, но это отдельная тема.
– Это печальная история. Еë муж Виталик Куприн. Знаешь его? – продолжал Джан.
– Да, – расстроенно ответила Оля.
Это станица и там вообще, так или иначе, все друг друга знали. Не нужно быть наркоманом, чтобы знать наркомана и не нужно платить налоги вообще, чтобы знать тех, кто работает в налоговой.
А Виталик Куприн был знаменитой личностью в станице. Его папа очень богатый, один из первых построил трёхэтажный дом. У его папы тоже были какие-то фабрики по ремонту, изготовлению и тому подобное. А ещë его папа был знаменитым художником, конечно только на северном Кавказе. Таким как сейчас Никас Сафронов в Москве.
Старший Куприн и его сын Виталик – тоже художник рисовали копии знаменитых полотен на заказ и на этом тоже очень хорошо зарабатывали. Плюс к тому, что Виталик Куприн был сыночком богатого знаменитого дяденьки, он был ещë и красивый, не такого высокого уровня как Света, но очень даже, в общем по внешним данным тоже мог бы оказаться в Голливуде со Светой, но он стал наркоманом. Что его папа только не делал?! – это не описать, это сможет понять только отец наркомана, думаю, даже не мать. Сколько раз он его откупал от тюрьмы?!… Но в какой-то момент просто перестал давать ему деньги. Вообще. Он мог жить в доме, кушать, но денег ему никто не давал.
Что только не вытворяют наркоманы, чтобы получить своë?! – Они могут перерезать себе горло, чтобы получить наркотик или деньги на него, не говоря уже о горле другого человека. Конечно они это делают уже совсем в крайнем случае, перепробовав все остальные варианты, которые могут быть достижимы.
Виталик Куприн нашёл такой выход: он подсадил на наркотик свою жену-красавицу. Рассуждая, что красивой бабе всегда все дадут, а она будет приносить ему, потому, что Света очень любила Виталика. Так всë и произошло.
– Вот, теперь она ходит и сосëт. – заканчивал свой рассказ Джан. – С ним многие из-за этого общаться перестали. Нельзя же свою жену подсаживать. Такую девку испортил. – с грустью закончил Джан.
Оля была в шоке. Она знала Виталика, более того, приходила к нему в квартиру покурить. В станице не может девушка выйти во двор и курить, для этого ей надо спрятаться в какое-то укромное местечко, чтобы никто из соседей не видел, а то оплюют прямо в лицо, проклянут до седьмого колена, наговорят по всей станице что шлюха, наркоманка и ещë не весть знает, кто. Вот такие там люди и такие нравы. Вот Оля и ходила к Виталику, чья однокомнатная квартира, которую купил ему папа, чтобы не видеть его вечно обдолбаного, находилась в соседнем доме, через бельевую площадку, на первом этаже. Очень удобное место для курения. Но вот что странно, думала Оля, когда она несколько раз приходила к Виталику – Светы никогда у него не видела, а ведь она его жена.