Страница 32 из 172
Я приободрился — если они тут есть, значит, имеются шансы добраться до цели достаточно быстро. Время не то чтобы поджимало, но день уже перевалил на свою вторую половину.
Увы, но все это изобилие машин шустро разъехалось буквально в следующие же пять минут. Это оказались никакие не частники, а местные дачники, встречавшие родных и близких. Еще в пару изрядно битых «шестерок» загрузилось человек по пять, и они тоже отбыли — это, как я понимаю, были все же «леваки», но заранее подряженные приехавшими. Или что-то вроде этого.
В результате, вскоре мы с Маринкой остались вдвоем на совершенно пустой площадке. Она, я и тишина.
— Офигеть, — сказала моя спутница и достала из своего маленького рюкзачка пачку сигарет и зажигалку. — И куда теперь?
— Туда, — неуверенно показал я направо. — Весь транспорт в ту сторону порулил.
— Ну да, — прикурив, согласилась со мной Марина. — Если то место, которое я нашла на карте, верное, то нам точно туда. А вообще — мне это все даже нравится. Прикинь — сто верст от Москвы, всего-то — и уже белые пятна на карте. Ну вот где еще такое есть? Это у них, на Западе, все измерено и взвешено, все параллельно и перпендикулярно, а у нас — неизведанные просторы. И это ведь, повторю, рядом со столицей. А если махнуть вглубь державы? Там даже чупакабру поймать можно, наверное. Или Змея Горыныча.
— Не надо нам никакого Змея Горыныча, — даже передернуло меня. — Ну его нафиг.
Ей шутки, а у меня в рюкзаке вон неведома зверушка сахар жрет. И еду я за книгой, которую бог весть сколько поколений ведьмаков писало. Так что — не стоит будить лихо, пока оно тихо.
Как раз в этот момент к площадке подрулила раздолбанная «четверка», лихо затормозила, жалобно при этом заскрипев, и из нее вылез смуглый парень азиатского вида.
— Московский электричка быль? — проорал он нам.
— Быль, — выпустив дымок, сообщила ему Маринка, толкнув меня в бок. — Уже все, уехаль.
Могла бы и без этого обойтись, я тоже не дурак.
— Эш! — расстроился водитель, но тут же выдал белозубую улыбку. — Куда ехать будем? Недорого!
— В Лозовку, — подключился к разговору я. — Сколько возьмешь?
— Недорого, — водитель поправил кепку. — Дорогу покажешь?
— Да блин, — я даже притопнул. — Нет, ну ты видела?
— Не шуми, — Маринка подошла к «четверке» и обратилась к водителю: — Тебя как зовут?
— Талгат, — с готовностью ответил тот, плотоядно окинув мою приятельницу раздевающим взглядом.
— Вот что, Талгат, — Маринка оперлась рукой на крышу машины. — Здесь у вас что, деревень много вообще?
— Много, — покивал водитель. — Там, и там, и там… Везде люди живут.
— А они в этих местах давно живут? — профессионально-мягко уточнила Маринка. — Или недавно застроились?
— Недавно, — покивал Талгат. — И сейчас строятся. Много. Такие дома — ух! Шлакоблоки! Ци-лин-дрованный брус!
— Вот, — Маринка бросила сигарету на землю и потоптала ее носком кроссовки. — А нам надо место, где давно живут. Сильно давно.
— А-а-а-а-а, — Талгат покивал. — Есть такие. Там вот давно живут, если по дороге и повернуть. И еще если прямо ехать, мимо фермы, то за полем и лесом тоже такое есть.
Эти рассказы он сопровождал взмахами рук, видимо, подразумевая, что мы прекрасно понимаем, о каких местах идет речь.
— «Там вот» — где? — Маринка достала планшет и показала парню экран. — Если повернуть — это здесь, да? А поле и лес — это тут?
Все-таки она поразительный человек. Иногда я поражаюсь ее работоспособности, иногда — ее рассудительности, а прямо сейчас — безрассудству. Мы невесть где, с неким Талгатом, которого впервые в жизни видим, и она светит перед ним дорогущие девайсы. Не хочу думать о людях плохо, но кто знает, что у него на уме? Я не боец, в армии не служил и с этим поджарым парнем справлюсь едва ли, если что.
— Да-да, — закивал тем временем Талгат. — Там есть деревня. Название не знаю, я туда только один раз ездил, старика возил. Больше не поеду.
Старика. Очень тепло. Сдается мне, я знаю, какого именно.
— Чего так? — удивилась Маринка — Там так страшно?
— Дороги нет, — пояснил водитель. — Я не проеду, застряну. Две недели дожди лили, там нет дороги теперь. До поля довезу, а там недалеко идти. Пятьсот рублей давай — и поехали.
— Недалеко — понятие растяжимое, — почесал затылок я. — И потом — Марин, ты уверена, что мы именно о Лозовке говорим?
— Э! — водитель достал телефон, причем не какую-нибудь замшелую кнопочную «Нокию», а один из флагманских смартфонов, и ткнул в экран пальцем.
Секундой позже он уже бодро что-то орал в него, причем на своем языке и понять его было невозможно. Хотя — одно слово я разобрал. «Лозовка».
А еще я заметил, что он немного помрачнел, слушая что-то, что говорил ему собеседник.
— Она это, — уверенно сообщил нам Талгат, нажав «Отбой». — Расим здесь все знает. Он тут живет давно. Двадцать лет живет.
С равным успехом Расим мог ему сказать и что-то другое, не связанное с Лозовкой, потому приходилось верить на слово.
Впрочем, решающим фактором явилось не мнение все того же Расима, а то, что Родька зашебуршился в рюкзаке и потыкал меня в спину, как будто соглашаясь с мнением Талгата. Да и карта показывала, что в тех местах есть населенный пункт.
Маринка глянула на меня, я на нее.
— Пятьсот рублей — и едем, — напомнил о себе водитель, заметив наши переглядки. — Чего стоять? Если нет — я тогда на рынок в Моденово, там всегда пассажир есть.
— Тысяча — и едем до Лозовки, — предложил я.
Мне не хотелось идти через поле и лес.
— Не, — отказался Талгат наотрез. — Тысяча хорошо, но все равно не доедем. Застряну. Трактор звать — полтора тысяча платить буду. Нет. Если бы у меня «Паджера» был — тогда да. Только тогда бы я с вас две тысяча брал.
— Почему тогда две?
— «Паджера», — удивился моей непонятливости Талгат. — Вип-машина, э!
— А если мы сейчас, не дожидаясь «Паджеры», две тысячи дадим? — предложила ему Маринка. — Как за вип-машину?
Ей тоже не хотелось топать пешком.
— Не поеду туда, — Талгат покачал головой. — Да и вам не надо. Давай я вас на водохранилище отвезу. Там хорошо. Купаться можно, вода теплая. Не надо в Лозовку, там и не живет почти никто.
— Водохранилище — это очень хорошо, — мечтательно произнесла Маринка. — Смолин, может, ну его, это твое наследство? Поехали искупаемся?
Я бы хотел. Но не могу.
— Значит, говоришь, недалеко там идти? — еще раз уточнил я. — Сколько по времени? Ну, примерно?
— Двадцать минут, — уверенно заявил водитель. — Не больше. Сначала поле, потом лес. Да не бойся, там не заблудишься. Пройти можно. Проехать нет. Вот если бы «Паджера»…
— Двадцать минут — это нормально, — сказал я и полез в машину.