Страница 26 из 172
— Сколько у меня есть времени? — заерзал на кровати я. — Недели? Месяцы?
Дед снова покачал головой, давая мне понять, что данный вопрос не имеет ответа.
— Весело, — я запустил руки в шевелюру, отметив, что пора бы наведаться в парикмахерскую. — Господи, вот за что мне это все?
— Не паникуй раньше времени, — невозмутимо изрек ведьмак. — Наведайся в мой дом, забери нож, забери книгу. А еще лучше — поживи в нем месяцок, пока лето на дворе. Там тебе и стены помогут, поверь мне. Город — это мертвое место, здесь нет земли, нет леса, нет того, что когда-то создало таких, как мы. Там — наш искон, наши корни. Там ты найдешь себя. Не спорю, там тебе тяжеловато придется, изнеженный ты, как все горожане, но зато путь виднее будет.
Я хмуро глянул на него. Ну да, предел моих мечтаний — бросить все, уехать в деревню. В народ.
— Что волком смотришь? — старик развеселился. — Я тебе дело говорю. Та же книга — ты сотой части не поймешь, если руками не сделаешь то, что в ней написано. Здесь это невозможно. А без этого — ты не ведьмак. Знаешь, как детишек в школе учат? Они сначала все вместе одно и то же узнают, а уж потом по институтам разбегаются, каждый по-своему. Вот и ведьмаки — путь у каждого свой, но исток один на всех, общий. Базовые знания, если по-современному говорить.
— Так книга — это всякие рецепты, что ли? — сообразил я. — Зелий и всего такого?
— И это тоже, — уклончиво ответил дед. — Заберешь — узнаешь. И вот еще что — ты там, в деревне, особо ни с кем не откровенничай — кто да что. У нас там разные люди есть, кое-кто может на тебя глаз положить. Если точнее — не на тебя, а на то, что я тебе передал. И это будет не болотная грязнуля, там дамы посерьезней.
— А говорите — поживи там, — я невесело посмеялся. — Противоречите себе.
— Вовсе нет, — невозмутимо произнес дед. — Сейчас ты приезжий, за тебя никто не спросит, а коли заселишься — соседом будешь. Сосед и приезжий — разные вещи. И отношение к ним разное. Покон есть покон, это тут его забыли, а там, у нас, такие вещи силу имеют до сих пор. Хотя это не повод для того, чтобы ворон ртом ловить. Соседа тоже сожрать можно, если с умом. Он даже вкуснее. Так что, парень, никому не верь и следи за тем, с кем и о чем разговариваешь. И не только там, а везде. Вот еще — в Лозовку с утра езжай, чтобы до темноты управиться. А если не успеешь — ночуй в доме, там безопасно, только домового упреди о том, кто ты есть такой. Он у меня вредный, может ночью и придушить.
— А почему? — уточнил я.
Нет, правда интересно. Звучит почти как в фильмах о вампирах, там всегда такие советы дают. И их всегда не слушают.
— Экий ты дятел, — опечалился ведьмак. — Сказано же — ты чужой. Тебя закружить да прикопать потом под березками боги велели. Лозовка не Киев и не Суздаль, но наши ведьмы не хуже ихних, поверь. Они свое мимо рта не пронесут. Я им не по зубам был, а ты — другое дело. Днем-то поостерегутся, а ночью точно тебя в оборот возьмут. Да, вот что — если ночевать будешь, то за порог ни шагу, а нож обратно в притолоку вбей, ясно?
— Куда яснее, — ответил я, давая себе зарок ни за какие коврижки там не ночевать.
Приехал, забрал, уехал. Все.
Блин, вот плохо, что я машину водить не умею. Ну вот не сложилось как-то. На машине куда сподручней было бы эту вылазку сделать. Нет, есть у меня приятели с автотранспортом, но, во-первых, у них всех свои планы на выходные есть, во-вторых — много чего объяснять придется. Это раньше дружба была понятием круглосуточным и безоговорочным, а теперь она взаимовыгодная и строго в рамках индивидуального пространства.
Но ехать надо, в любом случае. И руку себе резать тоже придется. Брррр, как представлю! Но — нужно. Ясно же уже, что вся эта на первый взгляд невозможная ерунда — она по-настоящему.
— Еще раз — не забудь нож своей кровью напоить, а то будет это просто железка, — назидательно сказал ведьмак. — Памяти у тебя нет, как я погляжу. Ты меня, вообще, слушаешь?
— И очень внимательно, — отозвался я, подметив, что призрак стал еще прозрачнее, если так можно сказать. Он все больше напоминал блеклую тень, черты лица, совсем недавно бывшие четкими, как-то размазались, расплылись.
— Однако, выходит мое время, — подтвердил мои догадки ночной гость. — Отмерили мне его маловато, да и то, что дали, кончается. Все, давай прощаться. В этой жизни мы больше с тобой не увидимся.
— А сороковой день? — удивился я. — Я читал…
— Читал, — ведьмак повел головой, давая понять, что ему весело. — Где моя душа и где остальные души? Нет, сынок, у них свое посмертие, а у меня свое, а потому и законы существования в мире теней тоже. Разные у нас точки прибытия. Как и у тебя теперь, уж не обессудь. Изменил я твою судьбу.
— Не могу сказать, что очень вам за это благодарен, — достаточно резко сказал я.
— Выбора у меня не было, — пояснил ведьмак немного виновато. — Я когда понял, что все, яд по венам идет, то чуть ли не в первый раз за жизнь испугался. Силу-то передать некому, а умереть без этого — хуже некуда. Даже не знаю, что сквернее может быть. Тут девки эти остановились, следом ты.
— Ну да, — я засопел. — Зарекался добрые дела делать…
— Извини, — ведьмак уставился на меня, через его глаза я видел ручку шкафа, и это смотрелось жутковато. — Выбор на тебя пал. Он у меня скромный был — ты или малец в коляске. Один ребятенок там девкой был, другой — мальчишка. Но отдай я силу ему — беда вышла бы. Он бы с ней точно не совладал, сам бы помер и мамку сгубил. И еще кого-нибудь. А ты хоть и недотепа, но головастый вроде. И вон зубы-то тоже есть. На бульваре я было подумал — теленок. А сейчас смотрю — нет, не совсем. Глядишь, в волка вырастешь.
Сомнительный комплимент. Но отчего-то стало приятно.
— Яд? — уцепился за его слова. — Вас отравили, что ли?
— И в самом деле по Шекспиру все, — невесело заметил ведьмак. — Правда, тут не белена была, а кое-что покрепче, такой яд, что мне его без своих трав и ножа не исцелить. А они — дома, за сто верст. Все он просчитал, собака такая.
— Кто — «он»?
Призрак помахал рукой, которая уже была еле различима, давая понять, что этого он мне не скажет.
— Нельзя, — пояснил он свой жест. — Он один из наших, вдобавок с миром теней на «ты». Еще услышит, что кто-то из-за кромки его помянул, греха не оберешься. Да и ни к чему тебе его имя. Он про тебя не знает — и хвала богам. А то ведь непременно захочет довести все до конца и тебя не пожалеет.
— А может, знает? — расстроенно произнес я. — Просто выжидает.
— Нет, — покачал головой призрак. — Он своего слугу за мной пустил, как я теперь понимаю — хотел его глазами на мой конец посмотреть, да я того со следа сбил, так что не волнуйся. Но — хитер, не отнять. Столько лет выжидал, чтобы своего добиться, меня в землю уложить — и дождался. Но тут я сам виноват, слабину дал. Так что мстить за меня не надо.
— Да и не собирался, — даже удивился последней фразе я. — С чего бы? Не обижайтесь, конечно, но у меня такого в планах не значится. Мне бы теперь с вашим наследством разгрестись, какая тут месть?
— Разгребешься, — уверенно заявил призрак и встал с кресла. — Ну все, парень, светляк уж угасает. Пошел я. Не поминай лихом.
— Какой светляк? — повертел я головой. — Где?
— Вот ты все-таки полено необразованное, — голос ночного гостя стал еле слышимым. — Классику читай.