Страница 76 из 96
Возможно, с ее стороны это было принятие желаемого за действительное или, возможно, просто отрицание. Но когда она закружилась с ним по комнате, и их сложный разговор затих, Алекс решила, что она достаточно счастлива, чтобы жить в этом времени на данный момент… особенно если это означало, что она могла наслаждаться тем небольшим временем, которое у нее осталось с Эйвеном как с другом, а не как с разъяренным будущим психопатом, который больше ничего не хотел, чем видеть ее мертвой.
Глава 32
— Эйлия.
— Эйлия, проснись.
— Давай, Эйлия, открой глаза.
Легкое встряхивание заставило Алекс застонать, когда настойчивый голос продолжал звать ее, вытаскивая из глубокого сна, в котором она так отчаянно нуждалась.
Прошло два дня с тех пор, как она танцевала с Эйвеном, а это означало, что прошло два с половиной дня с тех пор, как Нийкс узнал, что она скоро уйдет. Поскольку ее организационные обязанности считались завершенными после того, как распределение нарядов было закончено, все свободное время Алекс проводила, продолжая тренироваться с неумолимым меярином. Спарринг, который она провела с Нийксом за последние пару дней, был примерно в пятьдесят миллионов раз более сложнее, чем все, что она когда-либо испытывала раньше, и ее тело платило цену, с которой даже частый прием лаэндры с трудом справлялся. Что ей действительно было нужно, так это отдых, но, похоже, ночной посетитель был полон решимости прервать ее любимую часть суток.
— Сейчас неподходящее время, Эйвен, — пробормотала она, узнав его, но не желая открывать глаза и ослаблять хватку сна. — Никогда не возвращайся.
Он усмехнулся.
— Разве ты не имеешь в виду «приходи позже»?
— Нет, — сказала Алекс, крепче прижимая к себе подушку. — Никогда. — Она уткнулась лицом в мягкий материал. — Тогда я смогу, — она прервалась, чтобы зевнуть, — спать вечно.
Легкое потягивание, перешедшее в сильный рывок, вырвало подушку у нее из рук.
— Я пытался поймать тебя в течение нескольких дней, — сказал Эйвен, когда, Алекс, наконец, открыла глаза, чтобы, прищурившись, посмотреть на него. — Я не могу перестать гадать, избегала ли ты меня.
— Итак, ты решил устроить мне засаду посреди ночи… в моей спальне? — сказала Алекс, каждое невнятное слово будило ее все больше и больше, к ее раздражению. — Пока я сплю?
— Это единственное место, где я знал, что ты будешь, — сказал он, улыбаясь без раскаяния.
Алекс слишком устала, чтобы проявлять какое-либо беспокойство по поводу его чувств к ней, несмотря на то, что она была в довольно уязвимом положении, в постели. У нее просто не было сил беспокоиться о приличиях прямо сейчас.
С неохотным вздохом она приподнялась, чтобы прислониться к изголовью кровати, зная, что он пока не собирается позволять ей снова заснуть.
— Почему ты здесь, Эйвен?
Его глаза заблестели в темноте, когда мальчишеское возбуждение отразилось на его лице.
— Это Махна эсс Л'рандэ.
Алекс сонно моргнула, глядя на него.
— Марна-кто-а-что-а?
— Махна эсс Л'рандэ, — повторил он со вспышкой улыбки. — Это Тиа Оран для…
— Дарование жизни, — сказала Алекс, ее внутренний переводчик проснулся достаточно, чтобы слова не звучали так сильно, как тарабарщина.
— Ты училась, — сказал Эйвен с явным одобрением.
Алекс решила не просвещать его, а вместо этого спросила:
— Но что это значит?
В ответ он протянул руку.
— Пойдем и увидишь.
Алекс не была уверена, что заставило ее решиться пойти с ним, то ли предвкушение на его лице, то ли тот факт, что она сомневалась, что он оставит ее в покое, пока она не согласится, но в любом случае, девушка скатилась с кровати, стараясь не брать его за руку, чтобы хотя бы попытаться удержать какое-то эмоциональное пространство между ними.
Поскольку она уже привыкла к тому, что ее будили глубокой ночью мужчины-меярины, в основном Нийкс, который по странному случаю решил, что рассвет недостаточно ранний, чтобы начинать тренировку, и вытаскивал ее из постели в действительно ранние утренние часы, у Алекс вошло в привычку ложиться спать полностью одетой в снаряжение, подходящем для боя. Из-за этого все, что ей нужно было сделать, это захватить плащ, и она была готова к любой ночной выходке, которую запланировал Эйвен.
Следуя за принцем, когда он активировал Валиспас, они вылетели из дворца, устремившись прямо вверх. Алекс была благодарна, что Нийкс так усердно тренировал ее на прошлой неделе, потому что ее автоматическая настройка теперь постоянно переключалась на кровь меярин. Если бы это было не так, она бы уплыла обратно к границе Валиспаса, если бы ее обостренные рефлексы не помогли ей сохранить равновесие при вертикальном подъеме. Как бы то ни было, все, что ей нужно было сделать, это хладнокровно встать на ноги, вернув удивленную улыбку Эйвена, когда он увидел, что она была намного грациознее, чем в любой другой раз, когда путешествовала с ним по Пути.
Они поднимались все выше и выше, направление точно говорило Алекс, куда они летели. Одно дело путешествовать так высоко с крылатым зверем под собой, и совсем другое — путешествовать на невидимых американских горках, из-за которых казалось, что под ногами ничего нет.
— Зачем мы поднимаемся в Драэкору? — крикнула она, перекрывая вой ветра. Кроме визита к вулкану с Нийксом, она не была на плавучих островах с тех пор, как Ксираксус отвел ее на поле светящихся цветов в ту ночь, когда Рока раскрыл ее секрет. Насколько ей было известно, для любого, кроме дракона, считалось почти табу проводить много времени в небесных землях. Сама Зарония сказала Алекс, что драэкорцы ценят свое уединение, поэтому задавалась вопросом, какая причина могла быть у Эйвена, чтобы отвезти ее туда.
— Махна эсс Л'рандэ происходит дважды в год, — крикнул он, прежде чем нахмуриться и протянуть руку, чтобы прижать ее к барьеру вокруг них, пока барьер не защитил от непогоды.
— Раз в шесть месяцев драконы приглашают Мейю на свои земли, чтобы получить подношение от Тер'а Ора Воррен, — продолжил Эйвен, его голос теперь звучал нормально.
Алекс нахмурила брови.
— Тер'а Ора Воррен? Почему я знаю это название?
— Твой дракон, вероятно, упоминал об этом, — сказала Эйвен. — Напомни, как его зовут?
— Ксираксус, — ответила Алекс, отвлекшись, потому что она не думала, что предположение Эйвена было правильным. Но потом она вспомнила, что на самом деле это Зарония использовала эту фразу. — Ты говоришь о Озере Слез?
Он кивнул, его глаза сияли звездным светом, когда они продолжали подниматься.
— Ты знаешь?
— Я просто услышала мимоходом. Что это? И что это за подношение, данное Мейе?
Прежде чем Эйвен успел ответить, Валиспас начал замедляться, когда перед ними открылась Драэкора, острова, покрытые чем-то похожим на голубой порошок в свете луны.
— Сегодня вечером состоится священная церемония, — сказал ей Эйвен, когда они приближались к середине плавающих земель. — Только меяринам из королевской семьи или совета разрешено находиться здесь; кому-либо еще запрещено наблюдать за церемонией.
— Э-э, неожиданность, — сказала Алекс, удивлённо показывая на себя.
— Вот почему я провожу тебя тайком, — сказал Эйвен. — Поверь мне, сегодня та ночь, которую ты не захочешь пропустить. А теперь, пожалуйста, помолчи минутку, пока я придумаю, где лучше спрятаться.
Вздохнув, Алекс подумала, что было бы разумно послать быстрый сигнал Ксираксусу.
«Сколько проблем было бы у меня, если бы, гипотетически, я стала свидетелем Махны эсс Л'рандэ?»
Вслед за этим она послала мысленный образ своего нынешнего положения, паря вместе с Эйвеном к тому же скалистому амфитеатру под открытым небом, в который ее привели на суд перед Кивалоном в ее первый день в прошлом. Глянцевый черный траесос блистал в лунном свете, как будто кристаллическая поверхность активно отражала свет. Это выглядело почти как барьер чистой тьмы, окружавший неровные края камней разного размера. Выступы, которые, как и в прошлый раз, служили смотровыми площадками для неуклюжих крылатых тварей. Но на этот раз присутствовали не только несколько драконов; весь амфитеатр был полон разноцветных существ.