Страница 28 из 102
— Что, точно такие же книги? — поинтересовался Саша, кивая на фолиант.
— Ну, не точно такие же, конечно, — ответил Андрей. — На разных языках, наверное.
— Почему «наверное»?
— Да потому, что почти все экземпляры утеряны. Якобы по одной книге лондонского и мюнхенского изданий было вывезено в Штаты еще во время Второй мировой войны, и теперь они хранятся в Библиотеке Конгресса. Я пытался выяснить через Интернет, но так ничего и не узнал. То ли они не предназначены для открытого доступа, то ли это просто байки. Не знаю, врать не стану. Какие-то тома погибли. Другие ушли в частные руки. — Андрей продолжал поглаживать переплет «Благовествования». — Слушай, — он пожевал губами. — Может быть, все-таки продашь, а? Хорошие же деньги плачу.
— Нет, — в третий раз отверг заманчивое предложение Саша. — Недельки через две, максимум через месяц, заберешь и так. У тебя даже сохраннее будет. А то и верно жиром еще заляпаю. Такое-то сокровище. — Он улыбнулся, однако приятель шутки не понял, помрачнел от одной только мысли, что Саша может заляпать подобную ценность жиром. — Но пока она мне нужна.
— Ладно, — вдруг легко согласился Андрей и поднялся. — Нужна так нужна. Как говорится, хозяин — барин. А где купил-то, говоришь?
— На Сухаревке, в метро.
— А что ты делал на Сухаревке? — удивился Андрей.
— Да в Склиф ездил, — отмахнулся Саша. — К одному деятелю.
— А, — понимающе мотнул головой Андрей. — Ясно. На Сухаревке, значит? А как выглядел этот тип? Ну, тот, что книгу продавал?
— Тебе-то зачем?
— Так. Съезжу на всякий случай. Вдруг он еще что-нибудь из раритетов принесет? По червонцу, — Андрей нервно улыбнулся.
— Низенький, примерно вот такой, — Саша рукой обозначил рост давешнего продавца. — Серый плащ, кепка. Рыжая щетина. Пожалуй, все.
— Не густо, — оценил Андрей. — Ладно. Найдем как-нибудь. Он поднялся из-за стола. Помялся, поглядывая на книгу, затем решительно махнул рукой:
— Нет так нет. Андрей прошел в коридор, натянул еще сырые туфли, намотал на шею шарф, сам открыл замок и потерянно вышел на площадку. Он пошел вниз по лестнице, и вид у него при этом был такой, словно случилось большое-большое несчастье. Саша закрыл за ним дверь и на всякий случай заперся на все замки. Отчего-то он вспомнил давешнего вагонного собеседника. Интересно, знал ли высокий красавец об истинной стоимости «Благовествования»? Если да, то велик, наверное, был соблазн. А вообще… Крайне любопытная история получается с этим «Благовествованием». И ведь, как нарочно, срастается все один к одному. Сначала Потрошитель рассказывает ему историю Лота, затем забулдыга в метро продает за смехотворную, как выяснилось, сумму редчайшую книгу. То есть не просто редкую, а абсолютно редкую. И страницу он раскрыл именно ту… Нет, насчет страницы оно, может, и совпадение, но вот насчет всего остального… Саша в случайности не верил. У каждого случая имеется своя предыстория, и, когда начинаешь ее изучать, как правило, выясняется, что случайность и не случайность вовсе, а неизбежность. Но неизбежная встреча с алкоголиком в метро… Саша вернулся в кухню, посмотрел на «Благовествование». Стало быть, иностранец напечатал в каждой сколь-нибудь значительной европейской стране по четыре экземпляра. Зачем? Ну, тут более-менее ясно. Скорее всего дело в языках. Европейские языки. Английский, немецкий, французский и так далее. А вот зачем он это сделал? Причуда? Дороговато для простой-то причуды. И уж больно эксцентрично как-то. Кстати, и содержание «Благовествования» необычное. Не каноническое. Саша не очень хорошо разбирался в Священном писании, но историю-то Содома и Гоморры знал. В общих чертах. Ничего даже отдаленно похожего. Кстати, надо бы посмотреть в Библии, как там излагается история царя Аннона и Дэефета. Помнится, была у него Библия. Подарил один из благодарных пациентов. Но прежде… Он снял трубку, набрал номер. Косте можно было звонить в любое время. Тот привык к поздним звонкам и жену приучил. Аглаю, Костину жену, Саша недолюбливал за шумность и вздорный характер. На Косте она только что верхом не ездила, но тот терпел. Говорил: «Любовь». Любовь так любовь. Ему виднее. Саша слушал длинные гудки и представлял себе, как на другом краю Москвы Аглая, досматривая очередную серию какого-нибудь «долгоиграющего» мексиканского шедевра, лениво поворачивает голову и кричит: «Это тебя!» Костя, моющий после ужина посуду, матерится беззвучно, вытирает руки полотенцем и рысью мчится к телефону. Наверное, так все и обстояло, потому что, когда приятель снял трубку, голос у него был как у загнанного аутсайдера.
— Кто? — переспросил Костя сипло. — А-а-а, это ты. Я думал, со службы.
— Слушай-ка, — деловито сказал Саша. — Завтра нам с тобой надо будет съездить в «Ленинку».
— На кой? — недоумевающе поинтересовался тот.
— Понимаешь, сегодня… — Саша подумал, что рассказывать приятелю о книге, об алкоголике, о визите Андрея, об экскурсе в книгоиздание конца прошлого века слишком долго и незачем, наверное. Поэтому он просто сказал: — Это очень важно и, возможно, касается твоего Потрошителя.
— Да? — сразу встрепенулся оперативник. — Давай съездим. Нет вопросов. А когда? Давай с утреца с самого. В девять нормально?
— Нет, Костя. В девять рано. У меня завтра выходной. Я хотел отоспаться.
— А, нет, ну отсыпайся, конечно. На здоровье. Тогда в половину десятого? Подойдет?
— Ты прямо как торговка на рынке, — улыбнулся Саша, механически листая «Благовествование».
— Договорились, — быстро «застолбил отвоеванную территорию» Костя. — Значит, в половину десятого у нас на проходной.
— Идет. Спокойной ночи. И Аглае привет передавай.
— Передам, обязательно, — вздохнул Костя. Саша повесил трубку, прошел в комнату, остановился у книжных полок, задрав голову и приоткрыв рот. Где она? Ага, вон, рядом с исторической энциклопедией. Подставив табурет, дотянулся до Библии, а заодно и энциклопедию прихватил и вернулся в кухню. Сдвинул в сторону пепельницу, сигареты, зажигалку, разложил перед собой книги, раскрыл. Где же это в Библии-то? Даже и не представлял Саша, в каком именно месте следует искать историю Царя Дэефета… А, вот… «Но князья Аммонитские сказали Аннону, господину своему: неужели ты думаешь, что Дэефет из уважения к отцу твоему прислал к тебе утешителей? Не для того ли, чтобы осмотреть город и высмотреть в нем, и после разрушить его, прислал Дэефет слуг своих к тебе?».[3] Интересно, интересно. Здесь князья, там пророк Нафан и предательство царедворца Исава. Кстати, надо бы посмотреть… Нет, о царедворце Исаве в Библии вообще ничего нет. Зато о Нафане есть. Действительно, был такой пророк при Царе Иегудейском Дэефете. Хм, любопытно. Но дело-то даже не в этом. Вот ведь в самой Библии князья открыто говорят Аннону о том, что Дэефет способен на вероломство. И Аннон не удивляется, не возражает: мол, нет, благородный и кроткий Дэефет никогда не совершит ничего подобного! Он не способен на такое! Аннон безоговорочно верит им. Значит, были основания для подобных выводов? Пойдем дальше. «И взял Аннон слуг Дэефетовых, и обрил каждому из них половину бороды, и обрезал одежды их наполовину, до чресел, и отпустил их».[4] Правда, здесь принятие решения приписывают самому Аннону, а не царедворцу Исаву, но суть дела от этого не меняется. Даже по Библии, Аннон не убил послов! Не зарезал, не распял, не отсек головы, не повесил! Хоть и оскорбил, но отпустил живыми! Разве это не говорит о милосердии? Дальше. «Когда донесли об этом Дэефету, то он послал к ним навстречу, так как они были очень обесчещены. И велел царь сказать им: оставайтесь в Иерихоне, пока отрастут бороды ваши, и тогда возвратитесь».[5] Саша закурил новую сигарету. Все интереснее и интереснее. Кто донес Дэефету об оскорблении послов? Посланники не пошли в Иевус-Селим, оба текста — Библия и «Благовествование» — утверждают это недвусмысленно. Их отсутствие не могло породить волнений, поскольку именно в это время они должны были утешать Царя Аммонитянского Аннона. Так кто же сообщил об унижении послов? И откуда, интересно, Дэефет узнал, что посланники ждут его именно в Иерихоне? Саша открыл карту Палестины на последней странице Библии. Вот. Десяток городов. Галгал куда удобнее, да и по дороге. Беф-Арава, Беф-Нимра, Аве-Сеттим, еще пять или шесть названий. Нет, Царь Иегудейский точно знает, что его послы в Иерихоне, лежащем, кстати, в стороне от пути, ведущего в Иевус-Селим. Значит, был некто — странный, никем не замеченный некто, — сообщивший Дэефету об унижении его левитов и о городе, в котором они ждут дальнейших указаний своего царя. В Библии не нашлось места этому таинственному лицу. В «Благовествовании» его имя называется. Доик — бывший наемник, посланный первым царедворцем Аннона, Исавом. А стих дальше так и вовсе начинается интересно: «И увидели Аммонитяне, что сделались они ненавистными для Дэефета…».[6] Как это они «увидели»? Что означает это «увидели»? «Увидели» в смысле «предвидения»? Или в смысле «узрели своими глазами»? Опять же, ненависть — одно из самых любимых библейских чувств. Как там говорил Ангел Нахор? «Его ведет ненависть»! Саша принялся перелистывать страницы, скользя взглядом по строкам. «И поразил Моавитян, и смерил их веревкою, положив их на землю; и отмерил две веревки на умерщвление, а одну на оставление в живых…».[7] Вот это да. Это называется милосердие? Значит, народ, которым правил родственник Аннона, был вырезан Дэефетом. Из троих пленных убивали двоих. Не это ли имел в виду Ангел, говоря: «Его деяния скажут сами за себя»? Судя же по дальнейшему тексту Библии, Дэефет и вовсе прошел с огнем и мечом по всей Иегудее, Сирии и Египту. И аммонитяне уже были покорены им. И сирийцы, и другие соседние народы. Да, должно быть, сильно «любил» Царь Аммонитянский Аннон Царя Израильского Дэефета. И, если по совести, был у него для этого повод. И был у него повод умертвить посланников Дэефетовых, но он этого не сделал! Саша пролистал Библию, внимательно проглядывая столбцы стихов. С другой стороны, аммонитяне и моавитяне тоже были не ангелы. Вот, в Первой книге Царств, царь Наас напал на иегудейский Иавис и грозился принять капитуляцию при условии, что выколет каждому из пленных правый глаз. Короче, тоже те еще добряки. Хотя и не сравнятся с иегудеями. Те, какую главу ни открой, все воюют да убивают. То кого-то, то между собой. В общем, дикий народ был. Саша захлопнул Библию, закурил. Может быть, он рассуждает как атеист, только прочтенное как-то плохо согласовывалось с его пониманием милосердия и кротости. Ему редко приходилось заглядывать в Библию, Ветхий же Завет он и вовсе никогда не читал, но теперь, когда Саша держал в руках Священное писание, у него возникла неприязнь к этой книге. Неприязнь, которую он всегда испытывал по отношению к жестокости. И тем более к жестокости бессмысленной. И вот еще, в Библии нет ни слова об «арамеях». Что это еще за народ? В «Благовествовании» повсюду встречается. Странно. Вроде в «Мастере» насчет арамейского языка что-то было, но не объяснялось, что это за язык, чей. Или объяснялось? Ладно, посмотрим в исторической энциклопедии. Саша принялся листать толстый том и наконец нашел. «Арам — древнее название Сирии». Вот оно что. Сирийцы, значит. Ну, ясно. А он-то голову ломал, что за арамеи такие. Интересно, а насчет Астарты и Ваала есть что-нибудь? На «В». Есть. «Ваал (господин) — название древнего языческого божества шумеро-аккадского происхождения. Первоначально — название божества Солнца. Для культа Ваала характерны человеческие жертвоприношения». И даже портрет прилагается: некто рогатый, глядящий, прищурясь, пустыми глазами в даль. На губах хоть и не улыбка, но намек на нее. Саша хмыкнул. Он не чувствовал угрозы или зла, исходящих от этого изображения. Совсем. А ведь обычно языческих богов изображали злыми, рычащими, извергающими пламя. Про Астарту еще меньше. Супруга Ваала. Царица небес. Богиня Луны. Покровительница любви, счастья, войны и прочее. О, а вот это уже интересно: «Идолослужение Астарте было очень распространено. Даже библейский Царь Соломон ввел поклонение Ваалу и Астарте в Иерусалиме». Любопытно, любопытно. Значит, аммонитяне строили храмы Астарты и Ваала. С другой стороны, Соломон, избранник Божий, вводит в Иерусалиме поклонение Астарте. И как же, интересно, это все соотносится с каноном? В частности, с верой в Иегову? С монотеизмом, наконец? Подхватив со стола «Благовествование», сигареты и зажигалку, Саша направился в комнату, рухнул на диван. Подсунув подушку под голову, открыл нужную страницу.
3
Библия. 2-я книга Царств. Глава 10. Стих 3.
4
Библия. 2-я книга Царств. Глава 10. Стих 4.
5
Библия. 2-я книга Царств. Глава 10. Стих 5.
6
Библия. 2-я книга Царств. Глава 10. Стих 6.
7
Библия. 2-я книга Царств. Глава 8. Стих 2.