Страница 25 из 36
– Дед, у меня на твой счет возникают кое-какие ассоциации, – улыбнулась Мариша. – Ты точно к своим знакомым идешь?
Ничего не ответив и подмигнув ей, дед торопливо выпил свою чашку кофе и исчез.
– Ну, дела, – недоуменно вздохнула Мариша.
И обнаружив, что наконец-то осталась в одиночестве, отправилась в душ. Из душа Мариша плавно переместилась в салон красоты. Она еще утром, сидя возле чашки кофе, заметила, что ее накладные ногти потеряли свой блеск, а один из них и вовсе сломался. Допустить подобную неопрятность Мариша не могла. И поэтому терпеливо сидела, пока мастер рисовала ей новые ногти – все в веселеньких цветочках. Весна и тут вступила в свои права. Настроение у маникюрши было самое оживленное и игривое, она то и дело поглядывала в окно и щебетала без умолку.
– А вы слышали, строители скелет мужчины из земли выкопали! Рыли котлован под фундамент нового торгового центра и вырыли. Говорят, тридцать лет в земле пролежал!
– Что? – дернулась Мариша. – Где?
– Ой! Ноготь смазали! – расстроилась девушка. – Ну что же вы в самом деле! Нельзя же так резко.
– Плевать на ноготь! Откуда вы про скелет знаете?
– Так в газете сегодня прочитала.
И она кивнула в сторону подоконника, где в самом деле лениво шевелились на весеннем ветерке газетные листы. Свободной рукой (одну цепко держала в своих лапках маникюрша) Мариша схватила газету. На первой же странице ей в глаза бросилась фотография Варфоломея Городового. А рядом то, что от него осталось.
Мариша впилась глазами в газетные строчки, надеясь вычитать из статьи что-нибудь новенькое. Но быстро поняла, что все это она уже знает и сама. Про шпагу тоже было сказано, что ее вернут законному владельцу. Правда, имя и фамилия деда не указывались.
– Уже хорошо, – проворчала Мариша.
И отложив газету, погрузилась в задумчивость. Имя автора статьи было ей незнакомо. Ее написала какая-то Р. Веретенникова. Но ведь это мог быть псевдоним? И потом, автор статьи был слишком хорошо информирован. Такие подробности знали только сами участники расследования.
– Кто же из наших друзей постарался? – задумалась Мариша.
Затем она все так же, одной рукой, набрала номер Жаннин. Но та про газету слышала впервые. Заинтересовалась, но поклялась всеми своими родственниками, что никому про расследование не рассказывала.
– Да ты что? Я сама себе не враг. А стоит моей маме узнать, что за дела творятся у нас на стройке, она себе вообразит бог весть какие ужасы. И будет меня за ручку водить.
За себя и свою ближайшую подругу Мариша тоже была уверена. Значит, проболтался кто-то из архитекторов.
– Хм! Веретенникова. Девица, похоже…
И Мариша ощутила нечто вроде ревности. Статья вышла сегодня утром. Значит, вчера или позавчера кто-то из мужчин встречался с этой Веретенниковой. Возможно, что даже это был Саша. И вероятней всего, что он встречался с этой особой в вечернее или даже ночное время. И не сказал об этой встрече, потому что она носила интимный характер. А стало быть, напрасно она себе вообразила, будто бы он так уж заинтересовался ее персоной. Не говоря уже о том, что сам он нравится Жаннин.
Ощутив одновременно обиду за себя и за свою подругу, Мариша просидела остаток процедуры как на иголках. Ей не терпелось мчаться в редакцию «Феррум» – так называлась эта газета, чтобы взглянуть в глаза этой бесстыжей журналистке. Почему-то Мариша не сомневалась, что это будет страшноватая девица с облупленным маникюром, давно немытыми волосами и несвежим дыханием сигаретного дыма изо рта.
В принципе все так и оказалось. Ошиблась Мариша лишь в одном. И теперь она с недоумением созерцала здоровенного детину, на которого ей указали, когда она спросила Р. Веретенникову.
– Ну, я это, – кивнул головой детина, причем Маришу чуть с ног не свалило исходящее от него амбре. Сигареты плюс пиво. – А в чем дело?
– В чем дело?! Это вы мне скажите, в чем дело! Зачем вы женским именем подписываетесь? Людей только в заблуждение вводите!
Детина похлопал глазами.
– Знаете, вы первая, кого в моих статьях не устраивает именно это обстоятельство.
– Меня и другое не устраивает! Зачем вы про этот скелет всему городу разболтали?
– Мы и в Москве продаемся, – с гордостью просветил ее «Р. Веретенникова». – И в регионах тоже. Кстати, будем знакомы – Максим!
Мариша пожала протянутую ей руку, машинально отметив, что та явно нуждается в мыле, горячей воде и хорошей жесткой щетке, чтобы отчистить грязь под ногтями.
– И кто вам слил информацию?
Макс приосанился.
– Это служебная тайна!
Мариша прикинула. Кто из троих больше подходил на роль приятеля Макса? Олег – сущий живчик, но он за рулем и почти не пьет. Гена – жуткий зануда, не пьет из принципа. Остается красавчик Саша. В принципе тот обладал легким характером. И мог сойтись даже с таким колоритным типом, каким, бесспорно, был журналист.
– Ну да, – разинул рот Макс. – Он мне эту историю рассказал. А зачем вы тогда спрашивали, если сами все знаете?
– А фотографии тоже он предоставил?
– Не-а. Фотографии – это уже я сам. Может, по пивку?
От пива Мариша отказалась. Но с журналистом в кафе за компанию посидела.
– С красивой девушкой и таранька за воблу сойдет, – мотивировал свое предложение Макс, забавно блестя глазами на Маришу.
Та лишь кокетливо поправила волосы. Сдался ей этот грязнуля.
– Ну так вот, – говорил Макс, заедая водянистое пиво солеными сухими рыбками.
Они были посыпаны пряностями. И воняли так сильно, что временами перешибали даже собственный аромат Макса. В такие минуты Мариша терялась, обмахиваясь надушенным платочком.
– Шурик быстро напился, – рассказывал Макс. – Ему ведь с непривычки много не надо. А я потихоньку из его телефона эти фотки и перекачал. Как чувствовал, что пригодится! Нет, что ни говори, а мастерство не пропьешь!
Мариша загадочно улыбнулась. Открыть рот она была не в силах, потому что в этот момент Макс достал пачку «Беломора», дым которого органично соединился с перегаром, вонючей рыбешкой и запахом чего-то подгоревшего из кухни кафе, где они сидели. Получился неповторимый сложный аромат, в своей отвратительности даже чем-то завораживающий.
– Честно говоря, я сначала этот материал в номер давать не собирался. Но очень уж ночь бурная выдалась. Утром прихожу, а главный статью какую-то спрашивает. Я и забыл совсем, что еще вчера ее сдать должен был. И вижу, не прокатит, если я ему чего-нибудь не влеплю. Ну и дал этот материалец. А чего? По-моему, неплохо получилось.
Мариша пожала плечами. Настроение у нее заметно улучшилось. Ревность совершенно покинула ее сердце. Только последний извращенец был способен заподозрить в давно немытом Максе объект для сексуального вожделения. Хотя, если его помыть и почистить, то, возможно, под слоем грязи и обнаружится что-то приличное. Но пока Мариша решила оставить журналиста «про запас». На самое голодное зимнее время, когда все другие кавалеры будут уже «съедены». В конце концов тогда можно и Макса попытаться отмыть.
К тому же она обратила внимание, что патлатый Макс пользуется повышенным вниманием представительниц женского пола. Кафе находилось в самой редакции, в полуподвальном помещении. И к Максу то и дело подходили какие-то девушки, явно заигрывая с ним. Маришу это изумляло.
Может быть, она просто чего-то не понимает? И Макс грязнуля не по неаккуратности, а это его стиль. Что же, Мариша должна была признаться самой себе: чем бы ни руководствовался Макс в выборе своего имиджа, на женский пол он действовал.
– Максик, зайдешь ко мне? – пропела одна из красавиц. – Вместе выберем место, куда твою статью поставить. Есть место на второй полосе, но в центре. Или на последней в самом низу. Так зайдешь?
– Обязательно, Светик. Вот пиво с девушкой допью и поднимусь.
Светик стрельнула в сторону Мариши откровенно злым взглядом. И Мариша поняла, что девушка ревнует. Она еще раз внимательно посмотрела на Макса. Да, пожалуй, если отмочить его в ванне, то… Но ее мысли прервало гудение телефона. Ей пришло сообщение от Артема – несколько цифр в строчку. Без труда догадавшись, что это ей послан номер сотового телефона Никиты, Мариша радостно набрала эти цифры.