Страница 17 из 56
Хмм, интересный метод, надо будет взять на заметку.
— Все в порядке, просто Его Величество решил лично поговорить со всеми участниками шабаша, — проблеял секретарь, а я понял, что у меня даже волосы на голове встали дыбом от таких новостей. Я был готов побиться об заклад, что общаться король будет совсем не в своих покоях, а в тронном зале в присутствии всего двора.
— Это ты называешь в порядке? — процедил я, но секретарь только пожал плечами, пробормотав что-то на тему того, что король в той стране все равно главный, а кто он такой, что ослушаться его приказов.
Я уже хотел было высказаться о том, что не все приказы надо выполнять, особенно если они откровенно идиотские, но вовремя осознал, что моя фраза все равно ничего не изменит. А свои силы и энергию намного лучше потратить на то, чтобы остановить и по возможности предотвратить вероятный конец света.
Ладно, я преувеличиваю, но как еще назвать ситуацию, в которой по прихоти не самого разумного монарха все детали весьма запутанного, сомнительного и нераскрытого дела выльют во всех подробностях куче народу?
Неужели это глава ковена постаралась? От одной только этой мысли захотелось так и вовсе перейти набег. А что? Я ведь отказался взаимодействовать, а ведьмам нужна информация. Понятное дело, что они не могли напрямую воздействовать на короля с помощью своей магии, но вполне могли простым разговором намекнуть и распалить. Его Величество, как известно, весьма скор на решения, особенно если это глупые решения.
Я несся по пустынным коридорам канцелярии, мысленно молясь, чтобы я успел и чтобы Эву Малорай — самую главную свидетельницу и подозреваемую — не успели начать допрашивать. Шансов на это было весьма немного — что возьмешь с ведьм, которые не в состоянии произнести и членораздельного звука? Но чем Верховный не шутит?
Внезапно прямо под ноги мне попался черный кот, я, естественно, запутался в ногах и тут же растянулся на полу.
— Не стоит с самого утра так много пить, даже если ты глава тайной канцелярии, иначе не избежать конфуза, — высокомерно произнес кот, а я потерял дар речи. Мне было совсем несложно очень быстро понять, кто именно передо мной. Это не просто какой-то там черный кот. Нет, это фамильяр Эвы. Как там его зовут?
А впрочем, не важно, гораздо важнее, почему эта противная мохнатая тушка сейчас свободно гуляет там, где ему гулять совершенно не положено, вместо того, чтобы помогать и контролировать свою хозяйку?
— Что ты здесь делаешь, мерзкое чудовище? — процедил я, поднимаясь и окидывая кота внимательным взглядом. Что-то в его облике буквально кричало о том, что здесь дело нечисто, но я все никак не мог понять, что именно.
— Как и положено любому уважающему себя коту, я гуляю сам по себе, — нагло заявил мне это засранец, который вылез из странного места на окраине. Как его называли? Жопопир или, кажется, Пирожир? Что-то в таком духе.
Я попытался ухватить мерзавца к себе на руки, но он умудрился выкрутиться и в ответ больно поцарапать мою руку.
— Не трожь красоту, не для тебя цвела!
Очень захотелось грязно выругаться, удивительно, но фамильяр бесил меня даже больше, чем его хозяйка.
— А тебе не кажется, пушистый мерзавец, что ты должен быть со своей хозяйкой, а совсем не шляться одному по коридорам тайной канцелярии, вынюхивая непонятно что? — язвительно поинтересовался я, хотя прекрасно понимал, что мне совершенно не стоит тратить свое драгоценное время на кота, а лучше поторопиться к королю, пока не случилось что-то ужасное. Хотя о чем это я? Оставлять этого засранца тут одного тоже нельзя. У меня ни на миг не было сомнений в том, что котик прекрасно умеет не только читать, но и просачиваться в те места, где ему бывать совершенно не надо. Да и вообще, каким образом эта черная тушка умудрилась покинуть камеру?
Хороший вопрос!
— Когда мне кажется, мне хочется сделать круг Верховному, но я вовремя вспоминаю, что мои когти для того не предназначены, и вообще я фамильяр, и мне сразу перестает казаться что бы то ни было, — с чувством собственного достоинства просветил меня кот.
— Она, между прочим, сейчас у короля, ничего, если ее решат казнить? Что тогда будешь делать? — ехидно поинтересовался я. Я знал, что обычно смерть владельца становилась невосполнимой потерей для фамильяра, создать новую связь не получалось, и фамильяр медленно дичал, сходил с ума, а затем и вовсе умирал. Ни одно существо в трезвом рассудке не захочет себе подобного конца, ни один фамильяр не станет подвергать своего хозяина подобной опасности, это попросту глупо.
— Прости, но мне нельзя к королю, у меня чудовищная аллергия на глупость, — нагло заявил кот, а я даже воздухом подавился. Даже у меня не хватало смелости для того, чтобы произносить нечто подобное вслух. Это было слишком опасно.
— Ну, а если ее все же решат казнить, чего я на данный момент не чувствую, то я уж, не обижайся, воспользуюсь своим когтями и начну действовать не только мерзко, но и противозаконно. Надеюсь, ты не будешь на меня в обиде, жить все-таки хочется, и сметанки я еще вдоволь не накушался, — многозначительно проронил кот, вот только меня из всей этой эскапады интересовало нечто совсем другое.
— Ты можешь чувствовать Эву? — переспросил я осторожно, это были весьма интересные новости и очень опасные для самой девушки. Не то чтобы меня сильно интересовала ее судьба, она мне не родная, но все же пока она является моей главной свидетельницей и должна помочь расследовать это весьма сложное дело.
Дело в том, что редко какие ведьмы могли иметь настолько сильную связь с фамильярами, чтобы он мог ощущать из эмоции — говорят, что фамильяр первой главы ковена, которая и основала всю ведьминскую систему, мог даже слышать мысли и что происходит вокруг хозяйки и наоборот. Но я отказывался верить в такие россказни, уж слишком бредовыми они были. Но вот то, что этот котик чувствовал свою хозяйку, порождало много новых вопросов. Почему, если Эва такая сильная, ей не дали возможность получить диплом и стать полноценной ведьмой? Ни за что не поверю, что ковен, видя потенциал, не пошел бы ей навстречу и не решил вопрос со взносом за разрешение и прочими бюрократическими формальностями, которые необходимо совершить для того, чтобы стать ведьмой.
— Я чувствую? Разве я такое говорил? — тут же пошел на попятную этот комок шерсти и мяса, но я не был бы главой тайной канцелярии, если бы меня можно было так легко обвести вокруг пальца.
Котик в моих руках притих, видимо, размышляя о том, как будет выкручиваться или же о чем-то своем кошачьем, а я, наконец, очутился на дворцовой стороне и уже в совсем других интерьерах, полных роскоши.
— Ах, какой у вас восхитительный красавчик! — тут же защебетала первая попавшаяся мне по пути придворная дама, указывая на мерзкого фамильяра своим веером, а вот котик тут же поспешил воспользоваться представившейся возможностью и поспешил улизнуть, больно укусив меня за палец. Затем паршивец и вовсе шмыгнул даме под юбку, уж не знаю, что именно он там вытворял, но только дама с ревом поверженной бегемотихи начала падать прямо на меня. В результате пока все пришло в более-менее относительный порядок, мерзкий кот уже успел скрыться в неизвестном направлении.
Я же грязно выругался, ничуть не обращая внимания, на тут же собравшуюся падать в обморок придворную даму.
У меня не было времени для того, чтобы сейчас заниматься поисками этого кота, мне нужно было как можно быстрее оказаться в приемном зале, потому что мне хотелось верить в то, что у короля все же хватит мозгов не допрашивать Эву и прочих в тронном.
— Где принимает король? — поинтересовался я у пробегающего мимо пажа. Эти малыши если умудряются выжить и не сойти с ума за первый год службы, потом становятся прекрасным источником информации, и для того, чтобы заранее установить отношения, полные взаимопонимания, я протянул ему мелкую монетку. Понятно, что отвечать мне он был обязан, но ведь и ответить можно по-разному. И детали забыть немаловажные.