Страница 29 из 71
Сам налог кому-то показался высоким, а кому-то низким. В любом случае, его можно повысить или понизить. Пока, по прикидкам Иосифа Моисеевича, корзину рыбы можно будет купить за копейку, небольшой деревянный дом — за пятьдесят рублей, тарелку — за две копейки, а простой работяга зарабатывать в месяц должен примерно три рубля. Таким образом, если семья большая, то в месяц может зарабатывать до десяти рублей, то есть один серебряный, и налог для них составит десять процентов. Совсем другое дело, если в семье человек один, тогда отдать в качестве налога придётся уже треть честно заработанного.
На мой взгляд, вполне справедливо. Семей у нас была примерно тысяча, соответственно, налога в казну ежемесячно будет поступать столько же, если не учитывать кузницу и гончарную мастерскую. Когда закончили обсуждение пополнения казны, Иосиф Моисеевич стал рассказывать о том, какие нам предстоят расходы. Я переводила на местный язык, так как остальные земляне успели выучить лишь отдельные слова.
— В столице у нас десяток солдат и глава полиции с одним подчинённым, в посёлках ещё девять полицейских и столько же старост. Ещё нам нужно обеспечивать Саяна и платить ему и его людям, которые отправились далеко не в последнюю экспедицию. Ещё на шее государства сидим мы — члены совета и Мелисанда. Итого почти пятьдесят рыл, на оплату которым уйдёт рублей двести. Если брать по максимуму, то двести пятьдесят. Таким образом, в казне молодого государства останется ещё семь с половиной сотен рублей. Учитывая то, что мы собираемся открыть школы, построить ратушу и множество других полезных сооружений, эти деньги очень нам понадобятся. Теперь предлагаю решить, какие кары обрушатся на того, кто откажется налог выплачивать.
Спор разгорелся с новой силой, ведь решить нужно было не только то, что делать с должниками, но и с преступниками вообще. Ведь у нас не было лишних людей, которые бы могли охранять заключённых.
В итоге решили, что после разовой неуплаты налога нарушителя предупреждали, ведь мало ли какие обстоятельства могли помешать выплатить налог. После второго, либо небольшого нарушения порядка, преступника избивали. За третью неуплату либо средней тяжести преступление отрезали ухо. А за четвёртую или тяжёлое преступление ждала смерть.
Вот такое суровое законодательство.
Через пару дней, чтобы запустить процесс обращения денег, устроили небольшой праздник и раздали каждому гражданину независимо от возраста по двадцать копеек или по два рубля. Остальное пока оставили в казне. Граждане были рады.
Исходя из расчётов нашего министра финансов стало понятно, что мы можем нанять к тому, что есть, две с половиной сотни людей. А ведь у нас ещё Андрей находится в спасательной экспедиции, а у него в подчинении почти пять сотен разумных. Когда они вернутся, им нужно будет платить жалование. В начале можно будет использовать запасы казны, а после либо распускать флот, либо искать иные способы финансирования. Хотя, чего я переживаю, у нас теперь есть Иосиф Моисеевич, вот он путь и думает, что и как.
Ну а мне разрешили нанять две сотни строителей, сотню из которых я решила использовать в столице и по десятку отправила в посёлки. Шахтному досталось два десятка — Гравиус выпросил. Похоже в иерархии нашего государства его посёлок будет занимать почётное второе место после столицы. Несмотря на неказистые жилища и антисанитарию, гном показал себя хорошим управленцем и организатором. Кроме того, он очень увлечённый разумный, искренне болеющий своим делом. Из всех моих знакомых есть лишь ещё один такой — Марон.
В посёлках в первую очередь я решила возводить общинные дома, они же общежития, так как скоро прибудет Андрей с очередным пополнением. и где-то придётся размещать три тысячи обалдуев. В столице же закипело сразу несколько строек. Два с половиной десятка работников строили ратушу, ещё столько же — первую школу, а полсотни перерывали землю под укладку канализационных труб, которые уже изготавливались в гончарной мастерской.
Казна, чьи размеры прежде казались мне огромными, таяла на глазах, хотя мы даже не успели никому выплатить жалование. Приходилось постоянно закупать кирпичи, инструменты и прочую мелочь.
Едва началась великая стройка, как сразу же остро встал вопрос нехватки досок. Нет, я знала, что они нам понадобятся, и даже собиралась построить пилораму в ближайшее время, вот только сварливый гном всё упрямствовал и отказывался изготовить пилы, аргументируя тем, что он ещё в прошлый раз все нервы потратил при изготовлении столь непростых изделий, а нам нужно было забирать пилы со старой пилорамы. И ведь не объяснишь ему, что времени на сборы у нас не было, а возможность спастись на кораблях просто удачно подвернулась в последний момент.
С гномом хорошо ладил Саян, но его, как назло, не было рядом. Пришлось просить о помощи Мелисанду. Она потратила целый день на споры с кузнецом, но в итоге он всё же пообещал изготовить полотна пил для пилорамы в ближайшее время. Едва узнав об этом, я перенаправила часть рабочих со строительства канализации на изготовление ещё одной водяной мельницы, на которой вскоре мы будем пилить доски. Сейчас мы изготавливали столь нужный материал самым простым способом — забивали в брёвна клинья, раскалывая их на части. Медленно, тяжело, да и результат имеет очень низкое качество, доски зачастую получаются кривыми и перекошенными, но лучше так, чем вообще никак.
Вообще нам крайне повезло, что мы находимся на континенте, где нет других государств. Во-первых, в лесах полно дичи, а в реках — рыбы. Можем использовать дары природы на полную катушку. На этот год их должно хватить, а к следующей весне мы должны успеть подготовить землю под распашку и приготовить семена. Во-вторых, нам достаточно армии, состоящей из десятка человек — нам не нужно защищаться от соседей. Всё, что делает сейчас войско — тренируется, готовит стрелы и время от времени гоняет хищников в округе. Ну а на случай, если придётся отбиваться от собственных людей, взбунтовавшихся по той или иной причине, у нас есть тяжёлая артиллерия — Оло и Саян. Очень весомые аргументы.
Кстати, насчёт соседей — меня постоянно мучает и пугает вопрос, почему на этом континенте никто не живёт? Нет подходящих кораблей? Вряд ли это может быть помехой. Есть предположение, что коренные жители Америки — индейцы — никакие не коренные, а потомки китайцев, каким-то образом попавшие в старый свет за несколько сотен лет до Колумба. А вот то, что туда плавали викинги ещё в тысячном году, — это факт. Есть предположения, что и древние римляне в Америке побывали. С другой стороны, здесь, на Триале, ещё не средневековье и даже не античность, а скорее бронзовый век или начало железного. Поэтому теория о том, что сюда никто до нас не доплыл, вполне жизнеспособна.
Если не вспоминать о древних. О них лучше вообще не вспоминать, так как стоит лишь подумать о них, и сразу мозг стремиться выпрыгнуть из головы и найти себе более спокойное для существования место. Ни земляне, прибывшие в этот мир специально для расследования тайн древних, ни аборигены ничего толком не знают об этих существах, кроме того, что они создали врата, благодаря которым мы оказались в этом мире, и много других загадочных сооружений и артефактов. Куда они исчезли? Неизвестно. Возможно, их сразила какая-то инфекция, может быть, они достигли такого уровня развития, что существуют сейчас на совершенно ином уровне бытия, недоступном для нашего понимания, а может быть, их убили арахниды.
В любом случае, их исчезновение пугало, также, как и отсутствие разумной жизни на Халионе. Возможно, экспедиции во главе с Саяном удастся ответить на часть вопросов, и мы не исчезнем, подобно древним, оставив после себя лишь руины.
А чтобы уменьшить вероятность исчезновения, придётся как следует потрудиться. Как только закончатся работы по строительству канализации, освободившихся работников я перенаправлю на строительство булыжной мостовой, а уже после займёмся возведением стен, раза в два более высоких и прочных, чем в ущельях Чивуака, чтобы ни один враг не смог их преодолеть, будь это хоть десятиметровая тварь.