Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 5 из 40

— Не она, а её подруга, — Камишев отпил воды из стакана и улыбнулся краешком губ. — Позже обязательно расскажу, а пока сменим тему на более существенную: Кто тот герой, что доставил тебе проблем?

Проявление подобной заботы всегда сказывалось на мне самым банальным образом. Ещё со школы я так привыкла, что можно разреветься в мужскую рубашку и тебя обязательно пожалеют, что и сейчас едва сдержалась, чтобы слезу не пустить.

Но правда в том, что этого не случалось слишком давно, чтобы сейчас начать жалеть себя, как раньше. Ржавую иголку не вытащить из груди, но я никому не должна её демонстрировать, даже если это хороший друг, который старается о тебе заботится.

— Да на работе проблемы, — отмахнулась я. — Но нет ничего нерешаемого, не волнуйся. Я справлюсь.

К нам подошёл официант с меню. Его Камишев окинул придирчивым взглядом, наверняка отмечая опрятность формы и уровень доброжелательности в улыбке.

— Рекомендую блюдо дня. Сегодня отменное жаркое под сырной корочкой от шефа.

Я открыла меню сразу на разделе салатов. Есть на ужин мясо не собиралась. И без того по утрам встаю разбитая, будто в шахте по ночам работаю. Выбор пал на овощной салат и апельсиновый сок.

Макс заказал стейк и вино, не одобрительно при этом глядя на меня. Я уже знала, что как только официант скроется с глаз, мне начнут есть мозги чайной ложечкой, поэтому книгу меню отдавала неохотно.

И я оказалась абсолютно и полностью права.

— Ты должна больше отдыхать и нормально питаться, Алиса.

— Я нормально питаюсь, — улыбнулась натянуто.

Лгать неприятно. Лгать плохо. И да, я так и не научилась это делать, поэтому Камишев раскусил меня, как семечку.

Он подвинулся и положил пальцы на мою ладонь.

— Может, мне стоит заезжать к тебе в офис на обед, чтобы проследить за этим?

В одночасье стало как-то очень нервно. Намёк был прозрачнее некуда, но к отношениям я пока не готова. Вернее, до сих пор не готова.

Я уже собиралась одёрнуть руку и отшутиться, но меня неожиданно спас телефон, который уже через секунду захотелось разбить об ближайшую стену.

— Алиса Викторовна, у нас ЧП!

Чего и следовало ожидать. Сложно представить себе ситуацию, в которой я встречаюсь с Камишевым и не получаю известия о ворохе проблем из «Страны чудес». Нет, так не бывает. Я знала об этом уже тогда, когда отвечала на сообщения парня. И поэтому совершенно не удивилась. Как не удивился и Макс, устало вздохнув, когда увидел выражение лёгкой паники на моём лице.

– Что на этот раз? Пожар? Потоп? Облава?

– Рецидив, – выдохнула я, сорвав сумочку со спинки стула. – Я позвоню, как доберусь.

Камишев только рукой махнул, мол, да-да, я знаю, беги.

И мне было очень стыдно, что так выходило всякий раз, будто сама вселенная против нашего общения.

Запрыгнув в машину, я сорвалась с места так, будто от этого зависела моя жизнь, так, будто где-то случился пожар, а я единственная, кто способен его потушить. Уже выезжая с парковки, я бросила взгляд на зеркало заднего вида и едва не нажала на тормоз. Далеко позади, а точнее, у входа, мне показалось… Показалось, что там стоял сам дьявол. Расслабленная поза, руки в карманах брюк, и взгляд, устремлённый прямо в мою душу, минующий зеркало заднего вида.

– Нет-нет, – я устремила взгляд на дорогу, тряхнула головой и стиснула зубы, выруливая на оживлённую улицу. – Просто показалось.

Но острый страх уже начал наматывать внутренности на свой маховик, корёжа не только нервную систему, но и весь мой внутренний мир. Я уже и позабыла, что стало причиной моего стремительного путешествия до кафе. Прошлое застило глаза болезненными событиями, вынудив провалиться в эмоциональные ямы и потеряться от действительности.

***

Если бы неприятности умели звучать, они бы звучали, как «Стужев». Я уверена, именно с этим звуком открываются врата в ад. Именно с этого звука начинаются все мои проблемы.

– Думаю, мы сможем договориться.





Улыбка Нины Семёновны была похожа на акулий оскал. Подоплёки в этом заявлении не услышал бы только глухой.

– Твои оценки по английскому, конечно, не очень хороши, но, разумеется, это исправимо.

Английский. Из всех предметов он единственный мне не давался. Не помогали ни заученные слова, ни репетиторы. Неудивительно, что заявление завуча и преподавателя иностранного языка меня сначала обрадовало. Я хотела красный аттестат, а этот проклятый предмет был единственной преградой к нему на пути.

– Я вся внимание, Нина Семёновна, – улыбнулась я.

И продолжала улыбаться ровно до её слов, которые вышибли землю у меня из-под ног.

– В вашем классе есть мальчик с плохой успеваемостью. Я бы хотела, чтобы ты немножко ему помогла. Стужев мне всю статистику портит, а это, как ты знаешь, не есть хорошо.

Вам знакомо ощущение безысходности?

Просранная ипотека, скорая смерть, тюремный срок? Нет! В семнадцать лет единственной катастрофой после тройки в аттестате для меня мог стать только Стужев!

Оторопев, я смотрела на пожилого преподавателя, ещё лет десять назад отказавшегося от выхода на пенсию, и просто не знала, что ответить. Отказаться не могла в силу понятных причин. Но согласиться? Помогать самому главному раздолбаю в школе?

Я до сих пор не понимала, как его с такой успеваемостью перевели. Понятно, что по блату, но должны же быть пределы разумного в сфере образования! С первого дня он всем показал, что ему глубоко наплевать на всех и вся. Спал на занятиях или вовсе на них не являлся, протирая штаны где-то на заднем дворе.

И вот как я должна помогать тому, кому эта помощь и даром не нужна?

– Нина Семёновна, – отошла я от шока наконец, – Вы понимаете, что ставите мне невыполнимую задачу? До конца учебного года осталось пять месяцев.

– Алиса, ты очень плохо думаешь об этом парне, – улыбнулась она, отчего взгляд обычно строгого преподавателя стал теплее. – Он очень способный парень, просто растерял жизненные приоритеты.

Мозги он свои где-то растерял, а не приоритеты! Какие могут быть оправдания у глупости, безответственности и расхлябанности? У бесцельного существования? Если бы он был способным, то активировал бы вещество в своей черепной коробке, которое у нормальных людей выполняет мыслительные функции! Никто другой за него это не сделает.

– К слову, он очень хорошо владеет английским. Всё детство прожил в Штатах. По этому предмету к нему нареканий нет, но вот по остальным его бы...

– Подтянуть? – предположила я.

На что завуч снова улыбнулась:

– Нужно разбудить в нём желание учиться, Алиса. А для этого нужен толчок.

– Но...

– Я думаю, ты прекрасно с этим справишься, девочка.

Меня похлопали по плечу и указали на выход, не обращая внимания на полную мою растерянность. Как она вообще представляла себе мой подкат к Стужеву? «Эй, Ярослав! Давай заключим взаимовыгодную сделку? Ты подтянешь меня по английскому, а я разбужу в тебе желание учиться!» Да он же пошлёт меня на три советские буквы, предварительно дав пинка под зад. Не посмотрит, что девчонка. Таким как он, нет разницы, кто перед ними.

Из школы я выходила темнее тучи. Всё никак не могла в голове уложить условия Нины Семёновны. Нет, конечно, я бы вообще могла не браться за это, ведь она ясно дала понять, что в любом случае поможет, но... это ведь будет совсем нечестно. А нечестно – это не про меня. Так что я должна придумать что-то, чтобы заставить этого засранца учиться.

– Лиса-Алиса! – на меня налетел вихрь безудержного веселья по имени Пашка. – Я думал, ты давно домой ушла.

Увернувшись от щелчка по носу, я шлёпнула парня по плечу и улыбнулась в ответ. Пашка был тем, кому я могла простить вообще всё, поэтому ему позволялись не только такие шалости, но и отлынивание от учёбы во время соревнований.

– А ты откуда?

– А, – взъерошив волосы, Пашка махнул рукой и снова беззаботно улыбнулся, – пацаны просили задержаться после занятий.

Я взволновано взглянула на него, памятуя о недавней драке из-за его отношения к этим самым пацанам.