Страница 132 из 134
Виолетта помедлила, не решаясь нарушать незримые границы, которые установила с братом ещё много лет назад. Даже, если Влада здесь нет, эта комната навсегда останется его комнатой. Но любопытство победило, и Виолетта заглянула внутрь.
Она не узнала эту комнату. То, что подчёркивало его индивидуальность, исчезло — разбросанные по комнате неудачные наброски. Иногда Влад комкал вырванные из блокнота листы и кидал в корзину для мусора прямо с кровати. Часто промахивался. И они могли долго валяться, пока Марта с боем не проводила уборку. Только вскоре комната вновь принимала былой вид. Исчезли и прикреплённые к стене рисунки.
Лишь сейчас Виолетта задумалась, что Влад мог делать это намеренно. Позлить лишний раз тётю; доказать то, что бессмысленно доказывать. А теперь оставалось лишь гадать, хотел бы Влад изменить что-то в их отношениях, если бы была такая возможность? Шаонцы унесли всё, оставив лишь мебель. Комната и так всегда выглядела незавершённой. Даже корзина для мусора теперь пуста.
Девушка не стала заходить дальше порога. Заглянуть в комнату Марты не хватило духу. А когда зашла в свою, на ум не пришло никаких воспоминаний, связанных с ней. Это была лишь комната. Такая же, какой Виолетта её помнила. Здесь всё оставалось нетронутым. Да и брать особо было нечего. Она не хранила у себя никаких документов или снимков. Документы Марта хранила где-то у себя. Другие более-менее полезные вещи оставлены на чердаке. Наверняка шаонцы забрали все коробки. Не оставили ничего.
Но Виолетте и не хотелось видеть это барахло. Когда-то было приятно рассматривать старые вещи родителей, держать в руках крошечную частичку воспоминаний. Но теперь от одной мысли об этом становилось неприятно. Слишком много воды утекло. А встреча с Эдуардом испортила всё, что осталось.
Позади тихо скрипнул пол. Через минуту в комнату заглянул Денис. Виолетта устало подошла к кровати и опустилась на край. Раньше кровать казалась в меру мягкой и удобной. Сейчас девушка обращала внимание лишь на холод заправленного одеяла. Лунный свет падал из маленького окна на пол. Свет включать не хотелось. Виолетта стеснялась показывать свои эмоции.
Бросила незаметный взгляд на Дениса. Он с любопытством рассматривал обстановку. Виолетта лишь сейчас осознала, что ни разу сознательно не приводила его сюда. Он был здесь лишь однажды, когда привёз её спящую домой. Вряд ли у него хватило наглости осматриваться.
Теперь патрульный будто изучал её прежний мир. Ключевое слово здесь «прежний». Сейчас всё казалось чужим. И комната, в которой Виолетта прожила всю жизнь, больше не создавала прежнее чувство безопасности. Да и Виолетта больше не считала её своей.
Романов словно понимал это. Но всё равно испытывал любопытство. Было странно находиться рядом с ним и не ощущать его эмоций. Оставалось лишь гадать о чём он думает, что сейчас чувствует. Виолетта безумно хотела взять его за руку, но не знала, захочет ли он этого. Возможно, его чувства сильно изменились.
Она посмотрела на кружок лунного света, вальяжно расположившийся на полу. Узкая тень Дениса легла на него, словно имела собственные мысли и цели. Эта тень падала и на душу. Нащупав в кармане медальон, Виолетта достала его. Медленно покрутила, рассматривая гравировку. Он тоже оказался здесь впервые спустя долгое время. Словно и правда ничего не изменилось.
Долгое время девушка не могла расстаться с этим медальоном. Когда-то он имел для неё какой-то важный смысл. А теперь это просто реликвия клана. Прошла целая вечность. Их преследовало множество сложных дней. Проще сосчитать по пальцам хорошие дни. Возможно, так будет всегда. Только это не повод топтаться на месте.
И теперь Виолетта осознала, что готова, наконец, перелистнуть эту страницу. Она молча протянула медальон Денису. Сделала то, что нужно было сделать ещё в самом начале. Когда они встретились возле особняка Баронов. Но сперва этот медальон был инструментом для получения желаемого, а потом девушка к нему привязалась.
Патрульный бесшумно приблизился и забрал его. Их пальцы на мгновение соприкоснулись. Виолетта сдержала порыв прильнуть к нему. Ей казалось это неуместным. Лишь сейчас она подняла взгляд на освещённое лунным светом лицо. Денис был полностью спокоен. Не испытывал никаких эмоций. Но следовало что-то сказать. И после минутного молчания он нарушил тишину:
— Долго же ты тянула!
— Ждала подходящего момента, но он, видимо, никогда не наступит.
— Видимо.
Да и разве можно подобрать более подходящий момент? Сейчас они здесь вдвоём, без лишних глаз и ушей. Находятся в небольшой комнате, которая навсегда сохранит в тайне этот разговор.
Денис, вероятно, подумал о том же. Только волновало его другое. На медальон даже не смотрел. Небрежно надел и спрятал под одеждой. Словно он не имел никакого значения.
— Знаешь, как только мы выйдем отсюда, жизнь быстро изменится! — задумчиво проговорил патрульный, осторожно подводя её к чему-то. — Не знаю, сколько спокойных дней у нас осталось. Будет ли время разобраться… Хочу понять кто мы друг для друга. Хочу выяснить это сейчас и не выставлять потом на всеобщее обозрение. Если понимаешь о чём я.
Сердце забилось сильнее, предвкушая долгожданный момент.
— Кажется, понимаю! — согласилась девушка, сохраняя напускное спокойствие.
Она захлёбывалась от множества непонятных чувств. От этого разговора зависят их дальнейшие отношения, но Виолетта могла думать только о Владе и пустоте, которая образовалась с его уходом. Ещë её беспокоило, что скоро не будет чистого неба над головой. Оно станет алым от крови врагов, невинных жителей Гамильдтона, союзников. И все близкие люди будут каждый день рисковать своими жизнями ради всех них.
Но где-то среди всех этих мыслей Виолетта понимала, что не хочет отпускать Дениса. Он был и до сих пор остаётся единственным светлым пятном в её жизни. Только сейчас всё стало иначе. Виолетта будто впервые заговорила с парнем, который давно нравится. И просто не знала, как сказать ему о своих чувствах. Вдруг это больше не взаимно?
Денис тоже молчал, поддерживая затянувшееся неловкое молчание. Наверное, думает. Он задумчиво подошёл к окну, выглянул на улицу, словно хотел убедиться, что за ними нет слежки. Или просто полюбоваться здешними видами, что маловероятно. Или нашёл повод спрятаться от её взгляда.
— Ты помнишь наши прошлые разговоры? — не оборачиваясь, спросил патрульный.
Виолетта немного растерялась, припоминая. Их было так много, что она не понимала о каких конкретно он спрашивает.
— Поначалу мы не сразу нашли общий язык. У нас было много разногласий, были обстоятельства, которые вечно мешали. Мы ссорились, мирились, подавляли чувства. Но нас всегда тянуло друг к другу. При любом раскладе. Сейчас всё по-другому. Единственное, что нас связывает — общие воспоминания. Но я не знаю, достаточно ли этого.
Виолетта уставилась в пол, понимая к чему он ведёт. Стало обидно. Её чувства оказались настоящими. Никуда не делись. Разве что теперь удавалось лучше сдерживать их и прятать. Но Денис, похоже, чувствует иначе…
Молодой шаонец обернулся и посмотрел на девушку сверху вниз, заслоняя лунный свет. Широкая тень вновь легла в центр комнаты, вернув темноту.
— Знаешь, это как содрать старый пластырь: сначала немного страшно, но потом чувствуешь облегчение! — продолжил он тихим голосом. Волшебное лунное свечение делало его кожу сияющей и бледной. — Именно так я могу описать свои чувства… облегчение! Рад скинуть этот груз. Вернуть, наконец, контроль над своей жизнью. Знаешь, меня всегда дико бесило отсутствие возможности делать то, что я хочу. Бесило, что ты можешь заглядывать в мою голову и чувствовать мысли. Да, у тебя не было выбора. Я и сам иногда неосознанно проникал к тебе. Но старался как-то подавлять. И с момента разрыва связи… ничего не чувствовал по отношению к тебе. Пока отец не объявил о намерениях втянуть тебя в войну! — Романов пожал плечами, словно дня него всё это мелочи. — Не знаю почему вспылил. Может, по привычке. Или ты всё ещё дорога мне.