Страница 127 из 134
— Ты прекрасно знаешь для чего! — серые глаза игриво перескочили на Влада. — Нам пора!
— Куда? — устало поинтересовался он.
— Император Фредерик давно тебя заждался, мальчик!
Виолетта тут же выступила вперёд, заслоняя брата.
— Только через мой труп! — в голосе сверкнула сталь.
— Это вряд ли! — покачала головой Тамара. — В мои планы не входит твоя смерть, как и смерть твоих друзей. Мои люди лишь слегка их потреплют, не более.
— Чем мы заслужили такую милость?
Серые глаза сузились. Сухие губы растянулись в пугающей улыбке. Виолетта коснулась пальцами жучка, не отрывая взор от её лица. Она была готова к любой атаке.
— Денис! — напряжённо выпалила девушка. — Денис, ты слышишь? Нам необходимо подкрепление!
— Боюсь, Денис тебя не услышит! — невозмутимо посочувствовала нарзенка. — Связь перекрыта. Да и твоим друзьям сейчас не до этого.
— Что вы с ними сделали?
— Ничего! Я же сказала, что им не грозит смерть. Все, кто… дорог Владиславу, останутся неприкосновенны для моих людей.
Внезапно в голове начала вырисовываться картина, объясняющая странное поведение наёмников. Перебили только конвой, а всех её друзей не тронули. Один и вовсе спас ей жизнь.
— Это ничего не меняет! — сухо произнёс Влад. — Я никуда не пойду!
Виолетта нервно сжала челюсть. Он сказал это так устало и безразлично, что невольно захотелось защищать его ещё сильнее: накинуться на Тамару, заставить её отступить, убить в конце концов. Забрать чью-то жизнь даже звучит непростительно и ужасно, но если потребуется…
— Я не в силах заставить тебя идти насильно! — признала Тамара, но не выглядела особенно расстроенной. — Ты без труда разделался с моими людьми. Приятно видеть, как ты вырос с момента нашей последней встречи.
— Не без твоей помощи!
Тут она не согласилась:
— Рано или поздно это случилось бы независимо от меня или кого-то другого. Куда важнее, как ты распорядишься этим даром!
Влад с отвращением поморщился.
— Никак! — болезненно простонал он и развёл руками. — Посмотри на меня! Какая сила: меня будто пережевали и выплюнули. Я даже ходить толком не могу! Не знаю, что это было, и не могу этим управлять.
Тамара сочувственно поцокала языком, вальяжно обошла ствол раскидистого дерева, цепляясь за него обветренными пальцами. Двигалась осторожно и бесшумно, как гремучая змея. Виолетта не опускала клинок, готовая к атаке. Не переставала надеяться, что друзья смогут вырваться и помочь.
— Бедный-бедный мальчик! — протянула Тамара. — Столько испытаний выпало на твою долю. А ведь ты не заслужил всего этого.
— Я знаю к чему Вы клоните! — сухо вмешалась Виолетта. — Не пытайтесь настраивать его против шаонцев!
— Я разве пытаюсь? — рассмеялась в ответ она. — Думаю, Владислав уже сам всё увидел! Эти варвары… — Тамара осеклась и театрально покачала головой, будто отыгрывала важную роль. — Сколько раз я хотела вмешаться и помочь. Но было важно дать ему возможность осознать и прочувствовать истинную сущность шаонской крови. Они посмели тронуть это идеальное лицо! — она перевела на него разгневанный взор. — Они измывались над тобой несколько месяцев. Неужели ты ещё не понял, что этот мир не чёрно-белый?
Ветви деревьев отбрасывали тень на её лицо, подчёркивая и без того выраженные скулы. Сейчас они оба чем-то походили друг на друга. Это ощущалось и внутри. Виолетте пришлось прогнать эти мысли. В другой руке она до сих пор сжимала флягу Проводника и пыталась принять самое сложное решение.
— Этого недостаточно, чтобы заставить меня предать Гамильдтон и своих друзей! — процедил сквозь зубы юноша. — Оставь нас в покое!
Он сказал это без должной уверенности, словно пытался убедить самого себя. Виолетта прекрасно понимала, запомнив собственную ярость при виде последствий жестокости на его лице и теле. Но переметнуться к вражеской Империи не выход. «Надеюсь, Влад это понимает…».
— Твоя преданность похвальна, но бессмысленна! — ответила Тамара. — Прогнившую систему пока обновить. Если хочешь бороться за мир, в котором ненавидят всех, кто хоть немного отличается от навязанных стандартов, — это твоё право. Но в нём не будет места для тебя. И для тех, кто будет после.
— Очень красноречиво, но мне плевать! — с нарастающим раздражением пробубнил Влад. — Наши дела никого не касаются!
«Наши? Он говорит о танарах? — Виолетта чувствовала, что брат изменился. — Неужто его устами говорит эта пакость?».
— Хочешь вернуться под когти здешней власти? — усмехнулась Тамара. — Очень жестоко по отношению к себе.
— Только не надо тщеславия! Твой император не меньше жаждет прибрать к рукам мою силу!
— А ещё он твой отец! И никогда не посадит тебя в клетку, не будет морить голодом и пытать!
Тамара сдвинулась в сторону. Виолетта напряглась, наблюдая за её передвижениями. Очевидные попытки вывести Влада из себя возбуждали злость и отвращение.
— Замолчите! — предупреждающе выпалила девушка. — Ему и так пришлось нелегко.
— Хватит обращаться со мной как с ребёнком, Виолетта! — вдруг сорвался Влад, окатив сестру холодной голубизной глаз. — Сам разберусь!
Почему-то ей стало не по себе, а Тамара повеселела, откровенно забавляясь ситуацией.
— Разве не видишь, дорогая? — с откровенной издёвкой поинтересовалась она. — Мальчик вырос, а ты настойчиво принижаешь его, как самостоятельную личность.
— Это не так! — возразила девушка. — Я защищаю его, потому что он для меня дороже всех. И никакие слова и действия этого не изменят!
Она не отважилась посмотреть на брата, но почувствовала его внутреннюю благодарность. Влад смягчился, услышав эти слова. Наверное, стоило сказать их уже очень давно и повторять каждый раз, когда он злится.
— Как это мило, детки! — съязвила Тамара. — Будете защищать друг друга до последнего. Вот только больнее всего ранят самые близкие люди. Советую не забывать об этом, Владислав!
— Хватит! — оборвала её Виолетта. — Нам пора убираться отсюда, пока не поздно!
— Жизнь дезертиров? Очень благородно и заманчиво!
— Мы не солдаты!
— Он — нет, а вот ты…
Огромные серые глаза скользнули по фляге Проводника. Губы расплылись в улыбке, обнажающей зубы.
— Он не готов к перемещению, Виолетта! — повторила Тамара. — Портал вытягивает много сил. Со мной безопаснее.
— Я так не думаю!
Они сверлили друг друга взглядами, как две цапающиеся кошки. Вопреки твёрдости слов и действий, Виолетта боролась с отчаянием. Портал оставался единственным шансом, но стало страшно рисковать. Вдруг Тамара права, и это слишком опасно?
— Ты начинаешь мне нравиться, Виолетта! — призналась Тамара. — Твоё упрямство подчёркивает силу духа. Даже немного жаль, что мы оказались на разных сторонах. Но, думаю, это ещё можно исправить. Тебе всегда будут рады в наших рядах наравне с Владиславом. Приняв правильную сторону, ты сможешь вернуть свободный Гамильдтон, каким, к сожалению, сама его не знаешь. Пока что.
— Думаете, переманив меня свою сторону, будет легче уговорить Влада? — с отвращением задала вопрос девушка. — Этого никогда не будет!
— Предпочитаешь хранить верность нарзенцам, которые намеревались использовать тебя, чтобы управлять Владом? Тебя собираются пытать, подвергнуть унижениям. Твоя жизнь для них ничего не стоит.
— Никто меня не тронет!
Влад слушал бесконечные пререкания и думал только о том, как не сойти с ума. Голова кружилась, всё становилось только хуже. Он так устал, что всё это стало невыносимо: злые насмешки Тамары, упрямая вера Виолетты в шаонцев. Он ненавидел обе стороны и не собирался примыкать ни к одной из них.
— Замолчите обе! — крикнул танар. Сам не заметил как выпрямился. Шершавый ствол остался позади.
Они удивлённо посмотрели на него. Невольно попятились. Даже Тамара, испытывающая дикий восторг перед его силой, не чувствовала себя в безопасности.
Перед глазами всё затряслось. Влад едва сохранял самообладание. Последние дни в темнице он так ослабел, что спал большую часть суток. И видел сны, в которых убивал невинных людей, даже самых близких. Чужая кровь омывала ботинки и превращалась в дорогу. Он терял счёт отобранным жизням. Но ярче всего запомнилось лицо Виолетты в тот момент, когда он разрывал её на части снова и снова. Этот самый взгляд он увидел и сейчас.