Страница 9 из 54
Сам курс молодого жандарма мало чем запомнился Лену. Все шесть месяцев они либо занимались физической подготовкой, либо боями. Это были как индивидуальные спарринги с применением всех видов холодного оружия, либо вдалбливания навыков по разгону всякого рода протестующих. Некоторое время уделялось и обучению ведения городских боев и штурму зданий.
Спустя шесть месяцев Осборна вместе с другими окончившими учебку погрузили в трюм обшарпанного десантного транспорта и куда— то повезли. Лен не знал куда. Однако везли уж очень долго, может неделю, а может и все две — Лен потерял счет времени. Его соседи по узкому двадцатиместному кубрику занимались, кто чем: играли в кости, в запрещенные уставом очко, карбский сквош, и еще в кучу игр, о существовании которых Осборн даже не предполагал. Лен не любил игры, он предпочитал скакать на верблюдах и танцевать с девушками, то есть все то, чего в принципе делать на транспорте нельзя. Осборну оставалось всю длинную дорогу в свободное от повседневной солдатской рутины время, шататься по бесконечным коридорам десантного отсека, вызывая неодобрительные взгляды вахтенных и начальства.
Как— то, от нечего делать, он направился в курилку. Рядовые жандармы в большинстве своем не курили, потому что курительные смеси считались очень дорогими для тощего солдатского кошелька, да и начальство не поощряло. Большинство офицеров тоже не курило, стремясь вести здоровый образ жизни, так что в курилке обычно можно было долго просидеть в одиночестве вспоминая прекрасную жизнь до службы или мечтая о не менее прекрасном будущем, или просто поспать. Но в этот раз в курилке сидела пара младших лейтенантов и о чем— то оживленно спорила. Лен не понял, о чем они говорят, но в разговоре то и дело мелькало какое— то название — что— то вроде «Текнос». Впрочем, поймав пару недовольных взглядов одного из лейтенантов, Лен поспешил убраться из курилки.
— Что такое Текнос? — спросил Лен у Тома.
— А черт его знает, — Том повернулся на другой бок и собрался спать дальше.
— Так узнай, — Осборн решительно развернул Тома к себе.
— Где? У кого? Че пристал! — заканючил Том.
— Слушай Лен, если я скажу, что это такое, — ты отстанешь и дашь поспать? — с соседней люльки поднялась голова Дика, по прозвищу Писарь.
— Говори, — прищурился Лен.
— Текнос — планета вроде такая.
— Так вроде или планета?
Писарь укоризненно взглянул на Лена, вздохнул, вытащил из кармана коммуникатор и стал, не спеша рыться в нем.
Этот простенький гаджет был предметом зависти всего отделения. Рядовым было разрешено иметь личные принадлежности лишь определенных марок. Считалось что только приборы фирм, перечисленных в особом циркуляре, были соответствующим образом защищены от несанкционированного вторжения. Естественно, что несмотря на очень ограниченную функциональность, стоили гаджеты, разрешённые к использованию в корпусе, значительно дороже своих гражданских аналогов. Жалованья рядового только что вышедшего из учебки, хватало только на то чтобы в увольнении провести вечерок с нетребовательной девицей в каком-нибудь дешевом притоне. Поэтому в отделении, никто пока себе коммуникатор, подключенный к Галактической Сети позволить себе не мог. Никто, кроме Дика Писаря. Тот все увольнительные проводил за дисплеем в учебном классе части, никто и никогда не видел его шатающимся по кабакам и борделям. Сослуживцы поначалу звали его с собой, потом перестали и стали крутить пальцем у виска — Дик ничего не замечал. А буквально за пару дней до того, как их отделение отправили в старой железной бочке неизвестно куда, он ворвался в казарму с криком: "Ура, я закончил колледж" и размахивая новым коммуникатором.
— Планета Текнос в системе Эридана, открыта 250 лет назад, статус: суверенный мир, расположен у дефиле между Центрально галактическим Союзом и Арендными мирами, — прочитал Дик, — О я слышал о нем, когда учился в колледже, его вроде как открыли выходцы из Кремниевой долины.
— И что это за долина такая? — спросил Лен.
— Ну говорят, что когда-то на Земле, задолго до первой Экспансии было такое продвинутое поселение, там жили изобретатели, программисты и самым крутым у них был Великий Творец Стив, он сотворил Галактическую Сеть и после смерти его душа растворилась в ней, и он стал четвертой ипостасью Бога…
— Фигня какая-то, походу они все там двинулись, — хмыкнул Том…
— Фигня не фигня, но они построили цивилизацию, живущую в Сети. Выходцы с Текноса считаются самыми продвинутыми спецами по Сети и всему тому, что касается искусственного интеллекта и прочих роботов.
— Ну ладно, убедил, они крутые, — прервал Дика Лен, — но мы то что там забыли?
— Не знаю, впрочем, подожди, попробую, что-нибудь раскопать.
Дик уткнулся в коммуникатор и минут десять там копался. Его манипуляции с коммуникатором, сопровождаемые возгласами типа:
— А черт, врешь, доступ закрыт, глушат сволочи, но мы вот здесь зайдем, — привлекли внимание других обитателей кубрика и к тому времени, как Дик закончил, вокруг него уже собралось человек десять любопытствующих.
— Уф, готово, произнес Дик, и победно взглянул на окруживших его товарищей. Они блин, перекрыли почему-то весь контент с Текноса, но мне удалось кое-что взломать, кое-где смикшировать и отфильтровать, пару десятков мест обойти, и вот — получите. Хотя доложу Вам это было не просто…
— Ладно, ладно, считай мы оценили, как это было трудно, — Осборн похлопал Дика по плечу, — может наконец ты расскажешь нам кто эти «они», почему блокируют сигнал и как это связано с тем что мы туда летим?
— Все просто: «они» это мы, и мы с ними воюем.
— Чтоо? — вопрос одновременно вырвался из десятка глоток.
— Вот посмотрите, — Дик развернул картинку коммуникатора, так, чтобы было видно всем. Перед замолчавшими зрителями развернулось темное небо, усеянное десятками светящихся точек. Неожиданно изображение приблизилось и несмотря на дрожание и нередкие помехи, стало отчетливо видно, что это боевые корабли Союза. Впереди полусферой выстроились эсминцы, ведущие огонь по орбитальным системам обороны Текноса. Вокруг планеты одна за другой взрывались орбитальные крепости. Но и эсминцам Союза тоже доставалось. Их защитные поля то и дело вспыхивали от попадания ракет и излучений обороняющихся. Самая большая крепость Текноса сосредоточила сразу четыре толстых пучка излучений на эсминце в центре боевого прядка наступавших. Защитное поле корабля вспыхнуло подобно сверхновой и тут же погасло, а на месте флагмана вспучилось огненное облако. В появившуюся брешь, не теряя не мгновения устремился плотный рой орбитальных истребителей с эмблемой Текноса на бортах. Одновременно из глубины, выстроенной кораблями Союза, сферы им навстречу накатывал огромный вал перехватчиков. Но еще до того, как перехватчики Союза встретились с врагом, на истребителях Текноса сосредоточили огонь имперские эсминцы. За кадром раздался стон оператора, когда не менее трети истребителей Текноса взорвались под ответным огнем кораблей Союза. Впрочем, эсминцы задержали свой огонь на истребителях всего на пару секунд, а затем перевели свои смертоносные лучи на станцию, осмелившуюся уничтожить флагман Союза. Станция под названием «Орел» прежде чем сгореть умудрилась вывести из строя еще один эсминец противника. Тот после того как по нему только вскользь прошел пучок излучения от станции, неожиданно прекратил огонь и медленным ходом, то и дело подвергая свое защитное поле опасности быть разрушенным, убрался вглубь строя.
Между тем волна имперских перехватчиков захлестнула сильно прореженный рой истребителей Текноса и бой распался на отдельные кучки, где на каждый корабль Текноса приходилось по три— четыре перехватчика Союза.
Изображение дрогнуло, зарябило, но тут же восстановилась, уже с бегущей строкой внизу картинки.
— Это я уже местный канал нашел, до этого скорее всего кто-то на передовой снимал, — пояснил Дик. На него все зашикали и стали еще внимательнее смотреть трансляцию. Бегущая строка сообщала: «По данным Центра обороны Текноса в ходе упорных и продолжительных боев наша сеть орбитальной стражи нанесла существенный урон флоту Союза. Было уничтожено два эсминца и не менее ста десяти перехватчиков противника, еще семь эсминцев и более двухсот перехватчиков выведено из строя, убито свыше четырех тысяч и ранено более десяти тысяч солдат противника. Наши потери: девятнадцать из сорока двух автоматических станций, четыреста тридцать семь истребителей, убитых и раненых нет. Несмотря на героическое сопротивление наших стражей, противнику удалось прорвать внешний орбитальный периметр Текноса. Внимание: воздушно-космическая тревога! Внимание воздушно-космическая тревога». На картинке было видно, как на орбите Текноса догорали крепости защитников, а стая перехватчиков устремилась к залитой ночным освещением поверхности планеты. Впрочем, освещение тут же стало гаснуть, а навстречу атакующим поднялось облако ракет. На этом запись оборвалась.