Страница 38 из 54
— Хорошо! Итак, первые сомнения возникли у меня относительно того, что вы репортер издания на криминальную тему. Возникли они сразу как вы представились и стали уточнять, не знаю ли я мистера Сэвиджа. Чтоб вы знали, — репортеры криминальной хроники люди, весьма осведомленные и особенно по части личного состава. Всех следователей, комиссаров, криминалистов и даже дознавателей они знают в лицо. Я правда сделал допуск на то, что вы начинающий репортер, но потом вспомнил один свой разговор с Хьюго Пульцером, ведущим репортером «Криминального вестника». Он как-то за бокалом веремейского рассказывал, что такие солидные издания как «… вестник» и «… курьер» берут только хорошо подготовленные кадры, знающие специфику работы. Так, что эта версия не прошла. Я насторожился, но ждал момента убедиться в своих подозрениях. И когда во второй раз, вы представились репортером «… курьера», а не «… вестника», я понял, что вы лжете. Так что молодой человек, я хочу услышать ваше имя и советую не врать если не хотите получить дырку в груди.
— Вы не рискнете выстрелить, — самонадеянно сказал Алекс.
— С чего вдруг? Очень даже легко! Мне даже ничего изобретать не придется. После того как я застрелю вас, мне достаточно будет вызвать полицию и сообщить, что в моем доме оказался неизвестный мне гражданин, который, когда я его застал у себя дома представился репортером криминальной хроники, тогда, как таковым не являлся. Потом он попытался на меня напасть, и я вынужден был защищаться. И меня кстати оправдает любой суд. Вы знаете, что бывает за разглашение персональных данных полицейского? А уж за вторжение в его дом и подавно. Тем более обнаружат ваши отпечатки пальцев на ручке входной двери и ключах. Так что имя! Не заставляйте меня нервничать!
Алекс на полминуты задумался, а потом словно бросившись в омут с головой выпалил:
— Хорошо, мистер Сэвидж, я, пожалуй, расскажу вам правду. Всю правду. Вот только боюсь эта правда Вам не понравится.
— Ладно хватит т лирических отступлений! Что мне понравится или не понравится, буду решать я сам. Твое дело рассказать правду.
— Правду? Правда заключается в том, мистер Сэвидж, что меня зовут Алекс Стил, и я пришел поговорить с вами об убийстве моего отца, Виктора Стила.
Алекс ожидал чего угодно со стороны Патрика: бурного высказывания возмущения, недоверия, неверия и даже немедленной пальбы. Но то, что произошло дальше, привело его в полное замешательство. Сэвидж как-то сразу сник, рука с излучателем упала, сам он со стоном опустился на диван и закрыл лицо руками. Алекс осторожно приблизился к Патрику, аккуратно взял из его рук излучатель, тронул того за плечо:
— Что случилось тогда Патрик?
Сэвидж с усилием несколько раз потер руками лицо, тяжело вздохнул и произнес:
— Да, Алекс я все расскажу. Не могли бы вы только принести стакан содовой.
Стил сходил, принес воды, — протянул стакан Сэвиджу. Тот жадно его выпил, держа стакан трясущимися руками и то и дело стуча зубами о его край.
— Спасибо Алекс, я сразу понял, что это вы. Вы очень похожи на своего отца. Думал, что выдержу встречу с вами, однако, видите расклеился. Знаете, что, лучше я не буду вам рассказывать. Лучше вы задавайте мне вопросы, а я буду на них отвечать. У вас же наверняка собралось достаточно вопросов, на которые вы хотели бы получить ответы?
— Да вопросов не мало!
— Так спрашивайте, боюсь времени не так много! — требовательно воскликнул старик, усиленно растирая грудину рукой.
— Почему?
— Потому что вся эта история с убийством вашего отца изрядно вымотала меня за столько лет. Она разрушила мою семью, превратила меня в безвольную развалину, погубило мое здоровье. Все эти годы я был как сжатая пружина, мои нервы это готовые в любой момент лопнуть, струны. Плесните мне коньяку, … там за картиной бар. И спрашивайте, спрашивайте же наконец!!! — почти застонал старик.
— Хорошо Патрик, расскажите пожалуйста собственно про расследование. Что случилось с Диспетчером? Почему он скинул фуру? Я так понимаю никакого сбоя ведь не было? Так?
— Ох… Так. Сбоя не было. Была обыкновенная диверсия…
— Да, да я читал, сбоя быть не могло, «бесконечный контур безопасности, пятикратное дублирование», — задумчиво, будто не слушая Сэвиджа, пробормотал Алекс. — Конечно же диверсия. Это же очевидно.
— Патрика Бьюкенена прочли? — полу удивлённо, полу удовлетворенно спросил Сэвидж.
— Да читал, а что? Как вы догадались?
— Ну больше такие обороты по этому случаю в Сети никто не употреблял. А вы знаете, что после этой публикации случилось с моим тезкой?
— Нет.
— Буквально через неделю он исчез.
— Откуда знаете? Он же жил не в столице, да и в Сети информации не было.
— А кого волнует судьба недоучившегося студента заштатного университета, пусть и талантливого программиста искусственных интеллектов, — Сэвидж поднялся, подошел к бару и плеснул себе еще коньяку. — Будете?
— Нет, спасибо, не хочу. Но вы же как-то узнали о его судьбе, отследили ее?
— Чистая случайность, чистая случайность. Когда мне поручили это дело, естественно у меня тоже возникли вопросы по работе Транспортной системы, и перебирая доступную информацию, я среди прочих ознакомился со статьей Бьюкенена. Криминалистическая аналитическая сеть отобрала ее как источник с высокой долей достоверности. Я даже сделал себе пометку, связаться с этим Бьюкененом, чтобы задать ему пару уточняющих вопросов. Но спустя некоторое время, его имя всплыло в криминальной сводке, в разделе «пропавшие без вести». Вы знаете, Алекс, меня до сих пор удивляет, как работают все эти наши Сети, искусственные интеллекты и прочий бионейроэлектронный хлам. Один раз, что-то глянул и вот оно везде теперь тебе попадается.
— Чего тут удивляться, вы ведь сами сказали, что сделали заметку, вот Сеть и накидала Ввам информации по вашей заметке.
— Батенька, не держите старика за большего идиота, чем он есть на самом деле, — Сэвидж грустно улыбнулся, — когда я сказал, что сделал заметку, я имел в виду, то что я сделал ее у себя в памяти. Я, Алекс, криминалист с большим стажем и отлично представляю, что могут сети, просто не перестаю этому удивляться.
— Ну хорошо! Я так понимаю, что вы предположили, что Бьюкенен имеет отношение к смерти отца и что вы в связи с этим предприняли?
— К тому времени к сожалению, уже ничего. Более того я даже не стал целиком просматривать информацию в сводке, только уже открытое резюме. Бьюкенен, проживая на Таурусе, завербовался разнорабочим в джунгли Ночхи, куда и отправился, сев на шедший туда редкий транспортник. Как он сел видели все, куда он делся с корабля — не видел никто. Команду не допросить — корабль — автомат.
— И почему вы ничего не предприняли?
— Потому что, к тому времени дело я уже закрыл за отсутствием состава преступления.
— Как так? Почему? — Алекс аж вскочил и заметался по комнате.
— Потому что, меня заставили.
— Кто? Как?!!
— Кто? Я до сих пор не знаю кто. Как? Проще — простого. Если у вас есть семья, значит вы уязвимы. Я сразу этого не понял. Когда мне поручили расследовать это убийство, я рьяно взялся за дело. Тем более расследование не представлялось трудным. Все факты, как говорится были на лицо. Все было понятно. Надо было только проверить почему-то скачущий по эшелонам грузовик, и неподдающиеся двери машины Виктора Стила. Все это давало минимум два направления следствия. Я начал со Столичного Диспетчера эшелонов. Я просидел кучу времени над технической документацией Диспетчера, чтобы понять одно: единственным слабым местом Диспетчера является его неуязвимость. Пятикратно дублируемый контур, говорите? Ерунда. Достаточно сделать так, чтобы все пять контуров последовательно, на короткое время, выходили из строя. Но только на короткое и последовательно: это необходимое условие. Иначе диверсия обнаружится раньше, чем сработает. Сработать она должна была в строго установленное время. Как вы догадываетесь, именно тогда, когда Виктор Стил находился в своей машине, а грузовик фирмы «Пан индастриз», управлял которым Дуглас Кивер, должен был находиться неподалеку.