Страница 36 из 82
Глава 18
- Мирр? – аккуратно подношу телефон к уху, надеясь, что мне всё же послышалась.
- Да, прости. – отрывисто произносит подруга. В трубке хлюпают отголоски ее печали.
- Что случилось?
Ощущаю себя странно. Спустя два года я и понятия не имею, что происходит в жизни девушки. А теперь будто бы вновь вторгаюсь в ее личное пространство со своими вопросами. Словно вновь напрашиваюсь считать меня близким другом. Я благодарна Мирре, что та не стала уличать меня в предательстве там, в ресторане. Но, откровенно говоря, нас теперь мало что связывает. Но не спросить не могла.
- Ничего такого, просто… Извини. Я рада, что ты позвонила. Может быть у нас получится встретиться? Сегодня? Завтра?
Я замялась.
- Мирра, я по делу. Прости, что так неожиданно. Но… В ресторане ты предлагала мне помощь.
Подруга замолчала на целую секунду. И за эту секунду мне уже захотелось провалиться сквозь землю. Мне всегда было легче надорваться, но сделать всё самой. Чем просить кого-то о помощи. Синдром «чрезмерной самостоятельности».
- Ты о том, чтобы поговорить с Дамиром? – осторожно поинтересовалась она, будто прощупывая почву под ногами.
- Нет. Речь о деньгах. Я вернулась к Дамиру на определенных условиях, и рассчитывала, что он сможет дать денег на операцию Тиму. Но сейчас, я все меньше уверена, что мне удастся получить деньги и скрыть от него ребенка. Да и сумма слишком большая… Ты прости, что я прошу у тебя, но может быть…
- Элина. – оборвала меня подруга до одури виноватым голосом. – Ты же знаешь, если бы я могла, то первая бы тебе помогла. Но сейчас такое творится… Я кажется с Богданом развожусь… - снова всхлип и дрогнувшие нотки. – Я сама понятия не имею, будет ли у меня завтра крыша над головой.
А я ошарашенно выдохнула.
Мирра и Богдан.
Они были для меня образцом успешной семейной жизни. Не то клише, где женщина сидит дома, воспитывает детей и варит супы. Мирра совсем не такая. Она идеальный руководитель крупной компании. Идеальная жена успешного влиятельного мужчины. И идеальная мама прекрасной дочери. Иногда я просто не понимала, как все это можно с такой легкостью совмещать.
- Он… грозится оставить тебя ни с чем? – на выдохе произношу я, сама не веря в собственные слова.
- Да. Но… Это не важно. Я что-то придумаю, Эл. Я обязательно тебе помогу, поняла? Может мне удастся отсудить фирму. Если ее активов не хватит, то тогда… Тогда я ее продам! Мы вылечим твоего сына, слышишь?
Я вжимаю смартфон в ухо и безнадежно смотрю на голую стену.
- Нет. – говорю сначала тихо, а потом повторяю отчетливее. – Нет. Мирра, у тебя своих проблем выше крыши, а тут еще я. Какая продажа фирмы? Да и весь процесс судебных разбирательств затянется на недели, если не месяцы. У меня просто нет этого времени.
Мирра замолчала, и я тоже больше не нашлась, что сказать. Было стыдно за то, что я вообще позвонила ей. Стыдно за то, что однажды я ее бросила, не соизволив даже сказать, что жива. А теперь обрекаю подругу на решение собственных неприятностей.
Скомканно попрощавшись и извинившись, повесила трубку.
Ставить ее в еще более неудобное положение, рассказывая в какой именно ситуации я оказалась, хотелось меньше всего.
Тем же вечером я всё же вышла из комнаты. Четыре стены давили словно в тюрьме. В легких не хватало воздуха. А разум всё больше накрывало смятение. Время. Почему его всегда так мало, когда торопишься? И так много, когда ты чего-то ждешь? Сейчас мне жизненно необходимы еще несколько дней. Бесценных дней, которые смогут прояснить всё, что творится в голове у Дамира.
Неужели он правда хочет, чтоб я тут жила все два месяца?
Нижний этаж этим вечером непривычно молчаливый и тихий. Везде царит полумрак и покой.
Я словно призрак брела по знакомым коридорам, пока не увидела полуоткрытую дверь. Дверь в кабинет Дамира.
Обычно она всегда закрыта на ключ. Он не любит там посторонних. Даже во время нашего брака я редко туда заходила.
Осторожно ступая босыми ногами по сверкающему паркету, я встала возле двери и прислушалась. Ни шороха. Либо там нет ни души. Либо за пару минут никто не подумал и пошевелиться.
Тихо открыла дверь и вошла.
Пустота. Сумрак луны проникает рассеянным освещением через стекло. На рабочем столе из массивного дуба разбросаны какие-то документы. Даже странно, учитывая педантичность бывшего мужа. И криво лежащая ручка могла его вывести из себя.
На душе затаилась тревога. Но я, вопреки доводам разума, всё равно прошла вглубь.
Уже через миг поняла почему ноги сами вели меня в кабинет. Взгляд застыл на массивном старинном шкафу прямо возле стола.
Там, внутри, сейф.
Я судорожно сглотнула и еще раз огляделась по сторонам. Если решусь – действовать надо быстро и без раздумий.
Сердце бешено застучало, а перед глазами встал образ сына. И я тут же двинулась к шкафу. Открыла дверцу, ощупала взглядом железный ящик с электронным табло.
Однажды Дамир вводил код при мне. Это было всего один раз, но я уверена, что цифры отпечатались в памяти. Думать, что код до сих пор неизменен – глупо.
Но рискнуть я обязана.
Прикрыла глаза и напряженно пыталась воссоздать в голове комбинацию. Но назло цифры прыгали в голове, путались, заводили меня в тупик.
Дрожащими пальцами попробовала нажать на шесть кнопок, но табло загорелось красным. Неверно.
Черт.
- Думай, Элина. Думай. Ты же еще не разучилась. – вторила сама же себе.
Спустя две неудачных попытки я увидела ярко-зеленый цвет индикатора.
- Да! – почти выкрикнула и тут же прикусила язык. Господи, разум совсем затуманился от нахлынувших нервов.
Пальцы похолодели. Руки не слушались. Я с трудом понимала, что делаю. Но все же открыла дверь сейфа и…
Тут же впечаталась взглядом в пачки наличных. Увесистые стопки купюр, перемотанные резинками канцелярии. Схватила их в руки. Пересчитала наличность в одной из стопок, а потом окинула взглядом общую сумму.
Облизала пересохшие губы. Со стороны я сейчас должно быть похожа на полоумную. До того страх сквозит в каждом движении.
Осознание, что держу в руках спасение своего сына приходит медленно. Постепенно. Какова была вероятность, что наличности в сейфе хватит на операцию? Один к десяти. К десяти тысячам. Такие суммы не хранят в сейфе. Их кладут на счета и офшоры в Швейцарии, надежно страхуя и пряча от лишних глаз.
Но ее хватило. Тут даже с избытком. Я возьму ровно ту сумму, которая необходима и не долларом больше.
Дышать, кажется, совсем перестала. Со скоростью света отсчитала нужное количество пачек, боясь ошибиться.
Что буду делать дальше – не думала. Главное, как-то добраться до отделения клиники и внести деньги на лечение сына. А там хоть синим пламенем всё гори.
Вдруг охватившее безрассудство нисколько меня не пугало. Всё, чем я жила последние месяцы – поиском нужной суммы.
А сейчас деньги в моих руках.
Спасение близко. Я знаю.
Пришлось дилетантски сложить пачки денег в подол кашемирового свитера – оверсайз, предварительно вытянув его на животе.
Как бежала до своей спальни – не помню.
И лишь закрыв дверь за собой, я прильнула к ней позвоночником. Глубоко, надрывно дыша. Онемевшие руки ослабли, и деньги рассыпались прямо по полу.
Я стояла так не меньше пяти минут. Просто смотрела на новенькие хрустящие купюры. Приходила в себя. Пыталась поверить.
А затем сорвалась с места, сдергивая с себя дорогой свитер. Где-то в недрах гардероба отыскала неприметную черную кофту и старые джинсы. Черную дорожную сумку. Она пригодится для денег.