Страница 38 из 61
Она присела под раковину и попыталась расшатать колено. Может, удастся его свернуть? Нет, бесполезно. Оно держалось прочно. Тогда что? Ксения методично испробовала на прочность всё, что попадалось под руку. Безрезультатно. Даже какая-то маленькая непонятного назначения финтифлюшечка, которая крепилась сбоку к бачку унитаза, и то, не хотела отрываться. Через пару минут и два сломанных ногтя стало понятно, что голыми руками такую сантехнику не одолеть. Ксении нужен был хотя бы разводной ключ. А он остался лежать в спальной комнате Дэниэля.
Ксюша тихонечко вышла из санузла и стрелой метнулась к гостиной. Лестница на второй этаж располагалась там. Предстояло каким-то образом прошмыгнуть мимо мужчин так, чтобы они её не заметили. Ну, хотя бы сантехник. Тот, к счастью, был увлечён разговором – вдохновенно делился впечатлениями о последнем поединке любимой команды и не обратил внимания, как за его спиной продефилировала девушка в синем:
– …«Лошкари» знали секрет – только желтки. Но ни в коем случае – яйца целиком. И, кстати, как вам их уловка с содой?
А вот Дэниэль, конечно, не мог не заметить яркое пятно, передвигающееся по комнате короткими перебежками.
– С содой – это было… феерично, – ответил он сантехнику, при этом посылая скачущему к лестнице пятну взгляд: мол, куда?
Ксюша при помощи пантомимы (недаром же Дэниэль посчитал её сильной в этом виде искусства) объяснила ему, что ей нужен увесистый предмет, обладающий убойной силой, и шмыгнула на лестницу.
Назад снова пришлось пробираться под выразительным взглядом режиссёра. Он красноречиво говорил о том, о чём Ксюша и так догадывалась. Сантехник вот-вот закончит рассказ о своих «Лошкарях» и заподозрит подвох.
Оказавшись на месте, Ксения действовала решительно. Принялась при помощи разводного ключа крутить до упора всё, что только можно. И, кстати, что нельзя – тоже. Тактика принесла плоды. Одна из деталюшек, не выдержав энтузиазма Ксюши, хрустнула, и вдруг из-под неё начала фонтаном бить вода. Первой мыслью было: срочно подстелить тряпку и подставить тазик – соседей же затопит. Второй – что никаких соседей нет. Третьей – ура получилось!!! И только четвёртая мысль констатировала, что Ксения, в результате боёв понесла некоторые потери – оказалась мокрой с головы до ног.
Она бросила на бьющий фонтан полотенце, чтобы хоть чуть-чуть умерить его пыл и отправилась в гостиную. Пантомима не понадобилась. Увидев её, мокрую но счастливую, Дэниэль и так догадался, что можно направлять работника к месту работ.
Чтобы не маячить перед сантехником в платье, на котором заметны следы преступления, Ксюша переждала в боковом коридорчике, пока работник скроется за дверью ванной комнаты, и только потом вернулась в гостиную. Дэниэль уже тоже был там. Он поднялся навстречу, хотел что-то сказать, но у него зазвонил телефон.
– Да, отец, – ответил режиссёр на вызов.
Мокрое платье липло к телу. Стало прохладно. Нужно было срочно переодеться. Ксюша начала подниматься по лестнице.
– Да, сантехник как раз здесь. Работает.
Дэниэль смотрел, как Ксения делает шаг за шагом. Сегодня она уже шествовала по этой лестнице под его взглядом. Спускалась как богиня с Олимпа, вся такая безупречная. Теперь-то больше похожа на мокрую курицу. И чего, спрашивается, он на неё с таким упорством глазеет?
– Говоришь, это была идея Лайзы? О, как мило с её стороны.
Ксения посмотрела на Дэниэля. Они улыбнулись друг другу, как два заговорщика, которые оба знают одинаковую тайну. Нет, даже не так. Как два напарника, два детектива, разгадавшие правильно запутанную головоломку. «Я же говорила, Холмс, это было её рук дело» «Да, Ватсон, элементарно».
– Передавай Лайзе привет от Ксении. Она благодарит за проявленную заботу. Теперь мы сможем посвятить вечер не бытовым проблемам, а друг другу. Ну, ты меня понимаешь, – многозначительно усмехнулся Дэниэль.
Он сбросил вызов, но так и не оторвал взгляд от шествующей вверх Ксении, пока она не скрылась из вида.
Глава 33. В этом что-то есть
Глава 33. В этом что-то есть
Дэниэль уже полчаса бесцельно сидел на диване в гостиной. Занял эту позицию сразу после того, как проводил сантехника, починившего водопровод. Сам с трудом понимал, почему сидит, как истукан. Что, у него дел нет? Дела, конечно, были. Обычно вечером Дэниэль проглядывал корреспонденцию, или делал наброски к новым постановкам. Но сегодня он не мог всем этим заниматься. Мешала она – Ксения, разгуливающая по ЕГО особняку так, будто действительно живёт здесь. В этих своих возмутительно коротких шортиках с лейкой в руке она обходила подоконники, чтобы полить эту непонятно откуда взявшуюся цветастую растительность в пёстрых горшках.
Это было очень необычное ощущение. Дэниэль не привык видеть женщину в своих владениях. Тамара – не в счёт, она сестра. Нет, у него, конечно, частенько мельтешила перед глазами и ещё одна представительница прекрасного пола – домработница. Крупная, между прочим, женщина, но он её не замечал. А эта мелкая цветовод-и-сантехник в одном флаконе умудрилась заполнить всё пространство вокруг. ЕГО личное пространство.
Дэниэль чувствовал раздражение. Умом понимал, что не должен злиться, ведь сам настоял, чтобы она пожила здесь. Но почему бы ей не сделаться такой же незаметной, как домработница? Такой, чтобы ему не доставляло удовольствие смотреть на неё. Чтобы спокойно уйти в свой кабинет и поработать с корреспонденцией, а не продолжать с маниакальным упорством пялиться на её грациозное разгуливание с лейкой. Как у неё получается бесить и заводить одновременно? Последнее, кстати, ей особенно удаётся. Перед глазами до сих пор стояла импровизация с красной салфеткой. Ксения так искусно дразнила, что Дэниэль повёлся – вспыхнул, как спичка.
Это получается у неё непроизвольно, или она играет с ним? Зачем? Она не раз говорила, что у неё нет никаких тайных намерений – она не шпионит, не ставит цель пробраться в его личную жизнь. И каждый раз он ей верил, но потом начинал сомневаться.
– Ксения, – он поднялся. – Мне нужно уехать. Дела, – назвать делами то, чем он собирался заняться, можно было, конечно, только с большой натяжкой. Но ему необходимо было проветриться. – Вернусь очень поздно.
Вот это «очень поздно» было сказано специально, чтобы она не вздумала его ждать. Чтобы когда он приехал, она уже спала. Чтобы сегодняшним вечером больше не пересекаться с ней. Ему и так хватило впечатлений.
Когда Дэниэль вышел, Ксения отставила лейку. Она сама не знала, зачем взялась поливать цветы. Грунт и без того был достаточно влажным, но ей нужно было чем-то заняться. То напряжение, которое возникло перед тем, как пришёл сантехник, после его ухода вернулось снова. Общая проблема, заставила забыть на время, чем их игра в прослушивание чуть не закончилась. Но когда проблема разрешилась, то они вроде как вернулись в исходную точку.
Дэниэль смотрел на Ксению раздражённо, но в то же время в его взгляде проскальзывало что-то такое, что начинало казаться: он не против продолжить с того места, на котором остановились. И это пугало. Нет, не намерения Дэниэля, а то, что Ксении могло не захотеться его останавливать. Хорошо, что он уехал. Провести вечер в одиночестве – это то, что ей сейчас нужно.
Дзынь.
Похоже, в одиночестве не получится. Интересно, кого принесло? Опять происки Лайзы? Вот теперь Ксюша уже пожалела, что Дэниэль уехал. Вдвоём легче было бы противостоять очередной каверзе.
Дзынь. Дзынь.
Направляясь в прихожую, Ксения дала себе установку обязательно добиться от Дэниэля заменить мелодию звонка, раз уж ей предстоит прожить тут несколько дней. Это дзыньканье не для слабонервных.
Открывая дверь, была почти уверена, что увидит на пороге или саму Лайзу, или какого-нибудь незнакомца, засланного ею. Тем сильнее было удивление, когда перед глазами предстала Вивата. Вот отчаянная и упрямая! Если Ксении не изменяла память, Дэниэль велел ей не выходить из дома, пока не выздоровеет, под страхом исключения из труппы.