Страница 33 из 85
Баррикада из тел орков в устье долины росла с каждой минутой. Забой был столь же впечатляющим, сколь и быстрым. Если люди Алусейр не решатся остаться и выдернуть стрелы из трупов орков, то у них останется очень мало снарядов для следующего боя. Хотя, стрелы были не очень-то полезны против дракона, которого Алусейр ожидала увидеть в любой момент. Лорд маг Штормшолдер рисковал навлечь на себя хазнеф, когда с помощью магии показал Алусейр дракона, напавшего на армию её отца, после чего она видела, как рептилия скрылась за горизонтом.
Как будто бы её мрачная мысль была сигналом для тёмной крылатой фигуры, появившейся в небе. Принцесса выругалась и выкрикнула:
- Остановить битву! Все в лес!
Некоторые солдаты не слышали её из-за свиста стрел и лязга металла о металл в тех редких местах, где орки прорвались сквозь вал из трупов и напали на копейщиков, однако рог повторил приказ принцессы, и воины Кормира начали отступать.
Именно тогда Алусейр увидела волну орков, стекающую с соседнего холма, а потом еще одну с другого. Боги, их были тысячи!
- Двигайтесь, Абисс вас подери! – ругалась Алусейр, размахивая своим клинком. Солдаты ускорились.
Она хотела поскорее отвести свою армию на склон, покрытый деревьями, подальше от этого места, где перед её армия была так же открыта и беспомощна, как овцы, которых кормирцы оставили для орков.
Алусейр видела нескольких мечников, забирающихся по телам орков и задыхающихся от внезапной спешки. Те, кто не поспевал, останавливались и оборачивали свои копья и луки против дракона, отважно бросая вызов тени дракона.
Тень внезапно была стёрта потоком пламени, который не могли остановить ни деревья, ни камни, ни стрелы, ни заклинания, от которого почернел склон, а у людей, попавших под него, не было шанса даже закричать.
Алусейр могла поклясться, что из живота дракона, пролетевшего так низко, что принцесса могла в прыжке достать до него, раздался сдавленный смех.
Красная смерть поднялась в воздух, развернулась и полетела назад, а принцесса подняла меч, который, как она знала, был абсолютно бесполезен против такого врага.
Дракон полностью раскинул свои крылья, больше напоминающие парус, который должен был замедлить движение этой огромной массы. Порыв воздуха оглушил Алусейр перед тем, как дракон набросился на армию.
Дракон схватил одного солдата своей когтистой лапой и одним движением руки превратил его в кровавый фарш, раскидывая десятки других пурпурных драконом взмахами хвоста и крыльев. Он кусал людей и игриво катался на спине, подобно псу. Алусейр выкрикнул еще несколько бесполезных команд, продолжая бежать к деревьям.
Она боялась, что сейчас дракон встанет на задние лапы и начнёт срывать деревья, как капризный ребенок цветы. Вместо этого он издал триумфальный рык, поддержанный орками, окружившими долину, после чего подпрыгнул и начал кружить в воздухе, будто насмехаясь над людьми снизу.
Алусейр с разбегу врезалась в дерево и упала на землю, покачав головой, пытаясь освободить её от видений лошадей и их всадников, разорванных напополам огромными когтями, сминающими людей в доспехах в кровавое месиво.
За считанные минуты победа превратилась в бедственное поражение, когда орки, достигшие устья долины, бросились к деревьям. Криком Алусейр перегруппировала своих людей, которые почти с нетерпением построили боевой порядок. Для принцессы было самым настоящим чудом сразиться с врагом, до которого она могла дотянуться своим оружием.
Орки завопили, когда Алусейр начала активно работать своим мечом против орков, окруживших её своими чёрными клинками. Она блокировала, рванула, нырнула и развернулась, носясь как молодая девушка, танцующая в чистом весеннем поле. Один черный клинок порезал её ухо, а в боку резко вспыхнула боль.
Пурпурные Драконы кричали, пытаясь пробиться к ней. Девушка вертелась, когда встретилась взглядом с мужчиной, Фаернгаром, который упал на колени, выронив внутренности из раны на животе и задыхаясь от потока дыма и крови. Он только вдохнул, чтобы закричать, когда орк перерезал ему горло.
Боги, а что если дракон вернется? Что тогда?
Алусейр в ужасе уставилась на мужчин, умирающих вокруг неё, некоторые из которых выкрикивали её имя. Мужчины, с некоторыми из которых она спала или напивалась, умирали в агонии вокруг неё. Они защищали её ценой своих тел…и жизней.
21
Таналаста проснулась от того, будто кто-то пинает её живот изнутри. Так и было – маленькое существо внутри неё пыталось кулачками выйти наружу. Таналаста тоже желала этого. Шаткая и неуверенная, женщина приподнялась и обнаружила, что смотрит на что смотрит на что-то, что не могло быть её животом – раздутый и покрытый стяжками, с небольшими выпуклостями из под кожи.
- Стража! – закричала принцесса. – Во имя Цветка, оно живое! Заберите его у меня!
- Таналаста, все хорошо, все в порядке, - сказал мягкий и глубокий смутно знакомый голос. Обветренная рука прижалась к её лбу и вжала голову в подушку. – Полежите немного. Вы спали.
- Спала? – спросила Таналаста, все еще рассматривая свой живот, но теперь спокойнее. Теперь эта штука казалась ей более знакомой, хотя она никак не могла понять – почему её живот такой огромный. – Как долго?
- Недолго, - показалось обветренное лицо с коротко-стриженными волосами, и Таналаста узнала Овдина Фоули, своего друга и наставника. – Пару дней.
- Всего пару? – ахнула женщина Таналаста и уставилась на живот. – Что случилось?
- Случилось? – спросил Овдин так же смущенно, как и Таналаста. Он проследил за её взглядом, после чего хмыкнул и положил руку на живот. – Ничего, просто ваш ребенок научился пинаться.
- Мой…ребенок? – Таналаста посмотрела на грудь, где увидела струпья на ранах от укуса змеи, после чего вспомнила все произошедшее. Она посмотрела на свой дергающийся живот, после чего ощутила прилив вины. – О Чонтия, как я могла забыть!
- Забыть, моя дорогая?
Таналаста почувствовала, как по её щекам катится что-то тёплое и влажное, после чего поняла, что плачет. Это удивило её, ведь она считала, что давно переросла слёзы, не говоря о том, что она занимало слишком высокое положение, чтобы плакать. Краем шелкового одеяла женщина стёрла слёзы, но поняла, что они катятся по её лицу ручьями, стекая по челюсти вниз.
Тихий лязг привлёк внимание принцессы, и она обернулась к к другой стороне кровати, где Корвар и еще один телохранитель стояли и смотрели, как наследная принцесса плачет, будто девочка, содравшая кожу с коленки. Таналаста стёрла слёзы, но они продолжали течь, теперь провоцируемые чувством стыда перед подданными и внезапным осознанием той угрозы, которой женщина подвергала ребенка.
Увидев, что взгляд принцессы упал на него, Корвар поклонился и сказал:
- Вызывали, принцесса?
Сначала она хотела приказать ему уйти, но поняла, что подобное породит лишь лишнее недоверие и слухи, расползающиеся по теням замка. Она начала придумывать какое-то оправдание плохому сну, но выдавила лишь несколько “у меня было”, но не смогла ничего придумать и замолчала.
Тёмные брови Корвара сошлись.
- Ваше Величество?
Когда Таналаста так и не придумала, что ответить, на помощь пришёл Овдин – он откинул одеяло и указал на живот женщины.
- Ребенок становится активным. – Радостно объявил Овдин. Корвар смущенно осмотрел комнату, пытаясь найти скрытый смысл слов священника, после чего мило улыбнулся.
- Это очень хорошие новости, - Корвар посмотрел на Овдина. – Спасибо, что проинформировали меня.
Овдин улыбнулся в ответ.
- Расслабьтесь, Корвар. Никто же не сказал, что вы отец.
- Ну конечно нет! – выпалил телохранитель. – Я бы никогда не поступил так с принцессой.
- Правда? – Овдин поднял бровь, после чего посмотрел на женщину и накрыл её одеялом. – Даже не знаю, что она должна чувствовать после таких слов.