Страница 31 из 85
- К королеве. – Тихо сказал он, после чего начал бубнить слова заклинания.
Мир внезапна покрылся синим туманом, пронзаемым вспышками сине-зеленого света, сквозь который Азун бесконечно падал…пока не ощутил твёрдую землю под ногами, а точнее что-то двигалось под ногами, что-то, напоминающее своей подвижностью и вонью яму на скотобойне своей. Что-то скользкое.
Король покачал головой, прогоняя ошеломление, думая о мече, рукоятку которого сейчас держал своей правой рукой. Азуну казалось, что он оказался в каком-то тёплом и тёмном месте, где темнело с каждой секундой все сильнее и сильнее.
Тёмное пространство перед ним оказалось огромным клыком, одним из ряда других клыков. Азун стоял на красном языке, который хотел подтолкнуть короля и мага поближе к зубам. Боги помилуйте, они был в пасти дракона!
Челюсти разомкнулись, и король бросился вперед, противясь порыву ветра, который был дыханием дракона. Через мгновение челюсти опустятся, и Азун будет разрублен пополам.
Охваченный безумием, король сильно ударил по скользкому языку, после чего повалился вперед, пока его ботинки не упёрлись в основание клыка. Челюсти опустились, кто-то закричал, и внезапно король оказался в полной темноте, окружённый жгучей желтой жидкостью и знакомым запахом меди. Очевидно, Аркенфрост был уже мертв.
Челюсть дракона снова открылась, и король, не раздумывая, бросился навстречу свету, перемахнув через ряд огромных клыков. Пока Азун падал навстречу верхушкам деревьев, лихорадочно читая заклинание, дракон сомкнул челюсть, будто не заметив отсутствия постороннего объекта внутри. Магия плаща должна спасти короля от смерти от падения…если конечно дракон не увидит его и не полетит за ним, чтобы раскусить и проглотить беглеца.
Король Кормира наблюдал за удаляющейся рептилией и удивлялся тому, что заклинание Аркенфроста привело их в пасть дракона. Дракон как-то извратил магию, или кто-то вмешался…или Аркенфрост был предателем? Да нет, никто не стал бы сам отправляться на верную смерть…хотя Азун ошибался в людях один или два раза в своей жизни.
Но не в этот раз, нет. Для короля было свойственно видеть заговор в каждом тёмном углу и предательство в каждом слове, но какой смысл? Если каждый человек помышляет против монарха, то какой толк в сопротивлении? Если все против того, чтобы голова оставалась на плечах, то зачем пытаться сохранить её на привычном месте на два-три лишних вдоха?
Дракон, казалось, не намерен гнаться за ускользнувшей жертвой, которая быстро приближалась к верхушкам деревьев Королевского леса. Благодаря магии король мог безопасно приземлиться на землю после падения…очень долгого падения. Гоблины имели точные луки, а еще в лесах обитало множество хищников с зорким взглядом, которые могли выследить свою следующую добычу, пока та падает вниз.
Азун выхватил меч и внимательно всматривался в деревья, к которым он уверенно приближался. Если ему ничего не угрожало, то королю оставалось лишь наслаждаться видами своего королевства, ведь, возможно, это было последний раз, когда он мог насладиться им.
Или не мог. Что-то мелькнуло низко над деревьями на юге. Маленькое тёмное пятнышко на фоне голубого неба быстро превращалось в знакомое пятно с крыльями.
Ага. Хазнеф. Король мрачно сглотнул и почувствовал, что его горло внезапно высохло. Он крепче обхватил меч и хлопнул по кинжалу на поясе, чтобы быть уверенным в его наличии.
Боги, какими эти монстры были быстрыми. Очертания чёрных крыльев были размыты, когда хазнеф приближался к медленно опускающемуся королю. Азун видел тонкие руки, тонкие ноги, долговязое, но определенно женское тело и длинные каштановые волосы, обрамляющие лицо с алыми глазами, пылающими яростью охотника, жаждущего убивать. На кончиках пальцев были отчетливо различимые крючковатые когти, покрытые тёмными капельками. Яд? Или кровь последней жертвы?
Приблизившись к своей цели, хазнеф поднялась в воздух, а король приготовился защищаться, обхватив клинок обеими руками. Монстр пошатывался в воздухе, вопя от гнева, а Азун приготовился нанести удар, отведя меч немного назад и ожидая подходящего момента. Хазнеф замедлила свой полёт, зависнув в воздухе, после чего облетела короля и снова остановилась. Монстр пытался обмануть свою жертву, пожертвовав тем самым силой первого удара.
Она развернулась и ткнула когтями в короля, однако Азун успел увернуться и нанести рубящий удар, который, хоть и выбил лишь только перья и крик, но так же и задел что-то, из-за чего хазнеф свернула одно крыло. Она попыталась вновь ударить короля, когда того раскрутило в воздухе от силы его удара. Азун стиснул зубы, решительно пытаясь остановить своё вращения и броситься на врага.
Как раз вовремя. Именно в этот момент хазнеф обнажила свои когти и надвигалась на короля, подобно стене смерти. Азун закрыл глаза и опустил голову, слепо рубя воздух и не подпуская хищника в зону досягаемости. Коготь пронёсся прямо над его головой, оставив за собой линию огня. Второй коготь задел щёку короля, когда тот увернулся от крыла и вогнал свой клинок в спину и бедро хазнеф.
Хазнеф дико завизжала от боли, после чего король оказался в аду из крыльев, которые были его подобно волнам заклинания, в которое он однажды попал. Яростный поток стих только тогда, когда монстр слетел с клинка короля и развернулся в воздухе. Мускулистая спина была перед ним лишь мгновение, когда он вновь оказался лицом к лицу с хазнеф.
Мерцающая магия из его меча пропала после столкновения с хазнеф, но Азун был готов продолжать бой. Когда хазнеф оттянула назад ноги и подняла руки, готовясь нанести сокрушительный удар, в её грудь вонзился железный кинжал.
Азун отбросил тот факт, что это была безоружная женщина, да еще и его родственница, постоянно дёргая рукой, нанося удар за ударом, но держа ноги вытянутыми, чтобы при необходимости дёрнуть ими и оттолкнуться от хазнеф. Она плюнула в короля кровью, но очень скоро её вопль превратился в кашель, и она попыталась оторваться от Азуна, так и не нанеся ему ни одного удара.
Те части тела, которые были подвержены ударам монстра, король почувствовал слабость, и пока раны монстра зарастали прямо на глазах, его лишь гноились и даже хуже. Под синяками его плоть чернела и становилась похожа на губку из-за чёрных пятен, появляющихся на истончившейся и высохшей коже. Вскоре он уже не сможет держать меч. Он должен покончить с этим быстро, иначе покончат с ним.
Хазнеф отстранилась от короля, а он выставил перед собой меч, на подобии копья, чтобы не подпускать монстра к себе, после чего почувствовал магию на своём поясе, которую не хотел тратить на защиту Кормира. Он решил отвлечь своего соперника насмешливым и нарочито вежливым мурлыканьем:
- И кого мне убить сегодня, Тёмная Леди?
Её ответом была лишь яростная вспышка, из которой король лишь распознал имя Сюзанна, после чего монстр снова напал.
Но Азун был готов. Он опустил меч и бросил хазнеф в лицо металлический шарик. Если бы только его взрывная магия выдержала ауру истощения магии, которую источала хазнеф…
Сработало. Перед лицом монстра разразилась яркая вспышка, раскидавшая металлические обручи и полосы в разные стороны, мерцая, а затем тускней, когда хазнеф откинула голову в очевидном удовольствии. Железные полосы стремительно сжимались, обхватывая монстра со всех сторон.
Слава Богам! Азун и его изменившийся предок уже достигли ветвей деревьев, когда хазнеф начала поглощать магию железных обручей, которые после этого распадались как пепел, но те, что успели стянуться, жгли плоть монстра, разрывая его конечности. Король видел спазмы, пробежавшие по чёрным крыльям, когда хазнеф наконец-то преодолела последние ветви и упала в застоявшийся пруд.
Вода разошлась в сторону от упавшего тела, а затем полностью накрыла его, подобно одеялу. Монстр ушёл под воду, и напоминанием о нём были лишь поднимающиеся наверх пузырьки, которые вскоре исчезли.
Но она не умерла. Не может сражаться и то ненадолго, так что Азуну лучше поскорее уйти отсюда и не использовать магию, только если дракон вдруг не вернётся за ним.