Страница 12 из 15
Я прошёлся по раскинутым белым шатрам, проверил мясо, заготовленное для праздника, пообщался со стаей.
Прямо в одном из шатров, ещё не заполненных оборотнями, мы провели последнее совещание со Стивеном – бетой, который много лет контролировал земли княжества Монако. У беты не было ни сыновей, ни ближайших родственников с силой бетой, поэтому мне пришлось самому выбрать ему приемника.
Что ж, такова жизнь.
Старый волк философски относился к тому, что его волк становится всё сильнее, иногда полностью заглушая человека.
— Когда это случится… — вздохнув, Стивен посмотрел на меня. – Я не желаю оставаться в облике волка, Альфа.
Отхлебнув глоток ледяной воды из хрустального бокала, я сощурился. Обычно, оборотни не выбирали. Одичавшие переставали быть двуликими – и если они полностью обращались в волков, мы оставляли их доживать в наших владениях, с уважением относясь к животной части нашего существования.
Но Стивен, видимо, думал по-другому.
— Пообещайте мне, — прохрипел он, глядя мне прямо в глаза. – Что даже если я окажусь неопасным… вы позаботитесь о том, чтобы прекратить это.
— Так ли это необходимо? – нахмурился я. Стивен кивнул.
— Моей жене и приемной дочери нужно будет место… чтобы проливать слезы.
—Это может быть пустое место, — осторожно предложил я. – Ты же знаешь, что никто ничего не узнает.
—Нет, — покачал головой старый оборотень. – Я всю жизнь обманывал их. Пусть хотя бы эта часть не будет ложью.
—Как тебе будет угодно, — кивнул я, прикидывая, настолько полнолуний ещё хватит Стивена. – Сегодня я представлю тебе твоего приемника.
—Благодарю, Альфа, — с облегчением вздохнул Стивен.
Я же мысленно усмехнулся, понимая, что бета благодарит меня вовсе не за приемника. А за своё убийство, которое мне в скором будущем придется совершить.
Тая
Понимая, что с Валуа не шутят, я так и осталась лежать на кровати, в полной растерянности, что же делать дальше.
Под окнами носились слуги, звучала весёлая – явно фольклорная – мелодия, вкусно пахло шашлыками. Впрочем, тут не готовили привычный шашлык на шампурах, а подавали мясо огромными, слабо прожаренными отбивными.
И всё равно, пахло замечательно.
Кое-как поднявшись с кровати, я решила всё же стереть следы Валуа. Не принимать душ, а просто вытереть сухим полотенцем, чтобы хотя бы не ощущать себя грязной.
Правда… нет, я не ожидала этого, я не хотела этого, но …стоило мне, оказавшись в ванной комнате, бросить быстрый взгляд в сторону огромного зеркала в золотой оправе, я на несколько минут замерла как вкопанная: из зеркала на меня смотрела беременная молодая женщина со светящейся здоровьем кожей и сияющими глазами.
Как так?
Ангулем был моей тюрьмой, местом моего заточения, а вовсе не курортом для счастливой новобрачной, однако после суток проведенных здесь я уже выглядела значительно лучше по сравнению с Шотландией.
Замотав головой, я решительно обтёрлась полотенцем, а затем ещё и почистила зубы. Как раз в этот момент в комнату постучалась Даниэлла.
— Мадам, вы здесь? – спросила девица по-французски. И на всякий случай повторила свой вопрос на английском языке. – Мадам?
Сияющая девица в зеркале недовольно сморщилась. Ей не нравилась Даниэлла и то, как она смаковала порученное альфой «задание».
— Пусть пришлют другую служанку, — внезапно рявкнула я, чувствуя, как у меня немного прорезаются волчьи клыки. Не в переносном – в прямом смысле.
—Мадам? – протянула Даниэлла, полностью игнорируя мою фразу. – Я принесла платье, мадам.
— Я сказала: пусть пришлют другую служанку, — четко, по слогам, протянула я. Девица в зеркале подмигнула мне желтым волчьим глазом. А затем я услышала удаляющиеся шаги.
Я вышла из ванной минут через десять. Я могла бы подождать ещё дольше, но сидеть на пуфике у двери было неудобно, потому-то и пришлось вернуться назад в спальню.
В комнатах никого не было, но я не расслаблялась, ожидая возвращения Даниэллы, либо самого Этьена – разозлённого моей вольностью.
Но… всё оказалось значительно проще.
Где-то через минут двадцать в комнату осторожно заглянула маленькая пухлая молодая женщина.
—Простите, мадам? – осторожно спросила она и на очень плохом английском добавила, что пришла помочь мне одеться.
— Альфа сказать, что если плохо, то найдёт другого служанку. Простите.
«То есть Валуа не собирается устроить мне Варфоломеевскую ночь?» — вспомнив, что это нарицательное выражение напрямую относится к предкам Этьена, я вовремя прикусила язык, не выпалив это вслух.
— Приятно с вами познакомиться, — кивнула я женщине. – Буду рада, если вы мне поможете.
Женщина улыбнулась и уже более уверенной походкой направилась в мою сторону.
—Мадам, простите, я доведу вас до хорошего вида, — довольно закивала она, поднимая разложенное на кресле платье. – Вы будете ярким пятном праздника сегодня.
И она принялась делать из меня это самое «пятно».
Мари оказалась разговорчивой дамочкой, которая, как выяснилось, владела одним из салонов красоты в городе.
—У вас золотые руки, — призналась я, наблюдая за тем, как новая помощница быстро превращает мои спутанные волосы в элегантную прическу. – Вы настоящий профессионал.
— Вы меня раскусили, потому что оборотень, — довольно закивала женщина. – Двуликие слышат, что от меня пахнет косметикой, а люди же чаще всего принимают за булочницу. Представляете – меня?
Она рассмеялась, как будто это была какая-то весёлая шутка, и я рассмеялась вместе с ней… одновременно с этим вдруг понимая, что Мари и в самом деле внешне очень походит на булочницу: такая же кругленькая, сдобная, в аккуратном скромном платье безо всяких излишеств.
Только почему мне ни разу не пришла в голову эта мысль?
Я замерла, пытаясь оценить свою первую реакцию на появление Мари, и самой для себя понять, сыграла ли моя внутренняя волчица какую-то роль в правильном восприятии новой помощницы. Возможно ли, что гены отца оказывают на меня куда больше влияния, чем я думала раньше – и это не заканчивается только когтями и клыками на время полнолуний?
Когда мой образ, наконец, был завершён, Мари предложила мне спуститься вниз – на сей раз охранники уже не сопровождали нас по пятам.
-А охрана? – покосилась я на свою спутницу. – Их нет.
-Простите, мадам, но все чужаки покинули замок, — пожала плечами Мари. Когда она перестала волноваться, её английский стал заметно лучше. – Празднование обычно проходит не в самом замке, а на прилегающей к нему территории, так что все уже переместились в шатры, раскинутые во дворе.
Я кивнула, понимая, что и в остальных стаях действовали по такому же принципу. Жилище вожаков всегда оставалось неприкосновенным. Даже в полнолуния. Просто всё это время я так старательно избегала принимать участия в праздниках, что до сих пор не знала всех деталей их празднований.
Сейчас же у меня просто не оставалось выбора.
Когда мы спустились в большую гостиную, я вспомнила об отваре, который обычно пила в это время. Понимая, что вечер предстоит долгий, поинтересовалась у своей новой помощницы, можно ли мне быстренько сделать отвар – чтобы у меня хватило сил до самого вечера.
— Хвойный, простите, отвар? – всплеснула руками служанка. – Ох, конечно, мадам.
Она куда-то умчалась, попросив подождать меня здесь же, на диване. В ожидании Мари, я медленно прошлась по комнате, заглянула в соседний кабинет, а затем немного прошлась по коридору к окну, ведущему в сторону парка. Меня остановил тихий разговор — в нем явно упоминалось моё имя. Женские голоса говорили по-французски, бегло – поэтому я понимала лишь отрывки из их беседы.