Страница 86 из 141
Среди многочисленных походов и войн Чингис-хана и его преемников борьба за покорение Южного Китая оказалась самой изнурительной и продолжительной: более 40 лет китайский народ отстаивал независимость своей родины. На полях сражений и в обороне многие горожане, солдаты и военачальники проявили чудеса мужества и безупречной верности воинскому долгу, однако, трусливое и бездарное руководство сделало. напрасными бесчисленные жертвы. Десятилетия ожесточенной войны и последующего чужеземного владычества имели самые отрицательные последствия для экономики и культуры Китая.
А. А. Бокщанин
Попытки монголо-китайского вторжения в страны Юго-восточной Азии
Походы монгольских, а затем монголо-китайских войск в страны Юго-Восточной Азии до настоящего времени не получили обстоятельного освещения в советской исторической науке. Между тем эти походы являются одной из интересных страниц в истории монгольских завоеваний XIII в. Они завершают собой монгольское нашествие, захлестнувшее почти половину цивилизованного мира. На западе наступление монгольских войск прекратилось после взятия Багдада в 1258 г. и неудачной попытки вторжения в 1260 г. в Египет. В дальнейшем широкая монгольская экспансия распространяется лишь на Восточную Азию. Попытки покорения стран Юго-Восточной Азии предпринимались в основном после окончательного утверждения, власти монголов в Китае (1279 г.), они явились прямым продолжением захватнической политики монгольской феодальной знати.
Как известно, завоевания монголов диктовались стремлением сложившегося к концу XII–XIII вв. в Монголии класса феодалов расширить сферу эксплуатации и укрепить свои классовые позиции. Однако завоевательные походы в страны Юго-Восточной Азии имели ту особенность, что они совершалась в условиях, когда обширная Монгольская империя практически распалась на отдельные государства, возглавляемые различными группировками монгольской феодальной знати. Власть великого хана над всеми территориями, захваченными монголами, была чисто номинальной. Фактически под властью Хубилая, объявившего себя великим ханом в 1260 г., была лишь сама Монголия и, сначала частично, а затем и полностью, Китай. Следует также учесть, что завоевания Чингис-хана и его преемников привели к истощению значительной части людских и материальных ресурсов. Показательно в этой связи, что Хубилай своей столицей сделал Пекин. К тому времени, когда начались вторжения в Юго-Восточную Азию, монгольская правящая верхушка в Китае все больше перенимала китайскую практику взаимоотношений с соседними странами, начиная с дипломатических и кончая некоторыми военными приемами. Монголы также стали привлекать к участию в завоевательных походах китайскую армию и флот. Именно использование материальных, а позже и людских ресурсов Китая дало возможность обосновавшейся здесь монгольской феодальной верхушке продолжить завоевания других территорий. Это наложило определенный отпечаток на всю историю захватнических походов в Юго-Восточную Азию в конце XIII в. и соответственно отразилось на взаимоотношениях Китая со странами этого района.
В 1252 г. монгольские войска, намереваясь выйти в глубокий тыл китайской империи Южная Сун, вторглись в государство Наньчжао, центр которого находился примерно» в пределах современной провинции Юньнань. В 1254 г. Наньчжао пало, но монгольские войска продолжали покорение соседних племен и народностей. Окончательное подчинение монголами территории Юньнани китайские источники относят к 1257 г.[1471] В том же году монгольская армия вторглась во Вьетнам. В «Синь Юань ши» этот поход непосредственно связывается «с успешным наступлением монгольских войск после покорения Наньчжао, когда они вышли к границам Вьетнама[1472]. «Юань ши» указывает официальную причину вторжения — задержание монгольских послов. Осенью 1257 г. командующий монгольской армией, занявшей Юньнань, Урянхатай направил во Вьетнам посольство. Прошел месяц, а послы не возвращались[1473]. Тогда Урянхатай выступил в поход. Надо думать, что послы предъявили вьетнамскому. королю требования, которые не только не могли быть удовлетворены, но и воспринимались как вызов. Как выяснилось, монгольские послы были закованы в цепи и брошены в тюрьму.
Монгольские войска беспрепятственно подошли к р. Сам, севернее Ханоя, где их встретила армия вьетнамского короля Чан Тхай Тонга. Она состояла из пехоты, конницы и боевых слонов! Переправившись на противоположный берег, вьетнамцы разрушили мосты. Урянхатай перед началом сражения направил в стан противника послов с предложением сдаться и одновременно с заданием разузнать численность и позиции вьетнамского войска. Предложение о сдаче было отвергнуто вьетнамцами, но зато разведка добыла для Урянхатая необходимые сведения[1474]. Определив броды с помощью пускавшихся в воду стрел; авангард монгольской легкой конницы форсировал реку выше по течению. Завязавшийся бой отвлек внимание вьетнамцев от нападения с фронта. В результате вьетнамская армия потерпела поражение и рассеялась. Король спасся бегством, выйдя в море на кораблях, стоявших на реке[1475].
В описании этой битвы, помещенном в главе о Вьетнаме в «Юань ши», сообщается о полной победе монголов на суше и на воде, и, в частности, говорится о захвате вьетнамского флота на реке[1476]. Однако в биографии Урянхатая в том же источнике приводятся интересные данные о провале общего стратегического плана этого сражения. Направляя конный авангард в обход, Урянхатай рассчитывал воспользоваться этим, чтобы захватить вьетнамский флот и отрезать противнику пути отступления. Авангарду был дан приказ: переправиться через реку, но в бой не вступать, а ждать атаки вьетнамцев, которые в таком случае покинули бы свои позиции и оставили флот без прикрытия. Но монгольский авангард в нарушение приказа сразу же после переправы атаковал вьетнамцев. Поэтому, несмотря, на поражение, значительной части вьетнамской армии удалось уйти на кораблях, которые Урянхатай не смог захватить. За эту оплошность командир монгольского авангарда поплатился жизнью[1477].
Вслед за тем в начале 1258 г. монголы взяли Ханой. Урянхатай, рассчитывая закрепиться в стране надолго, пытался запретить в своих войсках грабежи[1478]. Однако ни то, ни другое ему не удалось осуществить. Монгольская армия подвергла Ханой разгрому, грабежу и сожжению, а через девять дней монголы покинули Вьетнам из-за жаркого и сырого климата[1479].
Одна из версий «Юань ши» объясняет отвод монгольских войск заключением мира с Вьетнамом. Будто бы бежавший Чан Тхай Тонг прислал послов с заявлением о полном подчинении и присоединении страны к владениям великого хана. После этого был устроен банкет и монголы ушли[1480]. Однако остальные версии того же источника говорят о другом. Покидая пределы Вьетнама из-за жары (и, очевидно, после того как Урянхатай понял, что ему не удержать Вьетнам), монголы направили к королю новых послов с предложением покориться. Но в это время Чан Тхай Тонг вернулся в Ханой и увидел, во что превратили монгольские войска его столицу. Тогда он приказал связать послов и в таком виде отправил их Урянхатаю[1481]. Таким образом, ни о каком примирении речи не было.
1471
«Юань ши», («История [династии] Юань»), гл. 121 (гл. 121), ксилограф, Шанхай, 1935, стр. 7а.
1472
«Синь Юань ши» («Новая история [династии] Юань»), гл. 251 (гл. 251), — «Эршиуши», т. 8, Шанхай, 1934, стр. 7073(2).
1473
«Юань ши», гл. 121, стр. 7а.
1474
Там же, гл. 209, стр. 1б.
1475
Там же.
1476
Там же.
1477
Там же, гл. 121, стр. 7б.
1478
Там же.
1479
Там же, гл. 209, стр. 2а.
1480
Там же, гл. 121, стр. 7б.
1481
Там же, гл. 209, стр. 2а.